Назад

​​ Собирая воедино Авторы: Рид_Калья Серия «Фэйрфакс» 2 Жанр(ы):...

Описание:
​​ Собирая воедино Авторы: Рид_Калья Серия «Фэйрфакс» 2 Жанр(ы): Любовные_романы Описание: Задержи дыхание и сосчитай до десяти. Все закончится раньше, чем начнется. Не важно, как часто Виктория Донован повторяет эту фразу, она по-прежнему в ловушке в стенах психиатрической больницы. Когда-то ее жизнь была похожа на сказку: знакомство с красавцем Уэсом, который стал ее женихом, последовавшая затем сказочная свадьба и домик за белым забором. Но потом идеальная картинка брака превратилась в нечто зловещее. И мир Виктории из мечты превратился в ночной кошмар: навязчивые идеи мужа толкнули ее за грань. Сначала кажется, что институт психического здоровья Фэйрфакс — безопасное место, в котором Виктория и ее ребенок Эвелин могут исцелиться, а заодно спрятаться от Уэса, которого все кроме Виктории считают мертвым. У нее нет сомнений, что ее муж жив: по ночам он проскальзывает в ее комнату, чтобы мучить и соблазнять ее. Один пламенный поцелуй, и она бессильна перед ним. Конечно, никто не верит в эти посещения. Поэтому когда она встречает сексуального, таинственного незнакомца, который намерен помочь ей вспомнить прошлое, Виктория не уверена, что может доверять ему. Но в глубине души, она знает, что единственный способ выйти из Фэйрфакс, это вспомнить, как она туда попала.   Скачать Альтернативная ссылка: epub https://telegra.ph/file/f5d6d9febf6940ff7a420.jpg

Похожие статьи

​​Продолжаю делиться своим непопулярным мнением о новинках современной...
​​Продолжаю делиться своим непопулярным мнением о новинках современной...
​​Продолжаю делиться своим непопулярным мнением о новинках современной русскоязычной прозы. Сегодня под прицелом новый роман Алексея Поляринова «Риф». Безусловно, Алексей Поляринов – новое громкое имя в современной русской литературе. Заработав внушительный кредит доверия участием в переводе легендарной «Бесконечной шутки» Дэвида Фостера-Уоллеса, он закрепил успех, выпустив дебютный роман «Центр тяжести», у которого сразу появилась армия поклонников. Новый роман ждали с нетерпением, и, как только он вышел – сразу стал локальной литературной сенсацией. Одно упоминание «Рифа» Галиной Юзефович на «Вечернем Урганте» гарантировало массовый всплеск интереса к новинке. Ну, что поделать, все побежали, и я побежал. «Риф» выглядит как смесь «Солнцестояния» Ари Астера, «Тайной истории» Донны Тартт и мифов и легенд русского Севера. Мы наблюдаем за происходящим глазами трёх героинь: Киры – учительницы из вымышленного городка Сулим в Мурманской области, которой суждено разгадать тайны прошлого этого места, Ли – американки с русскими корнями, попавшей под травмирующее влияние своего профессора и Тани – девушки из Москвы, мать которой ушла в секту. Прежде всего, читать «Риф» легко и приятно. Несмотря на скупость в использовании художественных средств, Поляринову удалось создать натянутую и слегка тревожную атмосферу, но, самое главное, – придумать по-настоящему увлекательный сюжет, с неожиданными поворотами, ненадёжными рассказчиками, в общем, всем, что мы любим. Отдельное удовольствие – пытаться связать друг с другом внутренние рифмы и символы, щедро раскиданные по тексту, сочинять на их основе безумные теории и гадать, насколько они соотносятся с авторским замыслом. Чувствуется, что Поляринов проделал большую работу, собирая материал о сектах, северных легендах и антропологических исследованиях, но это – и плюс, и минус одновременно. Сложилось впечатление, будто автор так и остановился на этапе сбора данных и их первичного анализа. Местами, результат заявленного обширного ресерча выглядел как банальный пересказ википедии и баек из интернета, а хотелось бы, чтобы собранный материал был переработан в художественные образы и интегрирован в повествование на более глубоком уровне. Вот именно глубины в романе отчаянно не хватает. Мотивация персонажей, механизм работы секты, - всё это показано широкими мазками. Совсем ничего нет о том, как именно происходит слом личности, почему люди идут за, вроде бы, ничем не примечательным человеком, как людям вообще приходит в голову организовать культ имени себя и т.п. То, что есть – очень напоминает чуть расширенный сценарий для потенциальной экранизации, которая вполне может стать мощнее оригинала. Пожалуй, так вышло из-за того, что автор слишком рьяно стремился подогнать роман под широкую читательскую аудиторию, спрятав лишь парочку пасхалок «для своих». Чувствуется, что роман задумывался как максимально френдли для читателя – и композиционно, и содержательно. Безусловно, забота о читательских чувствах – это прекрасно, но в «Рифе» она уже начинает перерастать в гиперопеку. Но, самое главное: закрыв последнюю страницу «Рифа», уже на следующий день я о нём забыла напрочь, а через неделю – с трудом могла вспомнить, что же меня зацепило и о чём можно рассказать. Тем не менее, «Риф» вполне может понравиться тем, кто интересуется феноменом сект и культов (особенно тем, кто до этого ничего по этой теме не читал), любителям искать в текстах отсылки на разные культурные явления и всем, кто хочет скоротать пару вечеров за просто крепким увлекательным романом. А я буду ждать нового романа Алексея Поляринова – уже более продуманного и осмысленного. А что вы думаете по поводу нового Поляринова? Кстати, «Риф» мы читали в рамках совместных чтений в - обсуждение романа можно найти по тегу риф. До 15 ноября читаем «Американскую грязь» Дженин Камминс - я уже предвкушаю дискуссию о культурной апроприации! Если вы тоже хотите влиться в наше сообщество и читать и обсуждать интересные книги - присоединяйтесь. https://telegra.ph/file/d3fca3ab2000d935547ec.jpg
846 

10.11.2020 15:15

«Рождение таблетки. Как четверо энтузиастов переоткрыли секс и совершили...
«Рождение таблетки. Как четверо энтузиастов переоткрыли секс и совершили революцию», Джонатан Эйг «Исполнительный секретарь клиники «Планирования семьи» в Сент-Поле, штат Миннесота, написал ему [Пинкусу], что «недавно повстречал женщину, которая сообщила, что расцеловала ваш портрет (в нашей местной газете) – настолько она вам благодарна. Первый год за восемь лет брака она не беременна». Как это часто бывает, меня подвели собственные ожидания насчет книги (люблю вообразить то, чего нет). И вот почему-то я решила, что «Рождение таблетки» - это научпоп с описанием исследований, экспериментов и механизмов работы оральных контрацептивов (а именно эта Таблетка имеется в виду в книге). А это, конечно, совсем не он. Книга описывает появление Таблетки не через подробности лабораторной работы (они тут тоже есть, но совсем немного), а через биографии людей, участвовавших в ее создании и продвижении на рынок. То, как прогестерон действует на организм, ученые поняли довольно быстро. А вот придумать на его основе принципиально новый контрацептив, которого мир еще не знал, и, главное, убедить консервативное общество принять новый препарат – именно это стало самой сложной задачей. Четверо энтузиастов из названия книги, которые эту задачу решали, – ученый Грегори Пинкус, активистка Маргарет Сэнгер, меценатка Катарина Мак-Кормик и врач-гинеколог Джон Рок. Интересно (но не удивительно) то, что идейными и финансовыми двигателями проекта были именно женщины, причем и Сэнгер, и Мак-Кормик во время разработки таблетки были уже в очень почтенном возрасте. Когда FDA выдало разрешение на регистрацию, им обеим было уже за 80. Но обе они всю жизнь жили идеей о необходимости раскрепощения и освобождения женщин, и именно этому посвятили себя. Книга очень ярко и обстоятельно описывает, что представляла собой Америка в 1950-х и ранее. Общество было консервативно настолько, что во многих штатах использование любых контрацептивов было противозаконным, даже презервативы и диафрагмы (которые и так в то время были так себе по надежности) врачи не имели право выписывать. Ну и все, что из этого вытекает: «Для молодых женщин пятидесятых годов страх беременности был неотделим от секса. Незамужняя женщина, забеременев, оказывалась в ужасном положении. Возможность быть матерью-одиночкой не рассматривалась – по крайней мере, в высшем и среднем классах. Аборт был противозаконным, подпольные аборты – не только опасными, но и труднодоступными, особенно если у тебя нет денег. Женщину всюду поджидали капканы: собственное тело, карьерные ограничения, скудость способов предохранения, беременность, а более всего – отсутствие выбора». И вот эту стену решили пробить «четыре энтузиаста», и чего только они не делали на своем пути. Мак-Кормик возила тысячи диафрагм из Европы контрабандой, зашивая их в свои модные платья, чтобы потом распространять среди американских женщин. Пинкус основал частный научный фонд и буквально обивал пороги домов соседей, собирая пожертвования для своей научной работы (такое, кажется, возможно только в Америке!) Сэнгер искала поддержки у сторонников евгеники, убеждая их, что создание оральных контрацептивов будет в их интересах. Рок, сам будучи католиком, пытался убедить представителей церкви, что контрацепция - благо и нельзя запрещать ее использование. Отдельная песня – главы об испытаниях таблеток на людях. Ни о каких контролируемых исследованиях тогда речи еще не шло; с этикой тоже было так себе: таблетки пытались давать даже пациенткам психиатрической клиники (правда, никаких полезных данных это не принесло). Из забавного: опасаясь, что FDA не одобрит так просто препарат, предназначенный для контрацепции, в первой заявке на регистрацию авторы указали, что его назначение - лечение бесплодия и нерегулярного менструального цикла (и, в общем, не соврали, просто утаили часть правды). FDA разрешение выдало, но потребовало писать на упаковке предупреждение, что препарат подавляет овуляцию – тем самым по сути рекламируя его как контрацептив.
727 

29.01.2021 11:47

Джек Лондон «Странник по звёздам» (1915 г.) «Всю жизнь в душе моей хранилось...
Джек Лондон «Странник по звёздам» (1915 г.) «Всю жизнь в душе моей хранилось воспоминание об иных временах и странах. И о том, что я уже жил прежде в облике каких-то других людей...» Вы верите в реинкарнацию? А в то, что информация, которую мы накопили в течение своей жизни, не исчезает бесследно после угасания нашего тела? Представьте: мы могли бы усилием воли вызывать в себе воспоминания (информацию) о наших предыдущих жизнях. Смотреть их как сны, как фильмы, проживать их заново. У Лондона в «Страннике по звёздам» это возможно, хоть и дорогой ценой. Главный герой романа - Даррел Стэндинг, которого тюрьма и пытки заставляют учится делать то, что он называет «замиранием жизни» или «малой смертью». Впадая в это состояние он может проживать свои прошлые воплощения, насыщенные яркими событиями: -Французский граф Гильом де Сен-Мор, который проводил время на балах и в дуэлях; -Мальчик-переселенец Джесси, следовавший со своей семьей и другими в Калифорнию; -Отшельник - флагеллант, который истязал своё тело острыми камнями; -Матрос Эдам Стрэнг- вылитый Мартин Иден: мощный, неутомимый и сообразительный, которому довелось стать приближённым императора в средневековой Корее; -Лагнар Лодброк - да не тот, о котором вы подумали, а рождённый на Севере варвар, который стал римским легионером и свидетелем смерти Иисуса; -Дэниэл Фосс - который 8 лет прожил на необитаемом острове, питаясь тюленятиной и собирая дождевую воду. Большую часть книги мы путешествуем вместе с Даррелом Стэндингом по упомянутым воплощениям. Некоторые из них имеют реальную истерическую подоплёку, например, истории Джесси, Лодброка и Фосса (а может, и другие тоже?). Связующая эти жизни нить - жизнь самого Даррела, который находится в тюрьме в камере «Коридора убийц», ожидая смертный приговор. Он - сложный человек, которому нельзя дать однозначную характеристику «хороший» или «плохой». Когда-то он был талантливым агрономом. Но из-за женщины он убил человека, за что получил лишение свободы. В тюрьме его оклеветал заключённый, готовый продать за свободу хоть своих родственников. Из-за этой клеветы Стэндинга долго и мучительно пытали «смирительной рубашкой»: натуго стягивали куском брезента, нарушая кровообращение и нормальную работу органов. Чтобы избежать безумия и смерти в «рубашке», Стэндинг пробует подсказанный «соседом»-заключённым способ «малой смерти», который позволяет абстрагироваться от пыток, пока очередная их порция не закончится.
701 

22.12.2020 19:40

​Я окончил социологический факультет МГУ. Со всего потока (200+ чел...
​Я окончил социологический факультет МГУ. Со всего потока (200+ чел...
​Я окончил социологический факультет МГУ. Со всего потока (200+ чел) социологией, кажется, заниматься стал один. Недавно он прислал книгу, которую они выпустили. Так вот они издали работу Бориса Грушина – «самого крупного в СССР специалиста по изучению общественного мнения». Самое прикольное, что она про изучение пражских пивных, причем проведенное еще при социализме. Грушин посетил ок. 700 заведений, собирая традиционные надписи на стенах (и беседуя с обычными чехами). Сентенции эти мне куда меньше запомнились (в Праге я бывал раз 8, но особо на них внимания не обращал – не разумею), чем примечания – понаоткрывал для себя много фактов. Мне уже попадалась классная книжка об этой стране, поэтому расширить свои знания о ней я был только рад. Например, продается у нас в Москве (в SPARе) «Свиянский маз» чешское пиво. А теперь стало понятно, к чему это. Ну и прочие нюансы – метр пива я себе по-другому представлял: Маз (máz) — старое чешское название пивной меры и кружки объемом 1,069 л. Происходит от немецкого Maß (масс). В наши дни в Чехии существуют две меры маза: официальная мера Старого Города Пражского — 3,35 л, чешский (а скорее венский) маз — 1,415 л. Есть еще отдельный моравский маз — 1,07 л. Обезьяна — символическое обозначение сильного алкогольного опьянения. По-чешски «обезьяна» — opice, а «напиться» — opit se, что фонетически созвучно. Похмелье также называют «обезьяной», ну а чрезмерное возлияние, а следовательно и похмелье, — гориллой (большой обезьяной). Ром в чешских землях производился из картофеля, стал популярным и даже фольклоризированным алкогольным напитком у рабочего люда. После вступления в ЕС Чехия вынуждена была отказаться от названия «ром» на напитках собственного производства и заменить его на «туземак», что означает «местный, домашний». Метр пива (Metr piv) — чешская мера выпитого пива, равная 10 или 11 полулитровым кружкам (зависит от формы кружки), которые ставятся в ряд, что составляет примерно метр. Если до метра немного не хватает, обычно добавляют одну-две стопки крепкого алкоголя. Современный чешский врач Давид Байер утверждает, что такая доза равна 2,5 промилле алкоголя в крови и небезопасна для здоровья. В чешском языке «в долг» — na sekyru, а sekyra или sekera — топор. В Средние века, когда многие не умели читать и писать, долг обозначали зарубками топором на двух палках. Каждая из сторон уносила свою палку с собой и трепетно ее берегла, пока должник не выплачивал деньги. https://telegra.ph/file/ccce11fb443f4874adeb4.jpg
639 

23.02.2021 15:11

​​Неряшливость Крылова

Иван Андреевич Крылов известен не только своим...
​​Неряшливость Крылова Иван Андреевич Крылов известен не только своим...
​​Неряшливость Крылова Иван Андреевич Крылов известен не только своим флегматичным нравом (так, после обеда он имел привычку спать не менее двух часов, для чего друзья предусмотрительно оставляли ему свободное кресло), но и своей неряшливостью. Баснописец не слишком заботился о порядке и о чистоте своего жилища. К примеру, над диваном в одной из комнат Крылова висела картина, державшаяся боком на одном гвозде. Когда окружающие предостерегали хозяина дома, чтобы в случае падения она не убила его, он беспечно отвечал: «Если действительно придется ей упасть, то рама, по косвенному положению своему, должна, падая, описать кривую линию и миновать мою голову». Не слишком заботил Крылова и его внешний вид – он запросто мог явиться на люди непричесанным и в заношенном костюме. Существует даже анекдот на эту тему: якобы, собираясь на маскарад, Крылов спросил у знакомой дамы, как ему лучше одеться, чтобы его никто не узнал, а та ответила: «А вы помойтесь, причешитесь – вот вас никто и не узнает». https://telegra.ph/file/bd34058a7b93215191c76.jpg
188 

12.06.2021 11:58

По всем вопросам пишите на admin@youbooks.ru