Назад

Пара цитат из вчерашней книги главного метеоролога РФ. Вообще, похоже...

Описание:
Пара цитат из вчерашней книги главного метеоролога РФ. Вообще, похоже, интересная профессия: "Где бы ни находился метеоролог, он мысленно оценивает все происходящее на его глазах. Он следит за небом постоянно, даже в свободное от работы время. Однако постоянная вовлеченность в природу не создает психологического напряжения, а, напротив, приносит душевное удовольствие".

Похожие статьи

Всем Продолжая тему Нью-Йорка (я забыла написать выше, что «Город женщин», в...
Всем Продолжая тему Нью-Йорка (я забыла написать выше, что «Город женщин», в оригинале City of Girls, это просто манифест любви к главному американскому мегаполису), не могу не поделиться очаровывающей, голодной, невыносимо грустной, утешительной и местами шокирующей биографией Патти Смит, поэтессы и панк-рок-певицы, о ее жизни, любви и дружбе с художником и фотографом Робертом Мэпплторпом в Нью-Йорке 60-х - «Просто дети». Создание арт-объектов, стихи, работа в книжных магазинах, поиски Энди Уорхолла, вечеринки с Дженис Джоплин и случайные встречи с Джимми Хендриксом. Калейдоскоп легендарных имен музыкальной и арт-богемы на фоне знаковых мест Нью-Йорка. И в центре всего - парадоксальные и неколлибруемые отношения Патти и Роберта, необъятная нежность их союза и безысходность привязанности. Читая эту книгу погружаешься в удивительно уютную, слегка наивную ностальгическую атмосферу, в которой без лишней сентиментальности описаны нищета и поиск пути молодых художников. В общем, рекомендую. Даже если минимально знакомы с культурой американских 60-70-х, эта книга самоценна и без громких имен. И, конечно, там совсем другой, отличный от современного, Нью-Йорк. Судя по беглому поиску бумажные версии книжки давно раскупили. Но на Bookmate книжка доступна: https://ru.bookmate.com/books/OoiN45kj https://ru.bookmate.com/books/OoiN45kj
233 

11.04.2020 11:47

Всем 
Последние пару недель я долго и мучительно читала семейную драму «Место...
Всем Последние пару недель я долго и мучительно читала семейную драму «Место...
Всем Последние пару недель я долго и мучительно читала семейную драму «Место для нас» Фатимы Фахрин Мирзы. Это история семьи индийских эмигрантов в Калифорнии, острый конфликт сосуществования традиционных ценностей родителей и ассимиляционных процессов в жизни их троих детей. Сначала кажется, что это классическая проблема непонимания отцов и детей, но по мере развития сюжета проваливаешься в сложное переплетение привязанностей, обид и недопониманий, универсальных для родственников любого вероисповедания. Недостаточность проявлений любви, неприятие выбора ребенка, решения, принятые из лучших побуждений - тут вся боль взросления и сепарации детей от родителей. Повествование первых частей книги построено на воспоминаниях и мыслях старшей дочери Хадии и сына Амара, а последняя часть - как прерывающийся монолог отца Рафика, который заставляет переосмыслить первые части и взглянуть на историю с другого ракурса. С одной стороны, эта книга пропитана грустной ностальгией, с другой - она виртуозно расковыривает забытые детские обиды, заставляет задуматься о взаимоотношениях внутри собственной семьи и проявлениях любви и принятия в ней. В книге проговариваются семейные вопросы, о которых как правило не говорят: конкуренция за внимание родителей, умение проявлять любовь и находить общий язык со своим ребенком, принятие ребенка как равного взрослого. В общем, это тяжелая и сильная книга, поэтому рекомендую ее с осторожностью. А еще это книга года 2018 по версии The Washington Post и первая книга издательства Сары Джессики Паркер. Найти можно тут: https://m.chitai-gorod.ru/catalog/book/1208838/ https://m.chitai-gorod.ru/catalog/book/1208838/
224 

03.05.2020 13:38

Стивен Кинг «Противостояние»
ОТ КОШМАРА ЕСТЬ ОДНА ПОЛЬЗА — ПРОСНУТЬСЯ И...
Стивен Кинг «Противостояние» ОТ КОШМАРА ЕСТЬ ОДНА ПОЛЬЗА — ПРОСНУТЬСЯ И...
Стивен Кинг «Противостояние» ОТ КОШМАРА ЕСТЬ ОДНА ПОЛЬЗА — ПРОСНУТЬСЯ И ОСОЗНАТЬ, ЧТО ЭТО СОН Кошмары с этой книгой снились мне целый месяц: наяву я заболела и прочитала 750 страниц из 1300 за один день, а оставшуюся половину растянула на следующие три недели, и каждую ночь переносилась в Нью-Йорк или Чикаго, где среди трупов и в полном одиночестве искала что-то странное типа фонаря с дальним светом. Напугать читателя историей, в которой меньше чем за месяц от гриппа умирает 99,9% населения планеты — не надо и стараться, особенно сейчас; сложнее вынести из этой истории какую-то мораль, поскольку Кинг в любимой манере перекидывает ответственность: смотрите, это Бог решил всех убить, ой нет, это демон, а нет, это снова люди сами с собой такое сделали — что ж, пускай люди между собой теперь разбираются: «Ответственность— это пирог; ты просто дурачишь себя, если думаешь, что тебе не достанется большого, сочного, горького куска». Почему люди, даже оставшись в маленьком количестве, продолжают истреблять друг друга? Объединяться вокруг добра — то же, что и вокруг зла? Почему надо обязательно выбирать сторону? Казалось бы, раз уж ты выжил и случайно оказался из тех счастливчиков, у которых есть антитела — живи и радуйся, не засоряй природу, рожай детей, но нет, «выживание» и «борьба» давно идут рука об руку неразрывным устойчивым словосочетанием, и извлекут ли люди из этого урок на будущее? «Не знаю»— отвечает Фрэнни, героиня, которой суждено стать не только Евой, но и летописцем этого нового мира. Ее дневник — способ рассказывать себе и может потомкам об исчезнувших и не обязательных вещах — рок-группах, кинотеатрах и еде. (Я такой вела на «первой» изоляции, почему-то все в основном про запахи да гедонизм: например, около метро Медведково лет 10-15 назад была пиццерия, и как же вкусно там пахло и как замечательно запекался корочкой сыр по краям; в детстве я любила чипсы эстрелла с укропом; в маяке была дивная водка-мартини... Ещё вспомнила, как пахли видеокассеты из видеопроката, потому что их давали в пластиковой коробке, а не в картонной, такой сладкий запах, вроде лакрицы... Смешно будет, если мир умрет, родится заново, я конечно выживу и заставлю потомков восстанавливать не интернет и беспилотные автомобили, а видеопрокаты и водку-мартини)... И вот ещё хороший вопрос, что важнее для переживших конец света — воспоминания, культурные знания или уметь вырезать аппендицит и доверять людям? Читать Йейтса по памяти или водить снегоход? Кинг не даёт ответа, однако просит и в том, и в другом случае спрятать подальше оружие — мало ли что вам приснится о ближнем своём. Ну и бонусом мое ворчание. С переводом Вебера надо что-то кому-то сделать: с каждой книгой все труднее у меня получается понять, цитату из какой песни имел в виду автор, но я не сдалась и смогла собрать для вас постапокалиптический плейлист: https://music.yandex.ru/users/yakovleva.respublica/playlists/1047 Кому читать: напуганным второй волной Что пить: нет ничего приятнее для переживших пандемию, чем выпить холодного пивка. Выше, под другой постапокалиптической книгой Кинга «Под куполом», я уже разбирала способ охладить пиво без электричества, а здесь лишь добавлю, что есть сорта, которым не обязательно быть холодными, чтобы быть вкусными, например, почти всем бельгийцам. Что почитать после (из моего списка «хочу прочитать»): пусть будет сборник Йейтса, выше упомянутого — страниц в нем несравнимо меньше, а тьмы и смерти в разы больше, особенно в стихотворении «Второе пришествие» https://music.yandex.ru/users/yakovleva.respublica/playlists/1047
237 

19.10.2020 16:22

Андре Асиман «Восемь белых ночей» КОГДА ВЛЮБЛЁН Что-то я подрастеряла...
Андре Асиман «Восемь белых ночей» КОГДА ВЛЮБЛЁН Что-то я подрастеряла читательскую наглость и забыла, что некоторые книги можно бросать на середине, даже если влюблён в автора. И не могу сказать, что бросаю, потому что нам с этой книгой было плохо первые триста страниц — но случилась влюблённость, а не любовь. Найти свою любовь (по Асиману) это единственный способ прожить жизнь так, как нам хотелось бы ее прожить, он таскает эту мысль из романа в роман — и почти всегда прокатывает, но в этот раз не верррюююю. Какие неприятные герои — подумала я с первых строк, а со вторых — неприятные люди тоже влюбляются, вот это сюрприз... Абсолютно безликие к тому же, внешность никак не описана и не выражена, даже телесность расходится в показаниях — то её ключица загорела, а то бледна. Они встречаются на рождественской вечеринке и вступают на скользкий путь снобистского флирта из метафор и цитат — как будто ты на Своей игре, а не на свидании. И ладно, когда в паре один такой, а когда оба, интеллектуалы без интеллекта, без угара, но с Годаром, думаешь бооожеее, ну сделайте что-то неловкое уже со своими героями, автор. «Слишком она для меня умная», вздыхает автор о героине, не могу. И о приятном раз: Петербург здесь — как далекий и обольстительный герой, единственно очаровательный, оправдывающий название романа, отсылающее и к Достоевскому с его таким же безымянным Мечтателем. О приятном два: Спасибо переводчику. За забывающиеся выражения типа «по приезде». За верно переданное несмотря на отсутствие сюжета и всего — прекрасное Асиманство. Асиманство — особый, редкий вид графоманства, почти религия. Но! Эти все бесконечные игры в слова каждый раз заново интересны только когда ты влюблён, тогда и Линклейтеровская Трилогия становится Библией; и ты думаешь: главное, что у нас была хотя бы эта ночь или намёк на неё, этот единственный поцелуй в шею перед сном, твоё пальто, такие глупые поиски банкомата в ночи, розовая гвоздика с обломанной ножкой, очень крепкий кофе с грейпфрутовым соком, его отец, и все время откуда-то взявшиеся в субботу с утра дела — и когда дела начинаются, ночь заканчивается, ты заканчиваешься, вы заканчиваетесь, но хорошо, что были хотя бы немного, что я это не придумала, а прожила. Видите? Асиманству совсем несложно подражать — и оно наверное даже не раздражает. Когда влюблён. Кому читать: мающимся бессонницей после первого свидания Что пить: очень интересно мне уподобиться героине только в одном и выпить водки с тортом. Выпью, расскажу.
221 

03.11.2020 01:20

Две заметки о толстых литературных журналах, клич по друзьям, и немного об...
Две заметки о толстых литературных журналах, клич по друзьям, и немного об этике/«этике» Заметка номер 1. Тут на фейсбуке у камрада Ивана Фастманова приключилась давеча дискуссия, уклонившаяся в одной из веток немного влево от предмета обсуждения самого поста, – касается она темы публикации в литературных журналах неизвестных авторов. В этой дискуссии активно поучаствовал другой мой ФБ-друг, Даниэль Орлов, который топит за то, что начинающим писателям обязательно нужно хотя бы один-другой рассказ тиснуть в видном «толстяке» (и в этом я с ним соглашусь). Даниэль даже выдал целую рекомендацию о том, как действовать (далее цитата): «Бери коньяк, бери автора, который в конкретном журнале давно и плодотворно публикуется, и пусть тебя за ручку ведёт». Потому что самотёк, как выясняется, где-то в недрах того же обсуждения, всё равно в редакциях никто не читает. И тут меня как молнией озарило! Я-то, дурацкий болван, два года в тщетных попытках хоть что-то опубликовать из худлита своего обиваю виртуальные пороги «Дружбы народов», «Юности» и чего-там ещё, САМ. А оказывается есть такая опция – «помощь друга», а у меня-то же есть как раз в друзьях, да даже подписчиках этого канала люди, которые уже того – там. И поскольку самому мне стучаться куда-то к кому-то с обязывающими затем просьбами до покраснения неудобно, то решил я объявить публичный народный клич – а давайте, может, кто-нибудь сам придёт (в личку, конечно же, тайно) и за ручку отведёт мои тексты в какой-нибудь серьёзный литературный журнал? Обещаю, следуя наставлениям Даниэля, в качестве благодарности и в случае успешного успеха мальчику-проводнику подарить бутылку хорошего коньяка, а девочке – коробку вкуснючих конфет. А заметка номер 2 будет завтра, она получилась большой, но зато жизненной, по мотивам личных взаимоотношений с петербургским лит-журналом «Нева» и мовсковсим «Новым миром».
228 

01.12.2020 15:54

​​«Главной соперницей Клэр была она сама, вернее, та личность, которую она сама...
​​«Главной соперницей Клэр была она сама, вернее, та личность, которую она сама...
​​«Главной соперницей Клэр была она сама, вернее, та личность, которую она сама же изобрела и на которую, по ее представлениям, ей следовало быть похожей. Она жила на некоем невротически подвижном расстоянии от своей способности быть резкой, грубоватой и “интересной”. Когда ей удавалось безошибочно воспроизвести все необходимые жесты, создавалось впечатление чего-то гротескного – чересчур искусного и отработанного. Я видел, как это ее беспокоит. Иногда она вступала в борьбу со своим альтер эго, глядя на мир с вызовом, словно говоря: “Так, все правильно, ну и что?” Иногда она сама себя пугала. В конце концов она настолько вошла в роль, что ей стало трудно вести себя иначе». Майкл Каннингем, «Дом на краю света» цитаты https://telegra.ph/file/a405bfd0be6fb1d87adee.jpg
223 

26.11.2020 10:59

«ВОЗ дала новой коронавирусной инфекции официальное название 11 февраля 2020...
«ВОЗ дала новой коронавирусной инфекции официальное название 11 февраля 2020 года. Если до этого момента ее называли 2019-nCov (от novel coronavirus, новый коронавирус), то теперь болезнь именуется COVID-19 (от coronavirus disease, коронавирусное заболевание). Если вам кажется, что ВОЗ как будто специально выбирает максимально блеклые и незапоминающиеся названия, то вам не кажется. Это делается умышленно — руководства Всемирной организации здравоохранения предписывают не упоминать в названии конкретные регионы, виды деятельности, животных, а также группы людей или отдельных лиц. Все для того, чтобы не допустить дискриминации или негативного отношения. Эта идея основывается на нескольких недавних кейсах. Например, во время вспышки свиного гриппа 2009–2010 годов власти Египта, стремясь обезопасить население, уничтожили в стране всех свиней. При этом свиньи не были источником заразы для людей — просто один из новообразованных вирусов H1N1 скооперировался с вирусом гриппа свиней (то есть прихватил себе часть его генетического материала), стал особенно контагиозным и из-за этого убил довольно много народа. От распространения вируса такая мера не спасла, зато в Каире из-за нее случился мусорный кризис: в этом городе, скажем так, не очень хорошо обстоят дела с уборкой, и свиньи были ключевым звеном в переработке органических отходов. Ко всему прочему, истребление свиней ударило по живущим в Каире христианам, которые в основном и занимаются сортировкой и переработкой мусора. Без свиней они физически не могут справиться с горами объедков (если погуглить cairo garbage, результат вас впечатлит)». «Вирус, который сломал планету», Ирина Якутенко цитаты
247 

02.12.2020 11:00

«Дом на краю света», Майкл Каннингем «У нас не было ни дома, ни мыслей, как...
«Дом на краю света», Майкл Каннингем «У нас не было ни дома, ни мыслей, как быть и что делать с этой мучительной любовью, выламывающейся из всех общепринятых рамок». Бобби и Джонатан растут вместе в Кливленде, потом перебираются в Нью-Йорк и знакомятся с Клэр. Постепенно оказывается, что все они друг другу гораздо больше, чем просто друзья: они поселяются втроем и старательно убеждают всех (и, главное, самих себя), что теперь они семья. Этот роман оказался для меня примечателен двумя вещами. Во-первых, он мой ровесник. Во-вторых, - а такое бывает правда, правда редко - после его прочтения я вообще не знала, что сказать и о чем написать этот пост. Я безумно люблю «Часы» Каннингема, причем как в виде книги, так и в виде фильма. Такой же сильной любви к «Дому» у меня явно не возникло, и я от этого даже как-то растерялась. Потому что роман-то вроде хороший, и Каннингем в нем тот же – с прекрасным языком, острой наблюдательностью и множеством отзывающихся мыслей (шутка ли, я выписала целых 3 страницы цитат из книги!), но вот любви у нас не вышло. Отчасти, мне кажется, это не про отношение мое к книге, а про отношение к героям. Они чудесно написаны, каждый со своей историей, со своим поиском и переживаниями. Очень разные, но что-то их сблизило и свело вместе, и вот в этой необычной семье они пытаются решить каждый свои проблемы. Дело, конечно же, не в самом менаж а труа – с этим вообще никаких вопросов, будь каждый из его участников счастлив. Но меня не оставляет неловкое, неприятное чувство, что эта семья для них совершенно не работает, что они остаются в ней лишь потому, что не могут придумать ничего лучше. С одной стороны, это ведь тоже такая жизненная история. Но от этого, наверное, только еще более дискомфортно наблюдать за героями – слишком уж реалистична их потерянность. «Его беспокоила твоя бездомность, потому что он не мог себе представить, как это можно быть счастливым и при этом ни к чему не привязанным. Но мне было бы очень обидно, если бы недостаток воображения твоего отца лишил широты твою собственную жизнь. Тем более после его смерти». В общем и целом, это такое большое размышление о семейных отношениях, о том, как отношения родителей друг с другом и с нами определяют наши взгляды на устройство семьи; о попытках следовать каким-то стандартам – и о попытках ломать их, и о том, что ни то ни другое не приносит счастья. Единственная героиня, за которую радуешься, - Элис, мать Джонатана. Часть романа рассказана ее голосом, у нее своя непростая история, и она, в отличие от главных героев, находит себя и ту жизнь, которой ей всегда хотелось, хоть и в немолодом уже возрасте. «Я хотела сказать ему, что мертвым мы должны еще меньше, чем живым, и что наша единственная, хотя и весьма сомнительная, возможность счастья – в безусловном приветствии перемен. Но я не смогла этого выговорить».
223 

10.12.2020 10:51

​​«Я пришел в стадо в последний год царствования Соломона. Другими главными...
​​«Я пришел в стадо в последний год царствования Соломона. Другими главными...
​​«Я пришел в стадо в последний год царствования Соломона. Другими главными членами стада в те дни были Лия, Девора, Аарон, Исаак, Ноеминь и Рахиль. Я не планировал давать павианам имена из Ветхого Завета, все случилось само собой. К нам перешел один взрослый самец, покинувший стадо, в котором вырос, и первые несколько недель (пока было неясно, останется он или нет) я не давал ему имени, а лишь обозначал его в дневнике как «новый пришлый самец» — New Adult Transfer, или NAT. Позже аббревиатура трансформировалась в Nat, а к тому времени, когда он решил остаться, стала именем Nathaniel — Нафанаил. Адам поначалу обозначался как ATM, Adult Transfer Male — «взрослый пришлый самец». Юный детеныш — small kid — сокращался до SML и на глазах превратился в Самуила. Тогда я махнул рукой и принялся сыпать пророками, судьями и женами патриархов направо и налево. Иногда я все-таки давал чисто описательные имена: например, Десна или Хромой. И поскольку мне пока еще недоставало научной уверенности, при публикации профессиональных статей я не упоминал имен, а обозначал всех цифрами. В остальное же время библейские персонажи обильно шли в ход. Ветхозаветные имена мне всегда нравились, но я бы поостерегся назвать собственных детей Авдием или Иезекиилем, так что шесть десятков павианов пришлись очень кстати. Вдобавок мне остро помнились те годы, когда я пачками таскал в школу популярные брошюры по эволюции и предъявлял их учителям иврита, которые приходили в ужас от такого святотатства и требовали убрать книги с глаз долой; сейчас я с наслаждением мстил им тем, что раздавал имена патриархов членам стада павианов в африканской саванне. А кроме того, несколько извращенное воображение — без которого, подозреваю, редко обходится работа приматологов — подзуживало меня дождаться того неминуемого дня, когда в полевой дневник можно будет записать что-нибудь вроде «Навуходоносор с Ноеминью самозабвенно спаривались в кустах». Роберт Сапольски, «Записки примата. Необычайная жизнь ученого среди павианов» цитаты https://telegra.ph/file/89ae2827ef39fe17e561e.jpg
223 

23.12.2020 11:38


Джон Браннер “Всем стоять на Занзибаре” (1968) В начале нам предстоит решить...
Джон Браннер “Всем стоять на Занзибаре” (1968) В начале нам предстоит решить философский вопрос: можно ли читать хорошую книжку полгода? Если вы считаете, что нет, дождитесь следующей недели, там будет обзор на книгу Петера Хандке. Если да, тогда все звезды к твоим ногам. В сентябре 2019 я взял новую книжку с собой на паром из СПб до Хельсинки в надежде, читать ее как кайфарик по масти, развалившись на палубе с каким-нибудь хрючилом. В таких пасторальных историях что-то всегда идет не так, правда? По первым страницам складывалось лютое ощущение, что автор выпихивает тебя из текста под крики “Занято!”. Книга шипит и противится чтению, как учебники по уходу за магическими существами в “Гарри Поттере”. Браннер показывает абсолютно поехавшее общество, заедающее психотравмы целым межгалактическим парадом планет наркотиков. Беспорядочные половые связи изуродовали генофонд до неузнаваемости. Кругом нищета, грязь, перенаселение, грязь, кровь, гроб, транквилизаторы, кишки наружу, кровь - спуск в эту книгу долгий и омерзительный. “Ну и зачем это читать?” - резонно спросите вы. Хочется быть фокусником и достать на этом вопросе заветный ответ из цилиндра “а вот зачем!”, но у меня в рукаве припасен только полудохлый голубь на случай тяжелой зимы. Это очень злая и честная книга. Ее честность сравнима с ситуацией, когда стоматолог говорит, что все зубы придется вырвать, а внешне они выглядят абсолютно здоровыми. Кажется, что он бредит, но в глубине души вы знаете, что врач прав, и тут уже нужна ваша особая читательская смелость добраться до финала. Некоторую фантастику столь почтенного возраста хочется как-то пожалеть, уступить место в трамвае, напомнить принять таблетки. Роман “Всем стоять на Занзибаре” не просто не потерял актуальности, а только зреет гроздьями гнева и набирает обороты, а самое страшное - нет причин поворачивать назад. Через первые страниц 300 нужно просто прорываться с боем. Награда будет значительной, слава - вечной. Самая мрачная антиутопия эвэр. 8 из 10.
224 

15.02.2020 18:46

Привет! Так случилось, что последние четыре недели я лежу в больнице. Тут есть...
Привет! Так случилось, что последние четыре недели я лежу в больнице. Тут есть полка с интересными штуками в духе «Фантасты Чехословакии», но читать особо не тянет не из-за состояния, со мной все уже хорошо. Дело в том, что мне пришло в голову словосочетание «сердце всего», но я хрен знает, что это такое. Вывеска на ничего. Я много раз прокручивал его в голове, пытаясь воссоздать ощущение, при котором оно появилось. Меня только привезли из реанимации, я долго пялился в окно и очень хотел откатить время назад, хотя бы на неделю, чтобы ничего этого не происходило, но как-то увлекся и календарь потерял лишних 150 лет. Я вдруг живо представил Петербург и время, когда уже нет крепостных, но есть дворовые, а за обращение «барин» могут высечь опять, как в годы золотые. Телефона у меня тогда не было, а из того, что стояло на полке, под это настроение лучше всего подходил Гончаров. Пока я тянулся к книге без опознавательных знаков, кроме фамилии автора и цифры 7, я уже мысленно согласился перечитать любой из его романов, но книга оказалась о другом: повести, очерки и воспоминания. Первым шел очерк «Иван Савич Поджабрин». - Ох уж эти говорящие фамилии, - подумал я и приступил. Произведение рассказывает о временах, когда еще не было тиндера и возможности выставить дальность поисков «второй половинки» на 20 метров. Молодой человек ведет праздный образ жизни и постоянно ищет знакомства с соседками, но когда соблазняет их, а они начинают надеяться на свадьбу - переезжает и концы в воду. Это было то, что нужно, чтобы вернуться к чему-то простому и начать игру заново. Также в этой книге мне понравился очерк «Слуги старого века». Гончаров в нем очень честный и это подкупает с потрохами. Еще мне понравилась повесть «Лихая болесть», которая не была опубликована при жизни автора, а с ней вообще не так все просто, как кажется. Это чтение наполнило мое червивое сердечко какой-то особенной теплотой русской печи. Поэтому, когда мне посоветовали прочитать рассказ «Настя» Сорокина, я как-то по-особенному воодушевился, хотя смутно представлял о чем там. Дело в том, что в этом рассказе имеется акт каннибализма. Но у Сорокина и Ахматова яйца откладывала, чему тут удивляться? Я вдруг понял, почему «Настя» важный лоскут во всем полотне творчества Сорокина. Золотые гвозди из рассказа пригодятся в романе «Теллурия», а на огне будут готовить уже не человека, а книги в романе «Манарага», и еще пара пазлов после прочтения сходятся отлично, поэтому если вас не пугают такие темы, то лучше подставить ведро и приступать. По мере чтения этих и других книг, о которых я расскажу позже, стало приходить понимание, что такое «сердце всего». Оказалось, что это вроде данных, из которых заново можно собраться, как Вольтрон или Дионис - тег ё селф, как говорится. Вот очень круто, если у вас заранее будет такой список вещей. На всякий случай, как и ведро в этой истории. А еще на этой неделе будет обзор на роман Ивлина Во. Спасибо, что читаете Синие занавески.
239 

29.04.2020 17:12

Алексей Поляринов “Риф” (2020) Хорошо помню ощущение после прочтения первой...
Алексей Поляринов “Риф” (2020) Хорошо помню ощущение после прочтения первой книги Поляринова “Центр тяжести” (https://t.me/siniezanaveski/150). Роман мне понравился, но не хватило определенной целостности, как в те года, когда между майскими праздниками закрадывается слишком много рабочих дней. Книга слишком часто переключала героев, а то и вовсе срывалась на вставные истории, которые растаскивали общий замысел в разные стороны. Тем не менее, Поляринова хотелось читать дальше. Тот факт, что вторая книга автора вышла всего через ~1,5 года меня одновременно и приятно удивил, и насторожил. Я просто не поверил, что за такой короткий срок можно проработать материал также качественно, как в дебютнике. Первые обзоры буктьюберов подтверждали мои опасения, но потом я вдруг вспомнил, что большинству из них еще портфель на завтра собирать и математичка дура, а эта метафора вообще не про возраст по паспорту, поэтому успокоился. Как и первая книга Поляринова “Риф” имеет несколько рассказчиков и таймлайнов, которые сплетаются в суровом настоящем. Роман во многом посвящен устройствам сект и культов, механикам привлечения и оставления внутри закрытых систем. Когда впервые упомянули имя Джима Джонса, захотелось передать привет группе Skynd, которые недавно спели об этом парне, что уговорил одной проповедью 918 человек принять яд. Навести мосты и установить контакты помогает не только причинно-следственная связь, но и продуманная система символов. Вымышленный северный город Сулим полон легендами, которые как будто устанавливают правила даже для людей, бьющих татухи по типу “My Life, My Rules”. Северный фольклор подан по большей части в форме пересказа, упоминаний в диалогах, поэтому из общего повествования не выбивается, как в прошлой работе. Автор рассказывает историю американского профессора-антрополога и его паствы, который сбежал в Россию и основал секту “Чаща” с манящей идеей в основе: прошлое можно отредактировать. Не просто замести мусор под кровать, а сделать так, чтобы окружающие никогда на него не наткнулись — они ведь такие же члены общины. Идея привлекательная и живучая, потому что не только персонажам романа есть, что спрятать — и тем, кто оказался в секте, и тем, кто в нее попал, но и целым странам, которые принимали решения о сокрытии дефектов на атомных станциях или расстрелах рабочих. “Риф” — это такой калейдоскоп. Вы поворачиваете трубу, и события выглядят разрозненными историями пусть и из похожих блоков. Еще раз — и они выстраиваются в парад планет, где каждое событие из настоящего имеет свой прообраз в прошлом. От ямы с лягушками, в которую в начале падает одна из героинь, до ямы в “Чаще” для грешников. От вмерзших динозавров в первых абзацах, до встречи в музее археологии. Наблюдать за развитием этих связей достаточно интересно, но даже без анализа деталей и символов, Поляринов говорит сверхнужные вещи. Мне по-читательски приятно, что ко второму роману автор так вырос. 9 из 10 P.S. После прочтения включите старенький клип Unkle и Тома Йорка “Rabbit In Your Headlights”.
221 

06.12.2020 14:44

-Я убила его?! -Ты спасла нас! Нас и всех мутантов! Итак, «Вихрь» Анна...
-Я убила его?! -Ты спасла нас! Нас и всех мутантов! Итак, «Вихрь» Анна Беннинг В общем нет, не надо взрослым тётям читать young adult Раздражающий фокус на переживаемых чувствах, фырканье, закатывание глаз, слёзы и ярость, вихри эмоций, в общем честно о пубертате. Однако, что будет полезно (с натяжкой) прочитать подросткам в этой книге: 1. Добро и зло относительно (см. цитату про убийство во имя спасения) 2. Через это мир, в котором ты живешь, социализируешься, мечтаешь может оказаться олицетворением зла и поэтому придётся делать выбор на какой ты стороне. 3. Влюбленностью можно манипулировать. Ах-ах, самый красивый мальчик целует тебя, но если ты умница и умеешь рассуждать, понимаешь, что это имеет какую-то цель. И дальше: нельзя выбирать тех, кто использует такие приемы. 4. Да, все как в жизни, надо дать шанс неприятному, замкнутому, колючему мальчику, потому что именно он любит тебя давно и по настоящему. 5. Взрослым верить нельзя, у них свои тайны... Ну вот, все очевидно, но для деток наверняка актуально. И мутанты со сверхспособностями неисчерпаемая тема. Поэтому девочкам вполне может понравиться. Мальчики и мужчины проходите мимо, а то убьете себя фейспалмами Продолжение не буду читать ни при каких условиях, но обещают трилогию.
209 

25.12.2020 16:25


​​Как героя формирует его прошлое

Я уже писала пост о том, как создать...
​​Как героя формирует его прошлое Я уже писала пост о том, как создать...
​​Как героя формирует его прошлое Я уже писала пост о том, как создать «живого» героя, которому читатель станет сопереживать. Но работа над героем — титанический труд, поэтому одним постом тут не обойтись. Герой в истории должен постоянно развиваться. А для его развития нужны предпосылки, чтобы у читателя не возникало вопросов вроде «А почему он стал убийцей?» или «Она что, влюбилась на ровном месте?». Чтобы сделать многогранного, интересного героя, нужно продумать такие ключевые аспекты его жизни: ️ Детство В детские годы, когда сознание ребенка впитывает все, как губка, формируется будущая личность человека. От того, кто воспитывал его, в каких условиях он рос, какие ценности ему прививали, зависит, кем он станет, когда вырастет. В книгах любят использовать «золотой стандарт» — отверженных сирот, которые не знали родительской любви, и оттого ожесточились. Но как по мне, гораздо интереснее развиваются те персонажи, которые получили родительское воспитание или хотя бы знали родителей в лицо. Из этих отношений можно вывести много острых конфликтов — вечную дилемму «отцов и детей», Эдипов комплекс, когда человек испытывает влечение к родителю, или феномен «мертвой матери», когда мать не дает ребенку нужных эмоций. Все эти конфликты перетекают в травмы, формирующие характер героя. ️ Переломные моменты В жизни у каждого человека случаются ситуации, после которых он необратимо меняется. Предательство, смерть любимого человека, неожиданная помощь от незнакомца в трудный момент — в такие моменты человек обрастает новыми чертами характера. Предательство может ожесточить героя или сделать его параноиком. Смерть любимых навсегда оставит печаль в его сердце. А неожиданная помощь даст ему надежду. Суть в том, чтобы обыгрывать любую ситуацию, что случается с героем. Ведь в истории ничто не должно происходить просто так. ️ Наследственность Гены пальцем не сотрешь, поэтому если ты хочешь доподлинно узнать своего героя, сначала узнай его родных. Взять, к примеру, ту же Дейенерис из сериальной истории «Игры престолов». Над ее родом веками нависало «проклятье безумия», которое просто объяснялось кровосмешением. Однако, несмотря на все благородные и добрые поступки, генетика в итоге оказалась сильнее всех достижений героини — она обезумела от недоверия к своим приближенным. Поставить героя перед страхом стать таким же, какими были его родные — отличное решение, что играет на динамику повествования и развивает личность персонажа. Если правильно выстроить интригу, читатель будет гадать до конца, совершает ли герой поступки по собственной воле, или же это гены ведут его по истоптанной его предками дорожке. MeWrite https://telegra.ph/file/5294ec3d507b6694f2c0c.jpg
220 

29.07.2020 18:01

Многие трагедии, на которых строятся сюжеты классических литературных...
Многие трагедии, на которых строятся сюжеты классических литературных произведений, сегодня кажутся не стоящими выеденного яйца. Если отстраниться от характеров, общественной обстановки и прочего контекста, то метания героев порой выглядят абсурдно. «Униженные и оскорбленные» Достоевского — что это такое с точки зрения фабулы? Всего лишь история о том, как Ваня и Наташа дружили с детства, а когда подросли — влюбились друг в друга и обручились. Всё бы славно, но тут Наташа знакомится с сыном старого друга своего отца, и уже к нему испытывает глубокое чувство. Образуется новая пара — Наташа и Алёша. Родители их ссорятся, детям запрещено видеться. Тогда Наташа уходит к Алеше, в квартиру, которую он для них снял. Верный Ваня, во френдзоне, пытается смягчить ситуацию насколько возможно. Но всё заканчивается очень плохо. И ведь причиной тому вовсе не демонический князь Валковский (которого мы прям ненавидим, ох и удаются же Достоевскому злодеи). Настоящие причины — власть отца над чадом, пусть и взрослым; жуткий позор и нравственная пропасть сожительства вне брака (причём только для девушки); чудовищное расслоение общества на нищих и роскошествующих; недоступность для первых таких элементарных благ, как питание и медицина; и так далее. Сегодня мы избавлены от многих этих бед. Живётся ли нам счастливее, чем современникам Достоевского?
229 

07.09.2020 18:17

Есть в русской литературе такая категория героинь — пропащие. Красивые...
Есть в русской литературе такая категория героинь — пропащие. Красивые, несчастные, погубленные навсегда. Такова, например, Аксинья Астахова из «Тихого Дона». В ней нет чистоты, невинности, она несёт несчастье тому, кто свяжется с нею. Пропащая, конечно, Грушенька из «Братьев Карамазовых». Достоевский вообще весьма задавался вопросом рока, у него есть целые проклятые семьи — скажем, семья Смитов из «Униженных и оскорбленных». Вот и Настасья Филипповна из таких. Она все хохочет, скалит зубы, швыряет в камин тысячи, уезжает, блистает, кружит головы, и нет несчастнее неё. Смерть её не поражает: весь роман — подготовка к тому, что умрет эта бедная обреченная Настасья Филипповна. Вообще у Достоевского женское часто распределяется между двумя героинями (одна падшая, другая высокая): роковая Настасья Филипповна и несчастная Аглая, падшая кроткая Соня Мармеладова и гордая Дуня Раскольникова, гибельная Грушенька и чистая сильная Катерина Ивановна, отверженная Наташа и оранжерейная Катя. Каждая пара — две грани одного целого. Собери двух героинь воедино — и получишь женщину. Такое лего. Читали после школы Достоевского? https://t.me/vkracii/245
221 

19.11.2020 19:50


Трудно писать о книге, которую все читали. Фильм опять же знаменитый. Но я...
Трудно писать о книге, которую все читали. Фильм опять же знаменитый. Но я попробую. "Солярис" считается книгой о безднах души и ужасах встречи: с утраченной любовью, забытыми кошмарами, другими прорехами в ткани человеческого. Топот маленьких ножек по коридорам парализованной станции "Солярис"; багровые волны в окне. Разрезанное платье на полу. Ветераны-космолетчики что-то видят и сходят с ума. Океан - единственный обитатель Соляриса - непостижим и страшен. К людям являются гости-чудовища. Тарковский сделал из этого камерный фильм о любви и чувстве вины. Как будто в книге это главное. Я сама, прочитав "Солярис", такой трактовке искренне возмутилась - не потому, что в книге не говорится про любовь и вину, а потому что там есть темы куда более важные. И победно захохотала, когда прочитала реакцию Лема на экранизацию "Соляриса". ВОТ ЧТО ПИШЕТ ЛЕМ: «Ведь из фильма следует только то, что этот паскудный Кельвин довел бедную Хари до самоубийства, а потом по этой причине терзался угрызениями совести, которые усиливались ее появлением, причем появлением в обстоятельствах странных и непонятных. Этот феномен очередных появлений Хари использовался мною для реализации определенной концепции, которая восходит чуть ли не к Канту. Существует ведь Ding an sich, епознаваемое, Вещь в себе, Вторая сторона, пробиться к которой невозможно. И это в моей прозе было совершенно иначе воплощено и аранжировано... Тот эмоциональный соус, в который Тарковский погрузил моих героев, не говоря уже о том, что он совершенно ампутировал "сайентистский пейзаж" и ввел массу странностей, для меня совершенно невыносим» По ходу дела, Лем ставит и исследует ту же главную проблему, что Питер Уоттс в "Ложной слепоте" и "Эхопраксии". Возможно ли мышление без сознания. Океан Соляриса - несомненно живой, несомненно действует, но разумен ли он - вопрос, на который никто ответить не может. И все попытки вступить в контакт ничтожны, так как непонятно, что считать критериями успешности контакта. Ну, ровно как с "болтунами" в "Ложной слепоте". Но самое, самое интересное в "Солярисе" - и зачем я вообще пишу этот текст - это момент, где гостья Криса начинает понимать, что с ней что-то не так. Напомню ситуацию, если кто забыл - океан посылает к исследователям гостей, существ, "вынутых" из сознания и воспоминаний героев. Одному - воплощение тайных подавленных желаний. Второму - его невесту, покончившую с собой. Третьему - вообще непонятно кого, вроде бы ребенка. И это вроде бы те же люди, точные копии, но не совсем точные и не совсем люди. Океан вроде как экспериментирует - хотя непонятно, можно ли сказать "экспериментирует" в случае с существом, потенциально не имеющим сознания. Так вот, в какой-то момент гостья Криса понимает, что она - не та, кем сама себя вроде бы чувствует. Она понимает, что она не человек. Что она не его невеста. Что она вообще неизвестно что. И вот этот момент самый фантастический. Каким образом в этом слепке-копии-куске кода зарождается самосознание? Как и почему это вообще возможно? Это как если бы Бетагемот Уоттса сам себя начал изучать и понимать, и затеплилось бы в нем эго. Как? Как? Как будто сознание - это что-то заразное, и проведя некоторое время рядом с человеком, существо обретает способность задать вопрос о своем существовании. Или это тоже часть эксперимента. Часть плана той Второй стороны, о которой пишет Лем выше. Тут уже, кстати, привет Левинасу и его Встрече с Другим. Жуткая, короче, книжка, и вообще не про любовь и вину. https://t.me/dramedy/729
231 

03.11.2020 15:31

Маша Лацинская из канала «Лесбийское лобби» добавляет важное о Польше и...
Маша Лацинская из канала «Лесбийское лобби» добавляет важное о Польше и писательницах: «Сильвия Хутник летом 2020 года совершила каминг-аут как открытая лесбиянка на фоне протестов за права ЛГБТК-людей. Она не только хорошая смешная писательница, но и яркая, эффективная ЛГБТК-, фем-активистка, а еще ведет ироничный проект «ЛГБТ ТВ» и собственный подкаст. Хутник можно увидеть на всех мероприятиях, которые касаются прав женщин и ЛГБТК-людей. В ее дебютной книге «Карманный атлас женщин» (переведен на русский) есть персонаж, которого вполне можно назвать квир-персоной. Ольга Токарчук — лауреатка Нобелевской премии и совесть польской нации. Она годами поддерживает ЛГБТК-людей, выходит на Парады равенства и не боится критиковать польскую власть. Кроме того, в самом известном романе «Веди свой плуг по костям мертвых» главная героиня Янина Душейко, по словам Токарчук, «выступает против мужчин во власти, защищает права женщин, стариков, лесбиянок, геев и всех чужаков». Ну а в романе «Правек и другие времена» есть сцена лесбийского секса, которая снится героине».
220 

28.10.2020 14:48

​​Привет! Это пост-знакомство ️ Первый за три года!

Меня зовут Маша Бурова...
​​Привет! Это пост-знакомство ️ Первый за три года! Меня зовут Маша Бурова...
​​Привет! Это пост-знакомство ️ Первый за три года! Меня зовут Маша Бурова, здесь я рассказываю о книгах, которые написали женщины: научпоп, комиксы, готические романы, детективы, сказки, мемуары, антиутопии. Если вы видите новый пост о какой-то книге, значит это ровно две вещи: я ее прочитала она мне понравилась А нравится мне разнообразие опытов и отсутствие гендерных стереотипов. Если вы написали, перевели, отредактировали, издали что-то классное - давайте дружить За пределами этого канала я занимаюсь тем, что создаю тексты за деньги: интервью, новости, пресс-релизы, обзоры. Мне 29 лет, я живу в Москве (до этого - в Красноярске), работаю в музее редактором, параллельно пишу про книжки в разные медиа. Люблю открывать новые места: на карантине изучила все парки и скверы на районе. Периодически страдаю от синдрома самозванки, сомневаюсь почти во всем. Сейчас мне больше всего нравится каждый день проверять, как там мои растения на подоконниках. Количество зелёных на самоизоляции выросло с нуля до десяти Не стесняйтесь писать мне . Я очень радуюсь вашим впечатлениям от прочитанного и просто добрым словам. Интересные предложения сотрудничества тоже можно: никакие события я не анонсирую, рекламу не публикую, но давайте запишем подкаст (вот мы с Леночкой однажды записали, было супер), поговорим о литературе, устроим лекцию о писательницах, встретимся в книжном клубе. Иногда моя интровертность даёт сбои, так что может выйти что-то классное. Если хочется дружить ещё где-нибудь, то вот здесь тоже я и не только про книжки: Инстаграм Фейсбук Букмейт Спасибо, что читаете https://telegra.ph/file/0d7f59a4c324553ed41b5.jpg
222 

23.11.2020 16:08

​​«ВИЧ-положительная» Кэмрин Гарретт 
Popcorn Books, перевод Лены...
​​«ВИЧ-положительная» Кэмрин Гарретт Popcorn Books, перевод Лены...
​​«ВИЧ-положительная» Кэмрин Гарретт Popcorn Books, перевод Лены Рейер Подростковый роман Кэмрин Гарретт как будто из раздела фэнтези: такой в нем калейдоскоп идентичностей, что первое время даже не верится, что так бывает. Так и правда бывает редко, в основном принято быть понятным, а если хоть чем-то отличаешься - спокойной жизни не жди, все будут пытаться уличить тебя в испорченности, игре на публику или какая там версия сейчас в тренде? Здесь этап осуждения чужих сексуальных предпочтений пройден, но зато до сих пор существует допотопный страх перед вирусом иммунодефицита человека. 17-летняя Симона живет вместе с двумя отцами, режиссирует школьный мюзикл, а ещё у неё ВИЧ. Впервые мы встречаем героиню в приемной у гинеколога, к которому она идёт, чтобы узнать, как безопасно заниматься сексом. Симона влюбилась и ей совсем не нравится тезис, что лучший способ предохранения - это воздержание. Да, осторожной быть стоит, но и физической близости ей очень хочется. Вот только перспективы счастливого будущего в объятьях симпатичного одноклассника омрачает анонимная записка: «Я знаю, что у тебя ВИЧ. Если ты до Дня благодарения не перестанешь ошиваться с Майлзом, это узнают и все остальные». Угроза бьет точно в цель. Симоне уже приходилось уходить из школы, после того, как ее подруга всем рассказала о ее положительном статусе. К директору тогда тут же посыпались письма от обеспокоенных родителей, чьи дети не должны рисковать жизнью рядом с такой ученицей. У Гаррет (она написала этот роман в 19 лет!) ловко выходит вписать в сюжет парадокс: с одной стороны, все такие продвинутые в этой квир-вселенной, а с другой, про ВИЧ все ещё думают на уровне пятидесятилетней давности. Секрет Симоны в итоге станет известен всей школе, но в отличие от прошлого раза у нее получится с этим справиться. Она - не диагноз, осталось сказать это вслух и идти дальше. «Мой ВИЧ для вас не угроза, а вот ваше незнание для меня — да. Меня травили, притесняли, говорили, что мне в этой школе не место. Знаете, почему мы не открываем свой ВИЧ-статус? Потому что это опасно. За такое людей калечат и даже убивают. Только я должна решать, разглашать мне его или нет. Меня этого выбора лишили. Но я не намерена лишиться и мюзикла. Я заслужила здесь быть». Замечательно, что есть такая книга. Замечательно, что ее написала совсем молодая девушка, которая решила давать голос тем, кого сама в книгах не нашла. Хочется закинуть парочку экземпляров в каждую школьную библиотеку. роман зарубежнаялитература https://telegra.ph/file/1b9e188d296d322671253.jpg
247 

01.12.2020 14:26

​​«Беспокойные» Лиза Ко
МИФ, перевод Сергея Карпова

Так уж получилось, что...
​​«Беспокойные» Лиза Ко МИФ, перевод Сергея Карпова Так уж получилось, что...
​​«Беспокойные» Лиза Ко МИФ, перевод Сергея Карпова Так уж получилось, что подряд я прочитала сразу два романа об иммигрантках. Первый это «Девушка, женщина, иная» Бернардин Эваристо, а второй — «Беспокойные» Лизы Ко. Сегодня как раз про него. Пейлан Гуо родилась в китайской деревне, почти сразу ей захотелось из нее вырваться. Перед отъездом в новую жизнь она успела забеременеть, но вот сделать аборт не смогла. Незаконно пересекать границы сразу нескольких государств пришлось будучи на седьмом месяце беременности. В ящике! Деминя она родила уже в Нью-Йорке, где могла позволить себе только спальный мешок в квартире с еще несколькими соседками-китаянками. Она покидала родину с желанием круто изменить жизнь — стать самостоятельной и повидать мир. Но все, что удалось получить — низкооплачиваемая работа на фабрике и огромный долг перед людьми, что снабдили ее фальшивым паспортом и доставили до пункта назначения. Годовалого Деминя Пейлан в итоге отправила домой к деду, с ним он провёл следующие пять лет. В это время сама героиня сидела на одном месте, работала, выплачивала долг, влюбилась. Деминь снова увидел мать и Нью-Йорк будучи упитанным шестилеткой. Им предстояло вновь познакомиться друг с другом, начать еще одну новую жизнь и надеяться, что эта версия будет лучше. Угадайте что? Этого не случилось. Когда ты иммигрант, этот мир не принадлежит тебе . Прошлое и настоящее, разочарования и мечты Пейлан и Деминя в книге постоянно чередуются. Они одинаково потеряны и одиноки. Пейлан, которая затем взяла себе имя Полли, депортировали в Китай, Деминя усыновила пара американских преподавателей — теперь он Дэниэл. Большую часть жизнь мать и сын были врозь, но не было и дня, чтобы они не думали друг о друге и о том, какой жизнью живет каждый из них. «Беспокойные» — роман о сложном опыте иммиграции; о семье, которую не выбираешь; о препятствиях, которые растут как снежный ком вопреки любым стараниям. А еще это большой роман о поиске себя, и той радости, которую испытываешь, когда понимаешь «я — это я». «В терминале парома я купила билет, нашла себе место на верхней палубе. Паром качался на волнах, и, глядя на огни Коулуна, выходящие из тумана, я вцепилась в поручни, задыхаясь от смеха. Как же я ошибалась, когда думала, что это чувство утрачено навсегда. Эта легкомысленная неуверенность в жизни, все мои страхи и радости — я могла к ним вернуться, вращать со всей силы по небу. Потому что я нашла ее: Полли Гуо. Куда бы я не отправилась дальше, я уже никогда ее не отпущу» https://telegra.ph/file/e14e255bf9d385a2e7ecb.jpg
227 

14.12.2020 17:35


​​Раз уж мы
​​Раз уж мы "в Средневековье", то вот цитата из новинки по истории городов...
​​Раз уж мы "в Средневековье", то вот цитата из новинки по истории городов (Metropolis Б. Уилсона). А то мы, когда про продолжительность жизни предков говорим, уже почти всё на болезни да детскую смертность списываем. Кстати, Мэнуэл Айзнер из Института криминологии Оксфордского университета сделал прелюбопытную "Интерактивную карту средневековых убийств Лондона". Ссылка внизу. ⠀ "Из всех преступлений, совершенных в Париже в 1410е годы, лишь 7% были связаны с воровством; наиболее распространенной формой преступления — более 76% — были спонтанные, импульсивные акты насилия между гражданами. Записи коронеров средневекового Лондона показывают перманентное насилие в общественных местах, особенно на переполненных рынках, где молодые вооруженные люди толкались в суматохе торгового города. ⠀ Так, воспользовавшись писсуаром в верхней части улицы Фостер-Лейн, Уильям Ро случайно помочился на ботинки другого молодого человека. Когда мужчина пожаловался, Ро ударил его. Потом вмешался Филипп Эшендонский, ругая Роу. Череп Филиппа был размозжен секирой Ро. В другой раз на Грейсчерч-Стрит, у дверей флорентийского банкирского дома Барди, произошла драка между Уолтером Леклерком де Эдельметоном и Александром Де Стаунфордом; Уолтер умер от сильного удара по голове посохом Александра. Роберту Паунчарду повар перерезал горло во время драки после закрытия таверны. Гоняя по улицам, подвергая опасности женщин и детей, молодой сквайр убил гончара, умолявшего его ехать осторожнее. Священник, воровавший яблоки, ударил ножом садовника, ставшего его упрекать. ⠀ Молодые люди дрались и убивали друг друга из-за женщин и из-за “чести”, банды в тавернах затевали драки, выливавшиеся на улицы. Перечень пустяковых ссор, переросших в убийство, бесконечен. Из убийств, совершенных в средневековом Лондоне между 1320 и 1340 годами, 56% были совершены с применением ножа, 87% - между 5 часами вечера и 2 часами ночи, 68% - на открытом воздухе в общественном месте. Город был ареной ежедневного спонтанного насилия". https://www.vrc.crim.cam.ac.uk/vrcresearch/london-medieval-murder-map https://telegra.ph/file/74b3cedd5e8693f8527a8.jpg
237 

22.12.2020 18:28

​​Почему Америка настолько одноэтажная? Спойлер: виноват СССР.
⠀
«Будучи...
​​Почему Америка настолько одноэтажная? Спойлер: виноват СССР. ⠀ «Будучи...
​​Почему Америка настолько одноэтажная? Спойлер: виноват СССР. ⠀ «Будучи высокотехнологичным военно-промышленным и исследовательским центром, Лос-Анджелес был главной мишенью для советских ядерных ракет. Этот зеленый Эдем 1950-х годов защищали батареи ракет Nike класса "земля-воздух", оснащенные ядерными боеголовками. Их стартовые позиции окружали большой Лос-Анджелес, “кольцом сверхзвуковой стали", делавшим Лос-Анджелес одним из самых укрепленных городов в мире. ⠀ В США разрастание пригородов и атомный век были тесно связаны. Апокалиптическая литература и фильмы 1950-х годов сделали городскую жизнь достаточно страшной, наполняя пригороды чувством психологической безопасности, благодаря чувству удаленности от будущего эпицентра в крупном городе. Но процесс исхода из городов получил свой главный импульс от федерального правительства. Военные стратеги и градостроители приходили к убеждению, что политика расселения людей и промышленности из уязвимых компактных городов является упреждающей формой защиты от ядерного удара. Насильственное разуплотнение городов было невозможно в демократической стране, но это можно сделать и косвенно. Налоговые льготы определяли, куда двинется промышленность. Крупномасштабные программы строительства дорог в 1950-х годах позволили поселениям возникать в местах, ранее считавшихся слишком отдаленными. А еще свою роль сыграл существовавший контроль федерального правительства за рынком жилья. ⠀ Охотящиеся за домами семейные пары, возможно, и верили, что делают свободный выбор, но путь, ведший их в пригород, был предопределен на самом высоком уровне. Американские пригороды, с их особым внешним видом и ощущением, не были проявлением национального вкуса или индивидуального выбора; они были в значительной степени созданием государства. ⠀ Благодатная пригородная жизнь прославлялась в бесчисленных телевизионных программах и фильмах, что делало ее весьма желанной, даже идеалистической. Но фактическая эстетика пригорода была продиктована инвестиционной политикой FHA (Федерального жилищного агентства) и соображениями национальной безопасности в части “оборонительного рассредоточения". Закон о жилье 1954 года обязывал федеральные агентства, в том числе FHA, содействовать снижению уязвимости городов перед вражеским нападением. На практике это означало рассредоточение в пригороды. Закон также предписывал, что кредиты должны выдаваться только на жилье, которое "соответствует городским стандартам обороны". Когда в ходе операции "Кью" в пустыне Невада различные типы домов подверглись атомным испытаниям, было обнаружено, что домики в стиле ранчо выдерживают лучше всех. Кроме того, меньше всего пострадали интерьеры в домах c жалюзи. Не случайно девять из каждых десяти новых домов в Южной Калифорнии в 1950-х годах были одноэтажными домиками с верандами, в стиле ранчо». (Да и сейчас так – KNIGSOVET) Цитата из книги «Метрополис: История города, самого великого изобретения человечества» Б. Уилсона. https://telegra.ph/file/dd74d40b7332d1e33fc74.jpg
227 

25.12.2020 16:04

"— У меня очень простой вопрос. В Средневековье комету принимали за змея?
"— У меня очень простой вопрос. В Средневековье комету принимали за змея? Принимали ведь? Вы же не будете этого отрицать? — Я не могу отрицать очевидное. — А сейчас? — А сейчас змея принимают за комету." У меня радостная новость: я прочитал новый роман Евгения Водолазкина "Оправдание Острова", и он очень хороший. Чтобы не терять времени, предлагаю сделать вам следующее: быстренько прочитайте мой пост до конца, чтобы чуть-чуть удовлетворить литературную любознательность, потом насладитесь подборкой цитат, чтобы немного распробовать роман, ну а затем позвольте себе прогуляться до любимого книжного, побродить между полок, а потом, уходя — взять толстый томик в стильной твердой обложке и, пообещав сегодня ни в чем себе не отказывать, купите его. Потом направляйтесь в кофейню или домой, и наслаждайтесь чтением прекрасной литературы с ароматных свежих страниц. Роман — прекрасный пример метафикшена. Перед нами некая летопись некоего Острова, а еще комментарии к этой летописи пары явно разбирающихся в деле персонажей. Евгений Водолазкин — медиевист, правда, в отличие от меня, он специализируется на славянской литературе и истории, что и было успешно использовано в романе. Текст летописи — и с точки зрения языка, и с точки зрения фокуса и ритма — стилизован под настоящую летописную литературу, но, конечно же, с оглядкой на современного читателя — читать интересно и захватывающе. И по мере чтения мы погружаемся в историю Острова и его жителей и, конечно же, замечаем много сходств с нашей историей. Иногда, на мой взгляд, Водолазкин слишком близко подходит к нашему времени, и со страниц летописи читается практически вчерашняя сводка новостей, но я считаю, что автор знал, что делал, и добивался такого эффекта умышленно — у него получилось, все в порядке. Набоков говорил, что в литературном произведении очень важен язык и композиция, а сюжет и мораль — вторичны. Я — за гармонию, и если в "Авиаторе" морали было хоть отбавляй (Водолазкин такое любит), а вот литературная часть оказалась ниже моих ожиданий, то в "Оправдании Острова" гармония достигнута: язык романа находится в гармонии с формой, а форма — с рассказываемой историей; высказывания же автора не выглядят чем-то чужеродным, а изящны и прекрасно вписываются в нарратив. Еще раз: роман прекрасный, и его можно перечитывать. Не отказывайте себе в удовольствии. И, чтобы немного распробовать текст, держите подборку цитат из романа Евгения Водолазкина "Оправдание Острова": https://telegra.ph/Opravdanie-Ostrova-Evgenij-Vodolazkin-11-28 https://telegra.ph/Opravdanie-Ostrova-Evgenij-Vodolazkin-11-28
228 

28.11.2020 17:06

Три Фиванские пьесы: Антигона, Король Эдип, Эдип в Колоне |...
Три Фиванские пьесы: Антигона, Король Эдип, Эдип в Колоне | Софокл Популяризацией чтения античной литературы для русскоязычных читателей что-то, я смотрю, никто особенно не увлекается, так что потихоньку я буду заниматься этой задачкой сам. Софокл — один из трех великих древнегреческих драматургов, которые специализировались на "высоком жанре" — трагедии (там еще Эсхил и Еврипид были), и Аристотель говорил, что его трагедии обладают идеальным сюжетом и безупречно выстроенной композицией. Я Софокла раньше не читал, и сейчас случай особый: я начал работать над романом, и мне что-то подсказывает, что я могу многому у Софокла научиться, так как в чем-то композицией мое произведение напоминает пьесу-трагедию. Посмотрим, что из этого получится, ну а про Софокла, да и других античных авторов, я обязательно еще расскажу. Буря | Уильям Шекспир С Шекспиром преинтересная история. Во-первых, важно знать, что Шекспира считают одним из трех поэтов-праотцов английской литературы (там еще Чосер до и Мильтон после), при этом Шекспир выделяется тем, что он еще и драматург, поэтому его условное влияние на литературу и культуру заметнее. Я, как и все, немного читал его на русском в школе, затем читал его частично на русском и частично на английском в университете, даже упоминал его в несостоявшейся научной работе, и при этом нормально от начала до конца в оригинале не прочел, кажется, ничего. В такой ситуации мне с моим нынешним обстоятельным подходом было сложно определиться, с чего уже нормально и по-честному начать читать Шекспира. Меня выручила моя одногруппница, которая рассказала, как ей нравится роман Джона Фаулза "Коллекционер", но перед чтением которого обязательно нужно сначала прочитать "Бурю". Решение было принято единомоментно. Зима тревоги нашей | Джон Стейнбек С Джоном Стейнбеком, одним из важнейших американских новелистов двадцатого века, а также лауреатом Нобелевской премии по литературе, я познакомился совсем недавно: он, как оказалось, был страстным любителем Артурианских легенд и серьезнейшим почитателем Томаса Мэлори, и так вышло, что сейчас я пишу научную статью о его недописанной книге о Короле Артуре. Пока я готовился к написанию этой работы, я прочитал тонну корреспонденции Стейнбека (а он был любителем писать письма, причем переписку вел с, например, Жаклин Кеннеди, которой он высылал однажды томик Марка Аврелия, и Евгением Винавером — одним из ведущих исследователей Артурианской литературы середины двадцатого века) и, как мне кажется, неплохо узнал Стейнбека как человека, обнаружив на удивление, что он мне оказался очень интересен, а в чем-то и на меня похожим (или наоборот). Поэтому мне стало любопытно прочитать другие его произведения, из которых я надеюсь почерпнуть что-то для себя как для писателя, и что-то для себя как для просто человека. "О мышах и людях", классическую повесть, которую почти все британские старшеклассники проходят по обязательной программе, я уже прочитал (крутая, читайте), и на очереди "Зима тревоги нашей" — последний роман писателя, над которым он работал после первой попытки написать роман о Короле Артуре. Кстати, название к роману — цитата из Шекспира.
224 

03.12.2020 12:49

"Движение за политкорректность имеет несколько побочных эффектов. Во-первых...
"Движение за политкорректность имеет несколько побочных эффектов. Во-первых, усилия по защите ущемленных от оскорблений чреваты тем, что те станут сверхчувствительны к ним: их будут ранить уколы не только явных оскорблений, но и мнимых. Во-вторых, они в конечном счете уверуют, что бессильны справиться с ними самостоятельно и беззащитны, если только власти не вступятся за них." Недавно МИФ издали очень интересную современную научно-популярную книг о стоицизме. "«Радость жизни» американского профессора философии Уильяма Ирвина — одна из ключевых книг стоического ренессанса" — слова научного редактора русского перевода этой книги, Станислава Нарановича, который тут по соседству ведет канал об античной философии . Кстати, из предисловия, написанного Станиславом, я узнал, что Толстой был преданным читателем Марка Аврелия — факт любопытный, и раньше мне на глаза не попадавшийся. О чем книга, и стоит ли ее читать? Автор поставил себе цель познакомить современного читателя-неспециалиста с философией стоицизма, а точнее с теми ее аспектами, которые можно применять на практике в повседневной жизни, а заодно изложить свою точку зрения на подобные опыты. Я считаю, что получилось именно так, как было и задумано: читать легко и просто, вместе с тем автор — академик, и предметом владеет прекрасно, да и ссылочки на использованные ресурсы оставлять не забывает. Конкретно я из книги почти ничего нового не узнал, но я интересуюсь античной философией довольно давно на академическом уровне, так что не вхожу в целевую аудиторию книги. Однако, должен сказать, что некоторые главы были настолько хороши, что я, пожалуй, их еще и перечитывать буду: например, "Оскобления" и "Гнев" — там о том, как реагировать на первое и справляться со вторым. Почему книгу стоит прочитать? Да потому что она о хорошем и правильном, о том, как контролировать (но не подавлять) свои эмоции, как управлять своими желаниями, и, в конце концов, жизнью. Автор заботливо поведет вас за руку, предоставив вам сначала небольшой исторический экскурс, а затем обратит внимание на самые интересные практические пункты стоической философии. Взгляните на подборку цитат книги Уильяма Ирвина "Радость жизни. Философия стоицизма для XXI века": https://telegra.ph/Radost-zhizni-Filosofiya-stoicizma-dlya-XXI-veka-Uilyam-Irvin-12-09 https://telegra.ph/Radost-zhizni-Filosofiya-stoicizma-dlya-XXI-veka-Uilyam-Irvin-12-09
230 

09.12.2020 17:54

"Он знает, подумал я, чувствуя приближение паники. Он знает, что мы лжем. Он...
"Он знает, подумал я, чувствуя приближение паники. Он знает, что мы лжем. Он просто не знает, о чем именно мы лжем." С романами Донны Тартт у меня интересная история: я с большим уважением отношусь к Тартт, как к писателю, и я совершенно согласен с тем, что ее романы с литературной точки зрения — явление уникальное. Но вот к содержанию у меня вечно возникают вопросы. Так было с "Щеглом", который я прочитал залпом, но про который я едва могу сказать, что он мне понравился, потому что я не смог ни согласиться с его основными выводами, ни получить удовольствие от многостраничных описаний времяпровождений главных героев. Роман "Тайная история", дебют Донны Тартт, который у многих так и остался любимым, произвел лучшее впечатление, но ряд вещей в нем меня все равно раздражает. По порядку: начнем с писательницы. Тартт — очень любопытный случай, потому что еще в университете все ее преподаватели в один голос сказали, что она талант, и на голову выше своих одногруппников. Мне всегда интересны такие случаи, и то, как они проявляются — по-моему, это очень круто, когда уже в универе все поняли, что вы — несомненный гений, и дальше можно прекратить терзаться мыслями о том, что вы недостаточно хороши, и писать по книге в десять лет, потому что весь мир все равно будет ее ждать. "Тайную историю", когда Донна Тартт ее дописала (ей было 29 лет на момент выхода книги), издали как горячий пирожок: аванс составил 450 тысяч долларов. И я хотел бы подтвердить, что роман с литературной точки зреня великолепный: очень содержательный (вы как-будто прочитаете не один, а три или четыре романа), красивый с точки зрения языка, яркий, и, конечно, от его чтения почти невозможно оторваться. Это действительно отличный пример литературного романа, который будет интересен даже не очень подготовленному читателю. Мои претензии к нему сводятся к вкусовщине — вещи, которые мне не очень понравились в "Щегле", обнаружились и тут, и это просто не мое: довольно никчемный главный герой, очень депрессивное повествование (черная обложка весьма к месту), чувство безнадежности, которое всегда с вами, не до конца раскрыт ряд вроде бы главных героев (например Джулиан, преподаватель), слишком много подробных описаний принятий разных вредных веществ (у Тартт почему-то пунктик на тему наркотиков и выпивки, который кочует из книги в книгу). Но лучше тысячи слов подборка цитат, конечно же. Прочитайте, почувствуйте атмосферу, и, если вы не читали книгу, вам будет легче принять решение. Если читали — всегда приятно вспомнить былое. Итак, подборка цитат из романа Донны Тартт "Тайная История": https://telegra.ph/Tajnaya-istoriya-Donna-Tartt-12-19 https://telegra.ph/Tajnaya-istoriya-Donna-Tartt-12-19
221 

19.12.2020 18:31

Когда я сначала узнал об авторе, и только потом взялся за его чтение, или пара...
Когда я сначала узнал об авторе, и только потом взялся за его чтение, или пара слов о Филипе Пуллмане Когда я зашел в местный Waterstones в сентябре 2019 года, там вовсю пиарился выход второй книги из трилогии Филипа Пуллмана The Book of Dust — The Secret Commonwealth. Я в первый раз в жизни увидел и автора, и книгу, — в России с популярностью у Пуллмана как-то не очень. Может быть, дело еще в позиционировании — его первая трилогия, которая принесла ему огромную известность среди читателей — His Dark Materials (возможно, вы слышали о ней в связи с выходом сериала на HBO/BBC; в русском переводе трилогия называется "Темные начала") — она не то, чтобы янг эдалт фэнтэзи, но и не то, чтобы прям эдалт фэнтэзи. В общем, автор всегда яростно отрицает связь с YA, но магазины ее часто позиционируют именно так (хотя зависит от магазина). В общем. Так как в Британии Пуллман известен и уважаем, я со временем очень много о нем узнал: что он живет в Оксфорде, интересуется наукой и очень хочет выглядеть как профессор, много лет работал учителем в школе, любит поворчать в целом и поругать церковь (католическую, в основном, но вообще-от все) в частности, говорит на презентации своих книг "мне все равно, понравится вам книга или нет, но вы должны ее купить; и еще вторую в подарок", очень любит "Потерянный Рай" Джона Мильтона (у меня даже издание с его предисловием и комментариями к главам) и Уильяма Блейка, любит ходить в потрепанных кордовых брюках и просторном пиджаке (sprezzatura по-английски), а еще пишет свои произведения на листах А4 (только с одной стороны) ручкой Montblanc Meisterstück Classique Ballpoint Pen в черно-золотистом цвете (цвет чернил: синий). Кстати, с ручкой была любопытная история. Пару лет назад он написал твит: "Утеряно: зеленый кожаный пенал, в котором была ручка Монблан и простой карандаш. Ручка мне особенно дорога, потому что ей я написал His Dark Materials. Если его кто-то найдет, буду благодарен за твит." И еще один твит, почти через год: "Сегодня я надел пиджак, который не носил года два. В кармане я обнаружил мой зеленый кожаный пенал с ручкой, которой я написал His Dark Materials ... Я знал, что она ко мне вернется." Твит лайкали и ретвитили много тысяч раз. Я это все к чему. Теперь, когда я много знаю об авторе, когда я посмотрел много часов его интервью и много часов обсуждал его с разными людьми, мне стало интересно почитать его книги. Я сравниваю то, что происходит на их страницах, с его взглядами на мир, философию, науку, религию, литературу, образование, и слежу за тем, как это отражается в его творчестве. Сейчас я читаю его совсем не так, как мог бы, если бы просто купил его книгу год назад, потому что он популярный, а у его книг красивые обложки.
211 

24.12.2020 20:04


​​Продолжаю писать о своих самых любимых писателях и книгах, которые для меня...
​​Продолжаю писать о своих самых любимых писателях и книгах, которые для меня...
​​Продолжаю писать о своих самых любимых писателях и книгах, которые для меня зе бест оф зе бест через время и расстояния. Одним из самых главных моих вдохновений и любовей по-прежнему остается Джонатан Сафран Фоер, в честь одной из его книг и назван мой канал️ illuminatedMustread «Жутко громко & запредельно близко» История про мальчика, который после смерти отца 11 сентября находит в его вещах ключ и пытается найти его владельца и выяснить есть ли между ними какая-то связь с его погибшем отцом. Параллельно с рассказом про маленького Оскара ведется линия повествования о его бабушке и дедушке, их переписка и их история. Каждую фразу тут хочется разобрать на цитаты, а у самого Фоера какой-то особый талант достигать невероятной степени пронзительности и трогательности без манипуляций чувствами. Но это не значит, что у вас получится избежать рек пролитых слез. «Полная иллюминация» «Юмор – это единственный правдивый способ рассказать печальный рассказ», - девиз этой книги и главного героя Саши из Одессы, который помогает американскому еврею (по совместительству самому писателю) найти в Украине семью, которая спасла его дедушку во время войны. В свое путешествие они берут полубезумного деда Саши и их престарелую собаку, что в равной степени нелепо, смешно и очень увлекательно. Также постепенно мы узнаем историю этого самого дедушки и его спасения, тут уже не будет ничего смешного, но эти две параллельные части уравновешивают друг друга и немного примиряю с трагичностью темы. «Вот я» Честно говоря, насколько две первые книги на меня поразили, настолько совершенно не понравилась третья. Возможно, не то место и не то время, но прождав выхода нового романа более 10 лет, я так и не смогла его дочитать. В книге тяжелым мне показалась все: давящая проблематика развода, катастрофы и военные конфликты, огромнейший объем страниц. Лучше я вам посоветую без лишнего проповедничества его два нон-фикшена: первая книга про то как Фоер пришел к вегетарианству «Поедая животных», а вторая совсем свежая на тему глобализации и заботы о планете «Погода – это мы» . https://telegra.ph/file/5ee72a32f17ba64cadd19.jpg
224 

23.12.2020 17:12

Book: «Полночная библиотека» Мэтт Хейг Цитата: «Порой единственный способ...
Book: «Полночная библиотека» Мэтт Хейг Цитата: «Порой единственный способ научиться – это прожить» Неожиданно милейшая книга, которая подходит любым сезонам, но особенно-особенно под Новый год. С правильной долей романтики, с правильной – пессимизма, и с дозой отличного витамина D в виде захватывающей истории. Вы мне сейчас скажете – ну что тут захватывающего? Истории в попадание в альтернативные истории мы уже видели и в «Семи смертях Эвелины Хардкасл» Стюарта Тёртон (https://t.me/peresmeshniki/701), а про страдания не нашедшей себя в жизни очень образованной девушки совсем недавно читали в «Элеанор Олифант в полном порядке» Гейл Ханимен (https://t.me/peresmeshniki/685). А про таинственные полки с книгами в «Круглосуточном книжном мистера Пенумбры» Робина Слоуна (https://t.me/peresmeshniki/388). Именно так всё и есть. Всё читали и всё знаем. И тем не менее… Норе так хочется умереть, что я даже хотела отложить книгу после прочтения первой страницы. Но внезапно сюжет так завертелся, и так хотелось узнать, чем сердце успокоится, и так забавно было попадать вместе с Норой в разные переделки, что пока я не дочитала до строчки «НОРА ЖИВА», я не успокоилась. Смешно, грустно, но главное очень увлекательно. Доказательство, что даже на банальные сюжеты можно писать так, что не оторваться. И кстати, как я только что выяснила, что «Полночная библиотека» выбрана лучшей книгой года читателями Goodreads. Совпадение? После этой книги я так не думаю. Мой личный рейтинг: 8/10 https://peresmeshniki.com/books/polnochnaja-biblioteka-mett-hejg/
230 

21.12.2020 18:39

«Вовремя рассказанная история может изменить мир». — эта фраза объединила...
«Вовремя рассказанная история может изменить мир». — эта фраза объединила...
«Вовремя рассказанная история может изменить мир». — эта фраза объединила психолога и режиссера, так появился проект «Дикие истории». Ада и Марта — искусствоведьмы из Санкт-Петербурга — убеждены: за всем, что влияет на жизнь, так или иначе стоит интересная история. Она в рецепте твоего любимого блюда, она дает крылья восходящей звезде, она в любимой песне и в семейном портрете. У каждого есть своя история. Кто знает, чей мир она может изменить? Проект «Дикие истории» — это материалы, которые пригодятся тому, кто пишет уже давно или начал только сейчас. Есть группа во ВКонтакте (тут стоит прочесть каждый текст). Есть канал в телеграм. А еще есть два масштабных онлайн-проекта. Проект «Уроборос» — мистический проект текстовой самотерапии, состоящий из ключей-заданий, выполнение которых поможет вспомнить то, что прямо или косвенно мешает жить, осознать то, что мешает и освободиться. Музыка, ритуальные действия, текстовый шаманизм, упражнения с телом, работа с метафорическими картами и сказкотерапия в одном флаконе. В течение двух недель Ада и Марта дают ключи, открывающие двери к инсайтам и пониманию того, что происходит в твоей жизни. Проект «Дикие истории» (ближайший интенсив стартует 9 января, вся информация по этой ссылке) — для писателей любого уровня. Искусствоведьмы точняют: «даже для ОЧЕНЬ начинающих». Неважно, пишете ли вы уже много лет или только собираетесь с силами. «Дикие истории» помогут понять, как двигаться по этому запутанному пути, как справиться с писательским блоком, как искать истории в себе. В рамках интенсива — торетические материалы, интересные упражнения, живое общение и поддержка в чате, драйв, веселье и азарт. Ада и Марта взяли серьезную теоретическую базу и превратили ее в текстовое шоу, которое целых пять недель. Девиз проекта: «Только текст, только хардкор!» С программой курса можно ознакомиться по этой ссылке. И пара слов о создателях: Марта — практикующий психолог, арт-терапевт, работает с метафорами и образами, молится на текстовую терапию. Лечит словом, владеет словом, иногда подозревает, что и сама она — слово. Ада — поэт, режиссер, автор литературного курса «Дикие истории», аспирант кафедры социально-культурной деятельности. Исповедует режиссуру текстов, синтез жанров и выразительных средств, со ней никогда не бывает скучно. На досуге владеет двумя андеграундными кабаками в Санкт-Петербурге, потому что кто-то же должен славить рок-н-ролл, аллилуйя. We will art you, говорят Ада и Марта. А я призываю подписаться. Потому что проект очень и очень крутой. http://t.me/adamartatxt
231 

25.12.2020 11:02

Смерть тема необъятная и говорить о ней можно долго, чего не позволяют рамки...
Смерть тема необъятная и говорить о ней можно долго, чего не позволяют рамки данного формата. Но некоторые заметки, предваряющие книгу на эту тему, сделать можно. Весь человеческий опыт показывает, что «общей смерти», «смерти вообще» не существует, она всегда адресна, индивидуальна, причем этот адрес никогда не совпадает с твоим, он всегда чей-то еще. Легко представить чужую смерть, но свою представить невозможно, хотя ее нельзя миновать. Толстой очень точно показал это состояние «непредставимости» в «Смерти Ивана Ильича». Возникает парадокс – смерти нельзя избежать, но она противоестественна, ее не должно быть. На этом парадоксе строится все сопротивление человека смерти, конфликт человека со смертью является основной витальной силой. Вера, часто неосознанная, в личное бессмертие живет в каждом человеке, что было зафиксировано как христианской традицией, так и психоанализом. Эта вера проистекает не столько из инстинктивного стремления уцепиться за жизнь, сколько из той самой онтологической непредставимости смерти для живого человека.Человек умирает, но остальное живое просто кончается и в этом в том числе ключевая разница между человеком и животным. Если проанализировать причины страха смерти, то окажется, что нас больше интересует не что произойдет, а как произойдет. То есть мы боимся не смерти, а умирания и его форм. Смерть подводит итог жизни человека и определяет, кем он был, устанавливает смысл, «участвует в жизни», по выражению М.Мамардашвили. Ценность смерти в том, что она служит примером, завершает время и открывает вечность. Ощущение неизбежности смерти приводит большинство людей к мысли о необходимости что-то исправить. В обычной жизни главное и неглавное, важно и неважное перемешаны, но в преддверии смерти отбрасывается все случайное и остается то, что представляется человеку не только самым важным, но и оправдывающим его перед лицом смерти. Достойная смерть может оправдать недостойную жизнь и наоборот – недостойная смерть накладывает печать на всю прожитую человеком жизнь, вызывает в сознании (особенно религиозном) множество вопросов об истинном образе и уровне жизни человека. Смерть задает масштаб жизни, погребальный ритуал и надгробный монумент становятся сублимацией памяти о человеке. Тело, оставшееся после смерти, является самым наглядным свидетельством о смерти, ее причинах, оно предусматривает локус погребения (могилу), которая надолго остается наиболее выразительным знаком ухода, имеющим многоуровневую семантику. Ритуал прощания и погребения формирует посмертное состояние человека и его тела, именно ритуал создает из тела семиотический объект и устанавливает с ним внешнее взаимодействие. С этой точки зрения тело человека продолжает находиться в контакте с окружающими и длить посмертное бытие человека, которое теперь заключено только в теле. Именно это бытие возможно именовать смертью. Пропущенное через ритуал, данное бытие приобретает форму смерти и воспринимается как смерть. Не случайно в повседневной жизни осознание смерти человека обычно происходит не сразу, а проявляется постепенно именно в ходе ритуала и достигает апофеоза после его окончания (как в «Старосветских помещиках» Гоголя). Теперь, мы надеемся, вам будет легче прочесть классическую работу Роберта Герца «Смерть и правая рука» (М., 2019), дающую очень много для понимания природы смерти.
230 

17.09.2019 11:59

Сегодня поговорим о жутковатой теме – нацистских концентрационных лагерях в...
Сегодня поговорим о жутковатой теме – нацистских концентрационных лагерях в несколько непривычном ракурсе - как феномене социальной жизни и общественной мысли Европы середины прошлого столетия. Почва для возникновения «феномена Освенцима» (назовем его так), считающегося сублимацией концлагеря, как явления, начала готовиться сразу после окончания Первой Мировой войны. Система концлагерей была выстроена так, что смерть, которая обычно представляется, как некое мгновение перехода из временной жизни в вечную, как отрицание жизни, оказалась внесена непосредственно в жизнь и существовала в ней продолжительное время. То есть человека, которого раньше убивали (или он умирал) один раз в конце жизни, теперь убивали на протяжении жизни. В результате жизнь и смерть становились неразделимы между собой, смерть теряла признак конца жизни. В этой ситуации человек переставал понимать, жив он или мертв, и если жив, то можно ли назвать жизнью то, что хуже смерти. «Ретроспективное существование» (по выражению Э.Фромма), то есть существование, когда все лучшее, все похожее на жизнь, осталось в прошлом, а будущего нет, лишь подчеркивали «пребывание в смерти». Одним из следствий системы концлагерей становится равнодушие к смерти. Человек оказывался постоянно находящимся между жизнью и смертью – он не имел сил и желания покончить с собой, но и не имел возможности жить. Возникала неизвестная ранее новая, «третья», пограничная форма существования, формировавшая новый тип человека, которого больше интересовало не «что произойдет», а «как произойдет». То есть боялись не смерти, а умирания и его форм. Люди, немощные телом, но имевшие любую духовную опору, лучше переносили лагерную жизнь и чаще оставались в живых, чем физически сильные натуры. Скептики-интеллектуалы оказывались в Освенциме в ужасном состоянии. Разум, интеллект, образованность, начитанность, то есть то, что прежде составляло фундамент и стержень жизни, теперь превратилось в главного врага заключенного, становилось одним из ключевых факторов, ведущих человека к гибели. Когда реальная смерть наступала, человек лишался последнего права – права оставить свой след, память о себе в этом мире. Еще при жизни в лагере человек лишался самоидентификации, имени, стереотипов поведения, способности мыслить, а после смерти превращался в пепел, не оставляя после себя даже могилы. В результате, Освенцим, по мнению Х.Арендт, впервые в истории предъявил миру парадоксальный «опыт несуществования», когда человек оказывался не нужен даже самому себе. Провозгласив устами Ф.Ницше «смерть Бога», то есть абсолютного блага, Европа столкнулась в форме Освенцима с явлением Абсолютного Зла. Зла, которому нечего было противопоставить. В связи с этим после войны общественное сознание Европы столкнулась с неразрешимой задачей. Опыт религиозной оценки такого рода событий был к середине ХХ столетия утрачен, а описать и постичь произошедшее в обычных категориях оказалось невозможно, ибо то, что произошло, находилось за пределами любой рациональности и рассудительности, за границами любой науки. Поэтому данный феномен не понят и не осмыслен до сих пор. Освенцим стал той чертой, перейдя которую, Европа изменилась навсегда. Исчезнув, «концентрационный мир», поставил перед европейским сознанием несколько вопросов, актуальных и сегодня. Первый сформулировал Т.Адорно, считавший, что Освенцим есть факт тотальной культурной катастрофы Запада. Он спрашивал, можно ли после Освенцима жить дальше? Ответ на этот вопрос давал С.Беккет, персонажи которого после Освенцима не столько «живут», сколько «выживают», словно на настоящую жизнь у них под гнетом памяти уже не хватает сил. Еще один вопрос - неужели нельзя было предвидеть этого? Кафка предвидел, но кто обратил на него внимание? И вопрос – если все тогда согласились с Освенцимом, значит ли это, что и я согласился бы? Попытку ответить на этот вопрос мы видим в конфликте поколений в 1960-е. На эту тему не так много серьезных книг (П.Леви, Ж.Амери, Э.Фромм), но одна из лучших это «Просвещенное сердце» психолога Бруно Беттельхейма. Она есть в сети.
222 

25.02.2020 13:37

Конец года. Подводим интеллектуальные итоги. Мой краткий список необходимых...
Конец года. Подводим интеллектуальные итоги. Мой краткий список необходимых интеллектуальных книг, чтение коих помогает понять многое: - Агамбен Д. Монашеские правила и форма жизни. - Адорно Т. Негативная диалектика. - Адорно Т. Философия новой музыки - Барт Р. Как жить вместе. - Бауман З, Леонидас Д. Моральная слепота. - Бауман З. Текучая современность. - Башляр Г. Поэтика пространства. - Беньямин В. Девять работ. - Беттельхейм Б. Просвещенное сердце. - Беттельхейм Б. Пустая крепость. Детский аутизм и рождение «Я» - Беттельхейм Б. О пользе волшебства. Смысл и значение волшебных сказок. - Берджер Д. Зачем смотреть на животных. - Бибихин В. Слово и событие. - Бибихин В. Мир. Язык философии. - Бодрийяр Ж. Символический обмен и смерть. - Браун Д., Крамер И. Корпоративное племя. Чему антрополог может научить топ-менеджера. - Брюкнер П. Парадокс любви. - Брюкнер П. Вечная эйфория. Эссе о принудительном счастье. - Вебер М. Протестантская этика и дух капитализма. - Верена Каст. Горевание. Фазы и возможности психологического процесса. - Витгенштейн Л. Философские исследования. - Гребер Д. Бредовая работа. Трактат о распространении бессмысленного труда. - Джекет Д. Зачем нам стыд? - Зебальд В. Campo santo - Зонтаг С. Болезнь как метафора. - Зонтаг С. О фотографии. - Канторович Э . Два тела короля. Исследование по средневековой политической теологии. - Камю А. Бунтующий человек - Карьер Ж., Эко У. Не надейтесь избавиться от книг. - Кафка Ф. Письмо к отцу. - Кемпински А. Экзистенциальная психиатрия. - Киттлер Ф. Оптические медиа. - Клод Леви Стросс, Дидье Эрибон. Издалека и вблизи. - Клод Леви Стросс. Все мы каннибалы. - Клод Леви стросс. Узнавать других.Антропология и проблемы современности. - Кэмпбелл Д. Сила мифа. - Латур Б. Где приземлиться? - Леви П. Человек ли это? - Леви П. Канувшие и спасённые. - Левинас Э. Время и другой. Гуманизм другого человека. - Ливайн М. Разбитые окна - разбитый бизнес. Как мельчайшие детали влияют на наши достижения - Маклюэн М. Галактика Гутенберга. - Мамардашвили М. Возможный человек. - Мамардашвили М. Сознание и цивилизация. - Мортон Т. Гиперобьекты. Философия и экология после конца мира. - Пигров Т., Секацкий А. Бытие и возраст. - Подорога В. Время чтения. Быстрое и медленное в эпоху массмедиа. - Пятигорский А. Что такое политическая философия. - Рашкофф Д. Корпорация жизнь. Как корпоративизм завоевал мир. - Салецл Р. О страхе. - Серр М. Девочка с пальчик - Седакова О. Вещество человечности. - Седакова О. Moralia. - Сеннет Р. Плоть и камень. Тело и город в западной цивилизации. - Сеннет Р. Мастер. - Сохань И. Трансформация современной гастрономической культуры и тоталитет фастфуда. - Стил К. Голодный город. Как еда определяет нашу жизнь. - Федье Ф. Мир спасёт красота. - Феррарис М. Ты где? Онтология мобильного телефона - Флорида Р. Кто твой город? Креативная экономика и выбор места жительства. - Флюссер В. О положении вещей. Малая философия дизайна. - Франкл В. Сказать жизни «Да». - Хайдеггер М. Время и бытие: статьи и выступления. - Хиз Д., Поттер Э. Бунт на продажу. Как контркультура создаёт новую культуру потребления. - Хобсбаум Э. Разломанное время. Культура и общество в двадцатом веке. - Хоркхаймер М., Адорно Т. Культурная индустрия. - Хосе Ортега и Гассет. Размышления о Дон Кихоте. - Эко У. От древа к лабиринту. - Эко У. Поиски совершенного языка. - Янкелевич В. Смерть. Продолжение следует
224 

21.12.2020 13:23


С удовольствием перечитываю Hogfather (Санта-Хрякус) Терри Пратчетта. Несколько...
С удовольствием перечитываю Hogfather (Санта-Хрякус) Терри Пратчетта. Несколько цитат хотела сохранить и запостить, но понимаю, что без контекста они будут совсем не такими смешными. В "Санта-Хрякусе" вещи, в которые верят люди, вдруг начинают материализоваться. Например, Зубная фея. Она, оказывается, не сама выполняет свою работу, а платит небольшую комиссию девушкам, которые ходят по домам и собирают зубы детей. Или, например, Джек Фрост - человек, который зимой стоит снаружи домов и разрисовывает окна узорами. Все мило и хорошо ровно до того момента, когда понимаешь, что материализуется абсолютно все,в том числе и страшилки для детей – например, о монстре под кроватью. Или о персонаже немецкой детской сказки, написанной в середине 19 века - о мужике, который ходит и отрезает большие пальцы детям, которые продолжают сосать их несмотря на увещевания родителей. Сидишь и думаешь: это как надо ненавидеть детей, чтобы рассказывать им такие сказки? Впрочем, здесь есть и нестрашные создания - например, Бог похмелья или Пожиратель носков (а куда, вы думали, они деваются). Таков мир Терри Пратчетта – никогда не знаешь, что здесь может произойти, и это прекрасно.
225 

02.01.2021 15:35

Михаил Елизаров «Земля» МОМЕНТОВ МОРЕ «Для нынешнего общества мысли о смерти...
Михаил Елизаров «Земля» МОМЕНТОВ МОРЕ «Для нынешнего общества мысли о смерти — тягость и спам. Чего хочет обыватель? Сервиса! Чтобы всё сделали вместо него!<...> Саму же смерть, целиком и без остатка, общество переложило на наши плечи — мы ду-ма-ем смерть вместо других!» Масштабное думание за нас обо всех аспектах смерти (или, по-модному, death studies) получилось у Елизарова — все тонкости похоронного дела (от копания могил до того, на какого цвета ленте пишут пожелания покойнику родственники, а на какой — друзья), некроманты, Достоевский, юродивые, кладбищенская мафия, щепотка пелевенщины, элементы тоски по детству и воткнутая в зассанный сугроб облезлая в мишуре ёлка — вот тебе, батюшка и Новогоднее чтение. Атмосфера этого романа затягивает моментально, абсолютно устраняя рамки формы — то есть никакого ощущения «вот я сейчас читаю книгу» нет: в эту кладбищенскую одиссею погружаешься с головой, как в самый любимый и уютный сериал. Путь героя, молодого землекопа по кличке Крот, будет отчасти библейским (только все наоборот, а Каин сводный), отчасти сказочным (спящая царевна, она же мертвая невеста), а в основном философски — афористичным, в манере знаменитой остроты Раневской про могилу и пизду. Елизаров перемежает танатос эросом так же искусно, как и цитаты из Хайдеггера казарменными матерными прибаутками. В общем, читать эту энциклопедию русской смерти — сплошное филологическое и интеллектуальное удовольствие, если бы не одно общее НО. Проблема современной русской литературы — чудовищно абстрактные финалы. Этот плацкарт с торчащими ногами неспешно катился 800 страниц, за которые можно было все сказать, и замогильной мистики где надо подпустить, но зачем же, зачем же так ускоряться на последних поворотах, вываливая всю протухшую метафизику на стол?.. А впрочем, поддаваясь декадентским ноткам взятой темы, не нам судить, какой из уготованных концов плох. Кому читать: фанатам строк «и у неё будут твои глаза»; не бывавшим на поминках; бессмертным — обязательно. Что пить: выше мы уже разбирали различие между коньяками и бренди, обратимся к разнице между коньяком и арманьяком. Арманьяк делают из винограда урожая одного года, коньяк — чаще всего из сортов разных лет; арманьяк получают методом однократной непрерывной дистилляции, коньяк — методом двойной перегонки. Отсюда ещё выдержка, крепость, ну и цена арманьяка — все выше коньяка. Но живем один раз, можем себе позволить.
200 

04.01.2021 17:52

По всем вопросам пишите на youbooks-email@yandex.ru