Назад

​​ Илос. Начало Автор: Арден_Лия Год издания: 2022 Серия: Потомки_Первых...

Описание:
​​ Илос. Начало Автор: Арден_Лия Год издания: 2022 Серия: Потомки_Первых 4 Жанр(ы): Фэнтези Любовные_романы Описание: Историю Первых словно легенду передают из уст в уста. Она обрастает новыми событиями и небылицами, а что-то полностью исчезает из повествования, будто и не было. Поэтому я решил рассказать всё сам, чтобы вы знали правду такой, какая она есть, потому что я не стану ничего скрывать. Следует начать с самого начала. Здравствуй, меня зовут Илос, и я четвёртый ребёнок в нашей семье. Финальная часть тетралогии «Потомки Первых» Лии Арден. https://telegra.ph/file/66283452a1dfb1bf7e03b.jpg

Похожие статьи

Всем Я прочитала «Авиатора» Евгения Водолазкина, и у меня осталось неприятное...
Всем Я прочитала «Авиатора» Евгения Водолазкина, и у меня осталось неприятное впечатление. Это история человека, родившегося в Петербурге в 1900 году и по стечению обстоятельств очнувшегося в 1999 году. Сложно встраивать научную фантастику в реалии России 90-х, не скатываясь в пошлость, но в целом у автора это почти получилось. Соловецкие фрагменты невероятно яркие и живые, и, пожалуй, самые ценные в книге. Повествование идет сначала от лица одного персонажа, потом от лица троих. Как будто история запнулась на полпути и поковыляла дальше уже с палкой (хотя я понимаю, что это было задумкой автора и служило определённой цели). Читать вторую часть было неинтересно...и достаточно неприятно. Самое большое отторжение вызвала неявная, но мельтешащая между строк мысль - власть забирает самый сильный, репрессии были, потому что люди были к ним готовы, несчастья, лагеря, пытки - справедливы, это искупление за совершенные преступления, за грехи. И убеждение, что с высоты истории, с перспективы над ситуацией - эти страшные лагеря, эти нечеловеческие страдания - оправданны, ожидаемы. Мне кажется, это абсолютно кошмарная, преступная логика. И мне искренне жаль, что эта книга написана сейчас - потому что книги отражают витающие в воздухе идеи...
2533 

17.08.2019 12:32

​The left hand of darkness, Ursula Le Guin
      Левая рука тьмы, Урсула Ле...
​The left hand of darkness, Ursula Le Guin Левая рука тьмы, Урсула Ле...
​The left hand of darkness, Ursula Le Guin Левая рука тьмы, Урсула Ле Гуин Генли Ай - землянин, которого отправляют на планету Гетен с важной миссией - убедить жителей примкнуть к межпланетной торговой ассоциации. Непростая задача посла усложняется тем, что культура и уклад гетенианцев кардинально отличаются от земных. У жителей Гетена нет пола. В период половой активности у них проявляются либо женские, либо мужские половые органы - в зависимости от того, кто будет их партнером. Так что теоретически любой здесь может родить ребенка. Когда гетенианцы беременны, они становятся похожи на женщин. В остальное же время в них вроде бы есть и женские, и мужские черты, хотя наш рассказчик-посол упорно называет их всех "он". Генли вообще упоминает женщин крайне редко, и практически всегда в негативном ключе. Если кто-то визгливо рассмеялся, то сделал это "как женщина", если кто-то коварен и хитер, то он "как женщина". Одного гетенианца он вообще обидел, назвав его "landlady", потому что у того были "округлые ягодицы". Таких примеров - масса. Возможно, так автор хотела показать стереотипность мышления Генли, который привык делить всех на мужчин и женщин, но мне это не понравилось и оставило неприятный осадок. Интересно, что Ле Гуин не старается, как другие авторы, рассказать нам о том, как устроен этот мир. Ее больше интересуют культурные различия между землянами и гетенианцами, связанные с отсутствием гендера. Например, из-за того, что забеременеть могут все в возрасте от 17 до 35, бремя воспитания детей ложится на всех в более-менее равной степени. Поэтому никто не может быть настолько свободным, как, например, мужчина-землянин. Здесь также не бывает изнасилований, потому что половой акт физически возможен только при взаимном согласии обоих партнеров. Но зато есть инцест. Он не приветствуется, но и особо не преследуется. Концепт у книги интересный, но текст настолько сухой и плотный, что сквозь него нужно буквально продираться, по пути увязая во множестве непонятных названий. Да, книга дает обильную пищу для размышлений, и заставляет по-новому взглянуть на понятие гендера и на то, как в нашем обществе все вокруг него завязано. Но не скажу, что "Левая рука тьмы" мне понравилась, и вряд ли буду читать Ле Гуин еще. https://telegra.ph/file/3530e12b095048772dd55.jpg
2546 

12.12.2020 11:04

Экспресс-обзоры 2 Прежде, чем подвести итоги, хочу рассказать вам еще о...
Экспресс-обзоры 2 Прежде, чем подвести итоги, хочу рассказать вам еще о нескольких прочитанных недавно книжках. В сегодняшней подборке - жизнь и быт в Англии, мемуары феминистки, "рождественская" (на самом деле нет) Агата Кристи, книжная критика и одна очень раздражающая книга. Англия. Иностранец Ее Величества, Андрей Остальский Серия очерков о жизни в Англии, написанная русским журналистом, который уже больше 20 лет живет в туманном Альбионе. Автор рассказывает о менее известных английских традициях и условностях, своей работе в BBC, встрече с принцессой Дианой и просто о житье-бытье. Это, кстати, отличный подход - рассказать о стране с точки зрения иностранца, ведь англичане о своей родине, конечно, будут рассказывать совсем по-другому. Их, например совсем не удивляет, что элементарного приема у терапевта надо ждать целый месяц, потому что они к этому привыкли и просто не представляют, что может быть иначе. How to be a woman, Caitlin Moran Мемуары известной британской журналистки, на которые я наткнулась совершенно случайно. В каждой главе Моран рассказывает случай из своего детства, связанный с каким-нибудь аспектом жизни и взросления женщины. Например, как у нее начались месячные, или как она раньше все время покупала каблуки и не носила их. Или о бессмысленности дорогих помпезных свадеб. Написано очень живо и с юмором, я прослушала залпом. Правда, не во всем я согласна с автором. Например, она целую главу посвятила вопросу о том, как называть свою вагину. У меня как-то никогда не возникало такой дилеммы. The Dilemma, BA Paris Кстати о дилеммах. Представьте, что накануне большого праздника вы узнаете ужасную новость, и должны сообщить ее вашему близкому человеку. Когда вы это сделаете - до праздника или после, чтобы ваш близкий мог насладиться последними моментами счастья до потенциально разрушительной новости? Думаю, выбор очевиден. Но не для главного героя, который всю книгу раздражал меня своей нерешительностью. Плюс книги: она недлинная, и здорово скрашивает долгие поездки в автобусе. Hercule Poirot's Christmas, Agatha Christie Рождество Эркюля Пуаро Усатый детектив снова ворчит по поводу любви англичан к проветриванию домов и мастерски расследует убийства. Не стоит читать эту книгу для новогоднего настроения (его там нет), но, если нужно увлекательное чтиво на зимний вечер, то вполне сойдет. Почти два килограмма слов, Алексей Поляринов Читала этот сборник эссе небольшими порциями в перерывах между другими книгами. Кстати, именно благодаря Поляринову прочла "Рассечение Стоуна". Понравилось, с какой страстью автор рассказывает о своих любимых писателях и их произведениях, будь то книги, поэмы или сценарии к фильмам. Пока читала, поняла, что я практически никогда не вижу никакого символизма в книгах. Я просто наслаждаюсь чтением) Может быть, это и к лучшему.
2572 

29.12.2020 12:55

Нонфика в этом году нет, а списки «что бы вы купили, если бы non/fiction...
Нонфика в этом году нет, а списки «что бы вы купили, если бы non/fiction состоялся» - есть! И без своего списка я вас не оставлю. • Борис Виан, УЛИПО «Деваться некуда». Борис Виан (больше под Вернона Салливана) написал четыре главы и не завершил роман. Через сто лет после рождения писателя наследники предложили литературному объединению УЛИПО (Увеличение ЛИтературной ПОтенции) дописать продолжение. Есть большой шанс, что говно, но деваться некуда. • Чарли Кауфман «Муравечество» - ½ одного из любимых сценаристов да еще и в переводе Поляринова – даже если получится заумно, просто красиво встанет на полочке, уже будет мне приятно. • Иэн Рэйд «Думаю, как всё закончить» - тот же Чарли Кауфман сделал из этого романа экзистенциальный ужастик, который я пересмотрела трижды, чтобы понять, так что очень интересно узнать, Кауфман - гений, и/или первоисточник - огонь. • Дж. С. Фоер «Погода – это мы» - с Фоера, купленного на нонфике 2017, мой канал и начался, поэтому Фоера читать я не брошу, хотя на мой вкус лучше «И всё осветилось» он так ничего и не написал. • Роберт Гараев «Слово пацана. Криминальный Татарстан 1970 -2010х» - люблю ненавязчиво выкладывать такие книги перед собой на столик в модных барах, когда прихожу туда одна. • Саша Сулим «Безлюдное место: Как ловят маньяков в России» - вся следующая фраза прозвучит ужасно, но тру крайм в тренде, а русский тру крайм- особенно, ведь он самый беспощадный, логично же. Кропотливое и непритязательное расследование дела ангарского маньяка – приберегу на безнадежный февраль. • Стивен Кинг «Будет кровь». Весь год читаю Кинга, уменьшая тем самым количество своих подписчиков и увеличивая уровень тревожности, но остановиться невозможно. • Сюзанна Кларк «Пиранези». Оторваться от кровавой Земли, беспокойные кельты, волынки, феи, неразбавленный английский юмор – от автора, подарившего мне прекрасные 10 часов подряд в обнимку с мистером Норреллом. Что пить, чтобы во время онлайн-шопинга не заказать больше книг, чем требуется одной женщине со средней зарплатой? Черносмородиновый рижский бальзам смешаем с сухим игристым в пропорции 1/3 (если возьмёте розовое, будет совсем красиво), добавим любую замороженную ягоду из недр морозилки, не пьем больше 3 таких коктейлей подряд.
2622 

01.12.2020 14:12

​​Тут интересовались в личку, мол, а куда это пропал Филипп с литературных...
​​Тут интересовались в личку, мол, а куда это пропал Филипп с литературных...
​​Тут интересовались в личку, мол, а куда это пропал Филипп с литературных горизонтов? Отвечаю: никуда не пропал, просто на время затаился, прячется Филипп в связи с обострением лёгкой депрессии, общей неопределённости и апатии, вызванной творческим кризисом. Тем не менее, кое-что и сейчас догоняет меня по следам активностей последнего года. Для галочки пунктирно отмечу: 1. Торжественное награждение дипломом и сборником рецензий (+ всякого рода приятная фирменная сувенирка) от районной библиотеки «Семёновская» в рамках конкурса «Книжный штурман». В этом замечательном конкурсе рецензий (без шуток) мне досталось второе место в номинации «Не рекомендую» за критический обзор книги Максима Саблина «Крылатые качели». Впрочем, применительно к этой книге «не рекомендую» не ультимативное, а довольно-таки условное. Тема, поднятая в романе, – «несправедливость» в распределении родительских прав после развода супружеской пары, – считаю, очень важная, за неё мало кто берётся, потому что, предполагаю, чревато осуждением со стороны кусучего фем-сообщества. Максим не побоялся, взялся за тему, и раскрыл её на основе собственного печального опыта. И местами получилось так, что некоторые страницы романа буквально пронизаны болью человека, которому месяцами не дают увидеться с собственным сыном, но это, к сожалению, не покрывает весьма скромных пока что творческих сил автора – тексту не помешала бы крепкая редактура. Полноценную мою рецензию на «Крылатые качели» Максима Саблина можно прочитать в лит-журнале Textura. Ну, а коллективу «Семёновской библиотеки» хочу выразить огромное человеческое спасибо за конкурс – вы правда делаете большое дело в популяризации чтения. Надеюсь, что следующий год для «Книжного штурмана» станет ещё более успешным, уйдёт в прошлое ковид со всеми дурацкими ограничениями на посещение вашей уютной библио, и вообще! 2. На прошлой неделе пришла посылка из Нижнего Новгорода с 5-м номером литературного журнала «Нижний Новгород», в недрах которого прячется в том числе и мой крохотный рассказ «Рождественский Тимоша». Этот текст я в прошлом году написал для новогоднего конкурса от Creative Writing School, но там он, понятное дело, никого не заинтересовал. Штош, теперь в «Журнальном зале» объявился призрак моего ФИО. Увы, всего лишь призрак, поскольку на соответствующей странице ЖЗ всего лишь упоминаются авторы отдельного номера «Нижнего Новгорода», с отсылкой на официальный сайт журнала, где можно скачать тексты. Поэтому сам рассказ «Рождественский Тимоша» я опубликовал отдельно на платформе Medium. 3. Постучались в инстаграмную личку из «Редакции Елены Шубиной» с предложением принять участие в зум-обсуждении книги Евгения Чижова «Собиратель рая». Насколько я понимаю, для «РЕШ» формат книжного клуба «Читаем с редактором» новый, но, в принципе, мне интересный. И я, скорее всего, приму участие в следующий понедельник, тем более, что книга Чижова мне в целом понравилась, успеть бы освежить впечатления… Да, ну и приглашаю всех заинтересованных присоединиться к «решовскому» обсуждению по ссылке. 4. Кстати, кстати! По результатам оглашения итогов конкурса «Блог _пост» «Писательская академия «Эксмо» якобы предложила двум финалистам премии сотрудничество с предложением опубликовать книгу, посвященную вопросам взаимодействия литературы и общества в одном из импринтов холдинга (что бы это ни значило). Так вот, будучи одним из этих финалистов официально заявляю, что никакого предложения я не получал (ни по почте, ни в личку, ни голубем с письмом в клювике, никак). Как обстоят дела с сотрудничеством у Жени Лисицыной я не знаю, не спрашивал, но надеюсь на то, что она уже вовсю пишет книгу, которую в скором времени «Эксмо» с оглушительным пиар-фейерверком представит общественности. Лично я с удовольствием куплю и почитаю, мне импонирует лисицынский фирменный ироничный стиль подачи в критике. https://telegra.ph/file/8ac6057830ef15575ba4e.jpg
2558 

20.11.2020 14:59


​​В миллионный раз пересматриваю гениальнейший сериал Германики «Школа». И не...
​​В миллионный раз пересматриваю гениальнейший сериал Германики «Школа». И не...
​​В миллионный раз пересматриваю гениальнейший сериал Германики «Школа». И не только затем, чтобы насладиться вполне себе аутентичной атмосферой навека советского постсоветского учреждения, до хруста подсохшей столовской булочки напоминающего мою собственную школу. Это, в принципе, понятно, практически моя ровесница, она на экране в 2010 году воспроизводит какбе современную школу, но это, конечно, всё та же родная ей районная школа 90-х, только с искусственно вмонтированными в известково-линолеумные интерьеры девочками-эмо и мальчиками-скинхедами (воспади, и где эти все субкультурки, нонешняя молодёжь-то поди и слов таких не знает). Так вот, шедевральность сериала совсем не в этом. Просто там по кадрам рассыпаны такие милые иронические пасхалки, которые могут быть понятны не только лишь всем. Так, к примеру, в 43-й серии на уроке истории, во время дискуссии с учителем о том, как плохо жилось людям в СССР, девочка на первой парте тайком почитывает елизаровского «Библиотекаря». Ну красиво же, правда, такое ещё придумать надо. https://telegra.ph/file/7c0239ff56237ef9f3d5a.jpg
2578 

28.11.2020 18:00

Заметка номер 2 (продолжение про лит-журналы) У Упыря Лихого увидел наводку на...
Заметка номер 2 (продолжение про лит-журналы) У Упыря Лихого увидел наводку на пост писательницы Дарьи Верясовой, которая сокрушается адски неэтичным поступком главреда одного из топовых лит-журналов. Вся суть «позора» главреда в том, что он выставил из редакционный почты в подзамочный паблик довольно странный вопрос от оставшегося в анонимах просителя, который явно взмечтнул о пиаре своего творчества в журнале. Основная претензия Дарьи при этом в том, что главный редактор журнала тем самым проявляет снобизм и неуважение к потенциальному автору и возможно будущему нобелевскому лауреату по литературе. Не буду растекаться умной мыслью по древу, разбирая этот кейс, просто расскажу две истории. Личные. Про литературный журнал «Нева» и литературный журнал «Новый мир». Как-то осенью прошлого года собрал я в охапку распечатанные рукописи рассказов и повести собственного сочинения, отправился на брега реки Мойки, где раскинула свои литературные сети «Нева». Редакция встретила меня полутёмными катакомбами, по стенам которых штабелями были выложены бруски старых номеров журнала, а в приёмной комнатке за столом сидела тётушка, обликом похожая на мою школьную вахтёршу. После вежливого приветствия и общего знакомства, тётушка зашла с козырей: – Ну что, принесли небось тексты свои? Я радостно кивнул и спросил, как она об этом догадалась. – Дак каждый день же ходите, насквозь вас вижу, – ответствовала тётушка и продолжила, – давайте их сюда, будем регистрировать. Далее она вынула из подстольных закромов какой-то несусветно толстый, потрёпанный гроссбух и в пару минут оформила приход рукописей, присвоив им номер. Выписанный на бумажке номер тётушка протянула мне, наказав звонить недели через две, а лучше через месяц – тогда уж решение о публикации/не-публикации будет точно принято. Ну, я и позвонил через месяц. После вежливых приветствий эта же самая тётушка потребовала назвать номер. Я назвал. – Так, значит, Шурупкин Пётр Валерьевич, вижу, что вашу рукопись наш журнал принять никак не может. Я встрепенулся: – Позвольте, но я же никакой не Шурупкин Пётр Валерьевич. Меня зовут Хорват Филипп Андреевич, регистрационный номер 56789674854-ТРК-ЗХРРФЩУУ. – То есть как не Шурупкин? – удивилась тётушка. – У меня же ясно в тетрадке записано, номер 56789674854-ТРК-ЗХРРФЩУУ, присвоен роману «Как управлять миром, пока санитары на обеде», автор – Валерий Петрович Шурупкин. Минут через пять мне всё-таки удалось убедить её в том, что я не Шурупкин, а Хорват, тут же выяснилось, что в коварный регистрационный номер вкралась досадная ошибка, но при этом оказалось, что мои бессмертные нетленки «Неве» тоже не подходят. На том и расстались. История с журналом «Новый мир» оказалась куда более прозаичной, хотя бы потому что ходить ногами мне никуда не пришлось, звонить на городской номер телефона тоже. Всё общение «НМ» вёл через электронную почту, как, в общем-то, и подобает уважающему себя журналу во втором десятке двадцать первого века. Отмечу, что «Новый мир» самотёк не расматривает принципиально (хотя редакционную почту, как выясняется, Андрей Витальевич всё же проглядывает), и моё эссе про Набокова было опубликовано в апрельском номере «НМ» по итогам объявленного ранее конкурса. Подобного рода конкурсами в журнале заведует Владимир Губайловский, редактор отдела критики. Именно в переписке с ним я и позволил себе набраться наглости, отправив примерно тот же по составу сборника из рассказов и повести. Их, конечно, «Новый мир» по итогу не принял, о чём мне Владимир позже сообщил. Ну ок, ладно, тут хотя бы есть адекватная обратная связь, и на том спасибо. https://clck.ru/SGNtc
2607 

03.12.2020 13:38

Где-то весной я, опять же набравшись ядерным запасом наглости, попытал счастья...
Где-то весной я, опять же набравшись ядерным запасом наглости, попытал счастья ещё раз, отправив Губайловскому мемуарное эссе про ташкентскую юность своего дедушки (на мотив что-то типа условной степановской «памяти памяти»). Владимир Алексеевич эссе принял, пообещав рассмотреть его на редколлегии, после чего последовало каменное двухмесячное молчание. Мне это молчание явно сигнализировало о том, что текст никто и не думал рассматривать, а если и читали, то дико смеялись над наивностью человека, решившего повторно сунуться в большой серьёзный журнал для крутых человеков и т. д. и т. п. Однако случилось невероятное. В один из дней я обнаружил письмо от Владимира Губайловского, в котором он извинялся за задержку с ответом, писал о том, что эссе ему лично понравилось, сам Андрей Витальевич долго раздумывал над тем брать или не брать текст на публикацию, но в результате, так уж складываются обстоятельства, решили, что всё же – нет. Это всё, собственно, к вопросу об этике взаимоотношений редакций лит-журналов с ноунеймами. В один журнал ты топкаешь под накрапывающим осенним дождиком со стопкой никому не нужной бумаги, которая, возможно, отправляется в корзину сразу же после присвоения ей какого-то несусветного номера. С представителем другого журнала ты переписываешься по электронке, комфортно посиживая в кресле и испивая чашку кофию, – переписываешься на равных, чувствуя, что твой текст по минимуму читали, оценивали. Результат сотрудничества в обеих случаях нулевой (если не считать опубликованного в «Новом мире» конкурсного эссе), но разница при этом ощутимая. Так что там о снобизме редакции одного из видных «толстяков» страны, ау, Дарья?
2579 

03.12.2020 13:38

Рубрика антирейтинг Чак Паланик «Красивая ты» Рейтинг: 4/10 Я очень...
Рубрика антирейтинг Чак Паланик «Красивая ты» Рейтинг: 4/10 Я очень неоднозначно отношусь к Чаку Паланику. Не скажу, что считаю его плохим писателем, нет. Дело в том, что его книги все время проходят мимо меня, не задевая тех самых «струн». Даже «Бойцовский клуб» я не считаю таким уж сильным произведением, хотя признаю, что этот роман оказал ощутимое влияние на волну постмодернизма. Итак, что касается романа «Красивая ты». Мысль книги в целом неплохая: человеку нужен человек. Человеку нужно любить и чувствовать себя любимым. Ограничение примитивными удовольствиями ведёт к распаду личности, а если глобально — к деградации общества. Мысль — хороша, и сюжет динамичный. Но к сожалению, рекомендовать этот роман я не могу. Почему так? Мне не нравится сама идея власти над чужим сознанием посредством инструментов удовлетворения базовых потребностей. Также в своём романе Паланик показывает, что человека можно очень легко сломать с помощью удовольствия, разрушая его психику за один подход. Сознание — не игрушка, а чтобы направить его в нужное русло, надо придумать способы похитрее. Мне так же не понравилось снисходительно-брезгливое отношение автора к женскому полу. Исходя из модели, описанной им в романе, женщина продаст душу, семью, работу и все свои достижения за несколько часов экстаза. Размышляя над романом «Красивая ты», я ещё раз убеждаюсь в том, что восхищаюсь писателями, которые умеют показать настоящую глубину человека, а не только ползать на поверхности, выдавая свои скромные исследования за истину. Кстати, на истину в последней инстанции я тоже не претендую. И еще раз напоминаю, что рубрика антирейтинга — исключительно субъективная.
2584 

16.09.2020 11:39

​‍ Кормак Маккарти «Дорога» 
 
Рейтинг: 10/10

️Последний роман Кормака...
​‍ Кормак Маккарти «Дорога» Рейтинг: 10/10 ️Последний роман Кормака...
​‍ Кормак Маккарти «Дорога» Рейтинг: 10/10 ️Последний роман Кормака Маккарти «Дорога» получил Пулитцеровскую премию и по праву считается одним из лучших романов американской классики. В 2010 году занял первое место в списке бестселлеров по версии «The Times». ️Предупреждаю, книга тяжёлая. Не в плане слога, естественно. Наоборот, автор пишет очень легко и доступно, синтаксис нестандартный, много диалогов. Но душа уходит в пятки с каждой страницей. ️ «Дорога» — постапокалиптический роман, в котором автор не объясняет нам, что случилось с планетой. Но случилось нечто ужасное. В центре рассказа — отец и сын, чьих имён мы даже не знаем. Они бредут по земле, пытаясь отыскать хоть каплю смысла в мире, который почти исчез, а единственной целью горстки выживших стало выживание. ️Роман «Дорога» служит очень хорошим фильтром. Отсекает вещи, события и внешнюю мишуру. Обнажает настоящие человеческие ценности, а именно — жизнь, свобода и любовь. ️Ключевая мысль, застрявшая в голове после прочтения книги, — нужно просто жить. Ценить жизнь, как лучший подарок и стараться делать ее лучше. Радоваться жизни и быть благодарным, ведь на самом деле у каждого есть за что. Интересный факт: Кормак Маккарти не очень любит говорить про своё творчество. Лишь однажды в интервью с Опрой Унфри он признался, что восьмилетний сын вдохновил его на идею романа «Дорога». К слову, если вы видели оскароносный фильм «Старикам здесь не место», то должны знать, что он написан по мотивам ещё одного романа Маккарти. Совет: я сама только что познакомилась с творчеством Маккарти, поэтому советов не будет. Замечу только, что критики также очень хвалят его роман «Красный меридиан». В планах. топ_рейтинг https://telegra.ph/file/3bbf51273c6c229d1e29f.jpg
2560 

15.11.2020 11:43

«Посмотри на него», Анна Старобинец «There is no reason why you should be in...
«Посмотри на него», Анна Старобинец «There is no reason why you should be in pain». Эта книга из тех, которые мало кто решится читать по своей воле, очень уж тяжелая в ней затронута тема. Но при этом было бы очень хорошо, если бы ее прочитали как можно больше людей – независимо от пола и наличия у них детей. Потому что она не только о личной трагической истории, но и о вопиющей безжалостности системы по отношению к женщинам, попавшим в подобную ситуацию, и чем больше людей знает об этом, тем больше шанс, что когда-нибудь это все же изменится. Сама я узнала об этой книге из рассказа самой Анны Старобинец в одном из интервью (еще один пример к посту о влиянии личности автора и тот случай, когда проникаешься симпатией к автору как к человеку и после этого тянет срочно прочесть все его книги). «Посмотри на него» - история из жизни самой Анны, которой пришлось перенести аборт на позднем сроке по медицинским показаниям. Все, с чем она столкнулась, Старобинец описывает с журналистской точностью и огромной человеческой искренностью, не без эмоций, но с опорой на здравый смысл. Нет никакого ощущения, что автор старается выжать из нас слезу, - но, повторюсь, тема настолько непростая, что стараний особых на этот счет и не требуется. Книга состоит из двух частей. Первая часть – автобиографическая, подробный рассказ о жизни Анны с момента, когда она во время очередного УЗИ узнала о патологии развития плода. Вторая часть – беседы с женщинами, потерявшими детей в подобных обстоятельствах, и интервью с немецкими врачами. Интервью с врачами российскими по замыслу тоже должны были войти в книгу, но ни один из врачей на такое интервью не согласился – и это, пожалуй, самый симптоматичный факт во всей этой истории. Мне сложно понять женщин из второй части книги, которые, слыша от врачей о высоком риске для жизни не только плода, но и самой матери, о необходимости срочной госпитализации и прерывания беременности, собирались и уезжали домой, чтобы в домашних условиях родить мертвого ребенка естественным путем. Но это не мое дело – понимать их. Просто, учитывая историю, рассказанную в первой части, я все время, пока слушала, задавалась вопросом: а если бы в клиниках была создана более этичная и доверительная атмосфера, быть может, эти женщины бы остались, не стали отказываться от медицинской помощи? А сколько женщин вот так же отказывается, но не дает никаких интервью, потому что умирает во время этих крайне опасных домашних родов? Этические протоколы и психологическая поддержка женщин – то, чего, по мнению Старобинец (я не ставлю под сомнение, просто это мой единственный источник информации), остро не хватает российской системе здравоохранения в такой деликатной сфере. И этот недостаток особенно виден в сравнении с системой немецкой, где, в общем, не делают ничего сверхъестественного и супердорогого – просто учат врачей сказать в нужный момент «мне очень жаль», проявить вежливость и внимание, ну и не скупятся на психологов для пациенток, переживающих горе. Ничего, казалось бы, сложного – а разница в результатах огромная. Когда книга вышла, разразился скандал, и это тоже очень показательно, потому что в основном на нее нападали как раз женщины, пережившие потерю беременности и считающие, что такие истории нужно замалчивать, скрывать, стоически носить в себе и уносить с собой в могилу, делать вид, что ничего не случилось, потому что говорить об этом – ужасно стыдно. Но пока этого разговора нет, будет очень много несчастных людей, не знающих даже, к кому обращаться за помощью со своим горем. Книга читается быстро, и я очень советую обратить на нее внимание, если есть силы, конечно – по крайней мере как на честный рассказ о реальной проблеме, старательно замалчиваемой обществом.
2596 

24.11.2020 10:46


Чимаманда Нгози Адичи, «Половина желтого солнца» «Мне говорили, что биафрийцы...
Чимаманда Нгози Адичи, «Половина желтого солнца» «Мне говорили, что биафрийцы сражаются как герои, но теперь я знаю, что герои сражаются как биафрийцы» 1960-е годы, Африка. Нигерия только-только стала независимым государством. И, как и многие молодые африканские страны, была образована искусственно, без учета этнических, религиозных и языковых особенностей людей, в ней проживавших. Как итог, в 1960 году страну населяло 60 миллионов человек, принадлежавших к 300 (!) разным этническим и культурным группам. Большую часть населения составляли три группы: исповедующие ислам полуфеодальные хауса-фулани и продемократические игбо и йоруба, среди которых было много христиан. Во взглядах и интересах они, мягко говоря, не сошлись, и прогрессивные игбо стали бороться за независимость. Все это вылилось в кровавую Гражданскую войну (1967-1970) со страшным геноцидом и голодом. В ходе войны игбо провозгласили собственное государство Биафра, которое, правда, почти никто не признал. Через три года игбо капитулировали, Биафра прекратила существование. Чимаманда Адичи родилась в Нигерии в 1977 году, в семье игбо. Ее родители работали в Университете Нигерии в Нсукке (там же, где работает один из главных героев романа), а во время войны семья потеряла практически все. Неудивительно, что в своем романе писательница решила описать эти ужасные события. И это все, безусловно, очень важно и познавательно: до прочтения книги я знала о Нигерии только то, что она есть, а теперь вникла немного в историю этой страны. Проблема в том, что писательница, похоже, рассчитывала, что ее читатель уже достаточно подкован в истории Нигерии. Мне постоянно не хватало контекста происходящего в романе, приходилось без конца лезть в Википедию, чтобы понимать, на фоне чего происходят бурные словесные перепалки и не менее бурные романы героев. В той части, где начинается война, очень сложно понять, кто воюет с кем, а главное, за что. Есть только полное ощущение хаоса и разрухи. Роман, вероятно, и не ставит себе целью глубокую рефлексию политических событий, он просто описывает жизнь нескольких героев. Но если произведения в подобном жанре отлично читаются, когда герои живут в более близких и знакомых нам исторических реалиях, то здесь из-за малоизвестности событий на фоне и личные переживания героев воспринимаются сложновато. Очень не хватает в тексте красочных описаний, позволяющих нарисовать в голове картинку этого далекого мира. Описаний не хватает, зато очень, ОЧЕНЬ много слов на языке игбо. Прописанных прямо латинскими буквами, и к каждому слову идет сноска с переводом. Примерно на десятом слове я задолбалась нажимать на сноски. И знаете что? Если не узнавать перевод этих слов, понимание прочитанного вообще никак не страдает. В целом, мне кажется, что роман вышел слишком плоским для такой большой и пафосной темы: весь мир в нем черно-белый, плохие нигерийцы и благородные биафрийцы, обилие штампов и лозунгов, в том числе в репликах героев. Сами герои словно с наклеенными ярлычками: Кайнене – деловая и резкая, Оланна – красивая и добрая, Оденигбо – умный и благородный, и нет за этими ярлычками никакого двойного дна и глубины. Темп романа тоже получился не совсем ровный: повествование то тянется, то несется вперед, нам могут на двух страницах рассказывать, как герой идет в гости, и рассказ вроде не окончен, но в следующем абзаце уже прошел месяц и происходят вещи, никак не связанные с предыдущим рассказом. Короче, вывод такой. Если любите читать художку о разных странах, этот роман попробовать можно. В конце концов, он входил во всякие там топы и завоевывал призы. Читается быстро. Опять же, проблематику поднимает важную. Но вот стала бы я его дочитывать, если бы не книжный клуб? Не уверена.
2579 

19.12.2020 16:13

​​«Я пришел в стадо в последний год царствования Соломона. Другими главными...
​​«Я пришел в стадо в последний год царствования Соломона. Другими главными...
​​«Я пришел в стадо в последний год царствования Соломона. Другими главными членами стада в те дни были Лия, Девора, Аарон, Исаак, Ноеминь и Рахиль. Я не планировал давать павианам имена из Ветхого Завета, все случилось само собой. К нам перешел один взрослый самец, покинувший стадо, в котором вырос, и первые несколько недель (пока было неясно, останется он или нет) я не давал ему имени, а лишь обозначал его в дневнике как «новый пришлый самец» — New Adult Transfer, или NAT. Позже аббревиатура трансформировалась в Nat, а к тому времени, когда он решил остаться, стала именем Nathaniel — Нафанаил. Адам поначалу обозначался как ATM, Adult Transfer Male — «взрослый пришлый самец». Юный детеныш — small kid — сокращался до SML и на глазах превратился в Самуила. Тогда я махнул рукой и принялся сыпать пророками, судьями и женами патриархов направо и налево. Иногда я все-таки давал чисто описательные имена: например, Десна или Хромой. И поскольку мне пока еще недоставало научной уверенности, при публикации профессиональных статей я не упоминал имен, а обозначал всех цифрами. В остальное же время библейские персонажи обильно шли в ход. Ветхозаветные имена мне всегда нравились, но я бы поостерегся назвать собственных детей Авдием или Иезекиилем, так что шесть десятков павианов пришлись очень кстати. Вдобавок мне остро помнились те годы, когда я пачками таскал в школу популярные брошюры по эволюции и предъявлял их учителям иврита, которые приходили в ужас от такого святотатства и требовали убрать книги с глаз долой; сейчас я с наслаждением мстил им тем, что раздавал имена патриархов членам стада павианов в африканской саванне. А кроме того, несколько извращенное воображение — без которого, подозреваю, редко обходится работа приматологов — подзуживало меня дождаться того неминуемого дня, когда в полевой дневник можно будет записать что-нибудь вроде «Навуходоносор с Ноеминью самозабвенно спаривались в кустах». Роберт Сапольски, «Записки примата. Необычайная жизнь ученого среди павианов» цитаты https://telegra.ph/file/89ae2827ef39fe17e561e.jpg
2563 

23.12.2020 11:38

​​Итоги года

От одной мысли о подведении итогов этого года хочется завернуться...
​​Итоги года От одной мысли о подведении итогов этого года хочется завернуться...
​​Итоги года От одной мысли о подведении итогов этого года хочется завернуться в одеялко и притвориться, что меня тут нет (какой год, такие и итоги) – но книжные итоги я, пожалуй, осилю. Потому что главный книжный итог года для меня – конечно же, этот канал. Он появился в еще-вполне-беззаботном-январе как место складирования моих многочисленных заметок в телефоне, посвященных книгам, - а вырос в полноценный книжный блог и даже обзавелся аудиторией. Спасибо вам, что читаете, комментируете, рассказываете о блоге друзьям! Этот блог (и сами книги, конечно, без них и блога бы не было!) сделал мой 2020 год гораздо приятнее. Теперь к книгам. В этом году я исправно вела книжный вызов на Livelib, так что знаю, что прочитала ровно 80 книг за год (иногда, конечно, читерила и выбирала книжки покороче, чтобы добить до нужной цифры). Практически все 80 – в электронном формате, бумажных книг за год у меня прибавилось всего, кажется, 3 штуки (зато литрес на мне неплохо заработал в этом году). По-прежнему читаю на своем Pocketbook, которому уже немало лет, но пока работает, курилка – только недавно стал подтормаживать. Аудиокниги тоже слушала регулярно – иногда больше, иногда меньше, но все же подписка на сторител себя оправдывает, на мой взгляд. И вот что из прочитанного мне особенно полюбилось и запомнилось – не буду давать краткое описание каждой книги, а лучше дам ссылки на полные отзывы: Нон-фикшн: «Записки примата», Роберт Сапольски «Душа осьминога», Сай Монтгомери «Хлопок одной ладонью», Николай Кукушкин «Как называются женщины», Ирина Фуфаева «Омерзительное искусство», Софья Багдасарова Зарубежная проза: «Часы», Майкл Каннингем «Не отпускай меня», Кадзуо Исигуро «Имя розы», Умберто Эко «Средний Пол», Джефри Евгенидис «Девочки», Эмма Клайн Русская проза: «Текст», Дмитрий Глуховский «Риф», Алексей Поляринов «Калечина-малечина», Евгения Некрасова Научная фантастика и антиутопии: «Задача трех тел», Лю Цысинь «Марсианин», Энди Вейер «Семиевие», Нил Стивенсон «Сила», Наоми Алдерман Список получился длинный – все потому, что хороших книг в этом году было очень много. А в следующем, надеюсь, будет еще больше! Чего и желаю себе и вам С Наступающим! https://telegra.ph/file/1fb230af3a70e8a76fbfe.jpg
2534 

30.12.2020 11:15

Джон Браннер “Всем стоять на Занзибаре” (1968) В начале нам предстоит решить...
Джон Браннер “Всем стоять на Занзибаре” (1968) В начале нам предстоит решить философский вопрос: можно ли читать хорошую книжку полгода? Если вы считаете, что нет, дождитесь следующей недели, там будет обзор на книгу Петера Хандке. Если да, тогда все звезды к твоим ногам. В сентябре 2019 я взял новую книжку с собой на паром из СПб до Хельсинки в надежде, читать ее как кайфарик по масти, развалившись на палубе с каким-нибудь хрючилом. В таких пасторальных историях что-то всегда идет не так, правда? По первым страницам складывалось лютое ощущение, что автор выпихивает тебя из текста под крики “Занято!”. Книга шипит и противится чтению, как учебники по уходу за магическими существами в “Гарри Поттере”. Браннер показывает абсолютно поехавшее общество, заедающее психотравмы целым межгалактическим парадом планет наркотиков. Беспорядочные половые связи изуродовали генофонд до неузнаваемости. Кругом нищета, грязь, перенаселение, грязь, кровь, гроб, транквилизаторы, кишки наружу, кровь - спуск в эту книгу долгий и омерзительный. “Ну и зачем это читать?” - резонно спросите вы. Хочется быть фокусником и достать на этом вопросе заветный ответ из цилиндра “а вот зачем!”, но у меня в рукаве припасен только полудохлый голубь на случай тяжелой зимы. Это очень злая и честная книга. Ее честность сравнима с ситуацией, когда стоматолог говорит, что все зубы придется вырвать, а внешне они выглядят абсолютно здоровыми. Кажется, что он бредит, но в глубине души вы знаете, что врач прав, и тут уже нужна ваша особая читательская смелость добраться до финала. Некоторую фантастику столь почтенного возраста хочется как-то пожалеть, уступить место в трамвае, напомнить принять таблетки. Роман “Всем стоять на Занзибаре” не просто не потерял актуальности, а только зреет гроздьями гнева и набирает обороты, а самое страшное - нет причин поворачивать назад. Через первые страниц 300 нужно просто прорываться с боем. Награда будет значительной, слава - вечной. Самая мрачная антиутопия эвэр. 8 из 10.
2557 

15.02.2020 18:46

Мария Степанова “Памяти памяти” (2017) ноунеймы Мне очень нравится выражение...
Мария Степанова “Памяти памяти” (2017) ноунеймы Мне очень нравится выражение “Back to roots” - обычно так описывают некогда популярную группу, которая нашла свой звук, но потом из-за череды скандалов, наркотиков, ударившегося в религию басиста и вышедшего в окно гитариста, потеряла все. Тогда группа “возвращается к корням”, чтобы перезапустить свою карьеру и прокатиться по 40 городам России с туром. Кажется, что книга “Памяти памяти” устроена похожим образом. Автор собирает культурные артефакты своей семьи и через время и смерть тянется к истоку, откуда все началось. Примерно после первой из трех частей приходит понимание, что сюжета не будет, а Степанова скорее исследует сам феномен памяти и ложной памяти, в том числе. У такой идеи весьма много западных аналогов, например, “Луковица памяти” Гюнтера Грасса, где автор также промывает личный опыт в поисках золота. С другой стороны, книга во многом перекликается с романом “Казус Кукоцкого” Улицкой. Что отличает текст Степановой? Обложку книги украшает надпись “романс”, но пусть она вас не пугает - по обилию выразительных средств текст, конечно, похож на белый стих, но произведение все-таки прозаическое. Сама Степанова издала несколько поэтических книг, поэтому для нее это такая компромиссная форма. По ходу повествования Степанова натыкается на довольно мощные философские вещи, но ей почему-то интереснее рассказать о цвете занавесок в прихожей ее тети 60 лет назад. Автор как будто задалась идеей показать читателям что-то очень личное, а потом испугалась этой интимности и попыталась замять историю. Это создает неприятный разрыв между ожиданием и реальностью. В этом путешествии по волнам памяти легко потерять ветер в парусах и бросить книгу на середине. 7 из 10
2574 

09.03.2020 13:39

Привет! Так случилось, что последние четыре недели я лежу в больнице. Тут есть...
Привет! Так случилось, что последние четыре недели я лежу в больнице. Тут есть полка с интересными штуками в духе «Фантасты Чехословакии», но читать особо не тянет не из-за состояния, со мной все уже хорошо. Дело в том, что мне пришло в голову словосочетание «сердце всего», но я хрен знает, что это такое. Вывеска на ничего. Я много раз прокручивал его в голове, пытаясь воссоздать ощущение, при котором оно появилось. Меня только привезли из реанимации, я долго пялился в окно и очень хотел откатить время назад, хотя бы на неделю, чтобы ничего этого не происходило, но как-то увлекся и календарь потерял лишних 150 лет. Я вдруг живо представил Петербург и время, когда уже нет крепостных, но есть дворовые, а за обращение «барин» могут высечь опять, как в годы золотые. Телефона у меня тогда не было, а из того, что стояло на полке, под это настроение лучше всего подходил Гончаров. Пока я тянулся к книге без опознавательных знаков, кроме фамилии автора и цифры 7, я уже мысленно согласился перечитать любой из его романов, но книга оказалась о другом: повести, очерки и воспоминания. Первым шел очерк «Иван Савич Поджабрин». - Ох уж эти говорящие фамилии, - подумал я и приступил. Произведение рассказывает о временах, когда еще не было тиндера и возможности выставить дальность поисков «второй половинки» на 20 метров. Молодой человек ведет праздный образ жизни и постоянно ищет знакомства с соседками, но когда соблазняет их, а они начинают надеяться на свадьбу - переезжает и концы в воду. Это было то, что нужно, чтобы вернуться к чему-то простому и начать игру заново. Также в этой книге мне понравился очерк «Слуги старого века». Гончаров в нем очень честный и это подкупает с потрохами. Еще мне понравилась повесть «Лихая болесть», которая не была опубликована при жизни автора, а с ней вообще не так все просто, как кажется. Это чтение наполнило мое червивое сердечко какой-то особенной теплотой русской печи. Поэтому, когда мне посоветовали прочитать рассказ «Настя» Сорокина, я как-то по-особенному воодушевился, хотя смутно представлял о чем там. Дело в том, что в этом рассказе имеется акт каннибализма. Но у Сорокина и Ахматова яйца откладывала, чему тут удивляться? Я вдруг понял, почему «Настя» важный лоскут во всем полотне творчества Сорокина. Золотые гвозди из рассказа пригодятся в романе «Теллурия», а на огне будут готовить уже не человека, а книги в романе «Манарага», и еще пара пазлов после прочтения сходятся отлично, поэтому если вас не пугают такие темы, то лучше подставить ведро и приступать. По мере чтения этих и других книг, о которых я расскажу позже, стало приходить понимание, что такое «сердце всего». Оказалось, что это вроде данных, из которых заново можно собраться, как Вольтрон или Дионис - тег ё селф, как говорится. Вот очень круто, если у вас заранее будет такой список вещей. На всякий случай, как и ведро в этой истории. А еще на этой неделе будет обзор на роман Ивлина Во. Спасибо, что читаете Синие занавески.
2588 

29.04.2020 17:12

​​Привет! Я подумала и решила, что настало время закрепленного...
​​Привет! Я подумала и решила, что настало время закрепленного...
​​Привет! Я подумала и решила, что настало время закрепленного поста-знакомства. Ну, знаете, начало года и все такое) Меня зовут Лена и у меня есть неновогодняя традиция: в конце января каждого года я завожу какой-нибудь блог. Два года назад так появился мой киноблог в инстаграм, а чуть меньше года назад – этот блог про книги. Как можно понять уже из этого, я очень люблю систему и организацию и живу по строгому принципу «увлеклась чем-нибудь дольше чем на 5 минут – заведи про это тематический блог». Это вы еще не знаете про мои блоги о рукоделии и английском языке, почившие в лете. В свободное от многочисленных хобби и блогов время я учусь/работаю. Не в том смысле, что делаю и то и другое, а в том, что мое занятие – аспирантура по геномике растений – технически считается учебой, но на самом деле учат там быстро и в основном на практике, а в остальном это вполне себе полноценная работа – с ненормированным графиком, рабочими задачами, стрессом и выгоранием по расписанию, все как полагается. Но быть биологом в любом случае невозможно с девяти до шести, это не занятие, а состояние, в котором ты просто постоянно пребываешь. Даже когда отдыхаешь или там читаешь книги - поэтому у меня часто возникают вопросы к художественным книгам, если авторы пускаются в какие-нибудь биологические фантазии. Но если ничего такого в романе не предполагается, я, конечно, с лупой не выискиваю – а просто читаю и наслаждаюсь (или нет), а потом рассказываю о своих совершенно субъективных впечатлениях здесь. В прошлом году я целый один раз попыталась по всем правилам написать полноценную рецензию на книгу (ну знаете, ту, которая с претензией на объективность и без личного мнения) – и поняла, что такое мне писать совершенно не нравится. Зато могу долго и аргументированно объяснять, почему книга мне зашла (или нет). Научно-популярные книги тоже читаю, биологические в том числе. Казалось бы, мне что, на работе биологии не хватает? Но нет, читаю и с удовольствием – и биология, и биологический научпоп огромны и разнообразны, есть из чего выбрать. Я хотела бы сказать, что много читала всю свою жизнь, но ничего подобного. Я много читала в детстве, а потом появился интернет и личная жизнь. Так что были у меня годы, когда я читала от 0 до 10 книг за год и не особенно по этому поводу переживала. Понятия не имею, что изменилось – интернет на месте, с личной жизнью тоже все в порядке, но в последние пару лет книг в мой досуг помещается гораздо больше. Одна беда – иногда кажется, что за все прошлые годы я упустила столько классных книг, что теперь никогда не наверстаю. Выход тоже один – читать не останавливаясь. Меня вроде устраивает) В комментариях давайте знакомиться? Очень интересно, кто меня читает https://telegra.ph/file/b208e12689a8c2ea6e2c2.jpg
2547 

04.01.2021 11:00


Мартин Сэй “Зеркальный вор” (2016) ноунеймы Несколько лет назад “Зеркальный...
Мартин Сэй “Зеркальный вор” (2016) ноунеймы Несколько лет назад “Зеркальный вор” произвел на западе настоящий взрыв в литературе или, как сказали бы у нас, сильный хлопок. В последнее время я стал замечать, что молодые писатели все чаще врываются в игру с большими, сложноустроенными романами. Скорее всего, авторам кажется, что если не показать весь свой интеллектуальный багаж с порога, то дорога к массовому читателю будет закрыта навсегда. В большинстве случаев они выглядят, как мужчины в плащах на голое тело в метро, в чьих глазах гуляет интрига. Так и “Зеркальный вор” пытается рассказать сразу три истории, в которых есть и криминал, и алхимия, и карты, и деньги, и два ствола, и сакральные книги, и шпионские страсти. Тем не менее, все главные герои говорят одним языком, поэтому смена эпох и декораций особого драйва не добавляет. То есть читается без особых проблем, но с книгой не хочется проспать важный визит к дантисту. Сюжет можно считывать на нескольких уровнях, но большинство отсылок работают по принципу “Вот это как бы Джордано Бруно, но не совсем...”. У того же Булгакова такого же никогда не было, очень новаторский прием! Но это не та вещь, за которую книгу стоит критиковать. С одной стороны, Сэю удалось сделать классную штуку. На всей дистанции романа нет ясности, есть ли в этом мире магия или нет. Автор прошел с этой чашей по канату и не расплескал даже в самых остросюжетных сценах. С другой, его финал даже нельзя назвать открытым. Вот знаете ситуацию, когда купил за год билет на любимую группу. Ждал и молился, чтобы все случилось, а на концерте вокалист с первых же секунд передает микрофон в зал и так 2 часа. Вот настолько Сэй предоставил читателю все домысливать. На месте автора я бы чувствовал себя Вовкой из Тридевятого Царства, когда читатели за тебя и книгу пишут, и пальцы загибают, и мороженое лопают. 6 из 10
2562 

13.09.2020 20:42

Ханья Янагихара “Маленькая жизнь” (2015) Когда я слышу, что Ханья Янагихара...
Ханья Янагихара “Маленькая жизнь” (2015) Когда я слышу, что Ханья Янагихара является продолжательницей традиций классической литературы, наследницей Моэма и Толстого, почему-то представляю, как она порет крестьян на псарне. Это происходит не потому, что Тишка не разбудил барыню к обедне. То есть, не потому, что причинно-следственные связи привели его спину к паре “горячих”, а потому, что Ханья может делать со своими героями все, что угодно, чтобы выдавить слезу. Роман “Маленькая жизнь” охватывает огромный отрезок жизни четырех персонажей, которые познакомились еще в годы обучения в колледже. Первая половина книги рассказывает о становлении героев, как они потрошили кооператоров с друзьями на Рижской и выбивались в люди. Эта часть сделана на добротном уровне, а Ханья показывает себя тонким психологом. К тому моменту, как эта секция условно заканчивается, можно было бы поставить точку во всем романе, но Янагихара не из тех, кто уходит из казино в одежде. Она продолжает наворачивать все более монструозные события и раздувать роман по объему ненужными подробностями. События эти преимущественно связаны с одним персонажем из четверки - Джудом, чью историю мы по крупицам собираем в романе. Если вы думаете, что остальная заявленная троица примет активное участие в дальнейшем повествовании, то нет (кроме Вильяма). Если вы думаете, что Ханья пойдет по пути раскрытия персонажей через других, то тоже нет. Ханья пойдет на очередные пытки, чтобы выжать эмоции. Возможно, будь у писательницы менее классическое чувство языка, это бы читалось не так явно, но в какой-то момент философские построения Янагихары натурально превращаются в мемы: у тебя есть 5 рублей, собери себе идеального парня: 1) умный - 4 рубля 2) красивый - 3 рубля 3) заботливый - 3 рубля 4) смешной - 2 рубля И вот в чем вопрос вселенной и всего такого: как жить-то, если не получается найти все в одном человеке? Одной из главных тем в книге можно считать тему сексуального насилия, в том числе - в отношении детей. Ханья не то чтобы раз за разом смакует подробности, но нагнетает, потому что может. Нужно ли это сюжету, чтобы полнее раскрыть мысль, что травматический опыт прошлого может влиять на будущее - нет, вряд ли. Вторая часть произведения почти полностью выламывает заслуги первой еще и неожиданно взявшимся богатством персонажей. Автор захватила огромный промежуток жизни героев по времени, но забыла прописать в них чекпоинты, например, как героям удалось перейти от работы официантами, к покупкам недвижимости. На мой взгляд “Маленькая жизнь” неплохой роман, который тяжело болен избыточностью. Автор почти 700 страниц формата А4 пытается показать довольно простые вещи, что и 2+2=4, и 3+1=4, но почему-то надеется каждый раз вызывать восторг у аудитории. Положение могла бы спасти развитая система образов, но половина героев оказываются картонными. Все, что я могу сказать после убитого месяца на книгу: meh из 10.
2567 

24.10.2020 13:29

Лоран Бине “Седьмая функция языка” (2015) В центре истории — несчастный...
Лоран Бине “Седьмая функция языка” (2015) В центре истории — несчастный случай, который произошел с известнейшим критиком и философом Роланом Бартом в 1980 году. По официальной версии его сбил грузовик, но Бине превращает реальный случай в мощнейшую теорию заговора, в которой оказываются замешаны все видные деятели культуры. От самой постановки вопроса, что Деррида мог убить Барта становится очень смешно. Роман “Седьмая функция языка” принадлежит к тому особенному жанру литературы, который принято называть “мам, я честно найду нормальную работу” или “книги для филологов”. На практике это выглядит так: автор постоянно занят неймдропингом известных мыслителей и политиков: ему нравится Делез, любит Сартра, и в целом коллекционировать книги, а также их читать, и знаете, стал уже матерым интеллектуалом, чего и нам желает. Автор может 10 страниц обсуждать тонкости психолингвистики, а потом обнаружить, что мама не смотрит. Лоран Бине понимает проблему подобных книг, поэтому частично решает ее при помощи системы персонажей. Скоро выборы и полицейское управление вынуждено проработать в истории с автокатастрофой Барта политический мотив. Понятное дело, что политика нужна роману в качестве ширмы для основной сюжетной линии, но читать эти блоки реально скучно. За расследование берется комиссар Байяр и аспирант Симон Херцог, который становится проводником грубоватого полицейского в мир гуманитарных наук и пространство идей. Герои достаточно быстро выходят на след документа, который был при себе у Барта в момент покушения. В ходе расследования выясняется, что за документом охотятся спецслужбы других стран с необычным оружием. Далее события напоминают шпионский боевик в духе “Довода” Нолана. Несмотря на обилие фамилий философов и матчасти, книга с этого момента читается на порядок бодрее, а к финалу вообще приходит в майке лидера. Бине исследует проблему правды и лжи не как отдельных понятий, не пытается измерить их цену, а следит за тем, как они смешиваются в медиаполе, как влияют на людей. Ему интересно, насколько мы можем позволить себе заблуждаться, чтобы сработала какая-то сигнальная система, которая заставляет задавать себе неудобные вопросы. Само понятие “седьмой функции языка” — это такой аналог секрета монахов из романа “Имя розы”, поэтому фанатам этой книги зайдет однозначно. Возможно, книга не сделает так смешно читателям, которые услышат фамилии определенных авторов и лингвистические понятия в первый раз, но для тех, кто в этом варился, Бине создает удивительный контекст и настоящее приключение. 8 из 10
2530 

16.11.2020 13:10

​​​​Аналитика моего творчества, часть 3

Вот и закончился октябрь. На деревьях...
​​​​Аналитика моего творчества, часть 3 Вот и закончился октябрь. На деревьях...
​​​​Аналитика моего творчества, часть 3 Вот и закончился октябрь. На деревьях появляется всё больше жёлтых листьев, а в моей книге — всё больше слов. То, что изначально задумывалось как рассказ, переросло в повесть, а сейчас понимаю, что и в этом формате произведению уже тесно, ведь до развязки всё ещё далеко. За октябрь я написал ещё меньше, чем за прошлые месяцы — всего 60 000 знаков. Итого, книга выросла до 240 000, т. е. 6 алок. Признаться честно, хочется писать больше. Всегда хочется больше, пусть и не всегда хватает времени, и оттого появляется чувство невыполненной задачи. Работы прибавилось, плюс редакторская занятость, а это, пусть и развивает меня как редактора, но не очень хорошо влияет на творческий процесс. Появляется чувство, будто пытаешься усидеть на двух стульях, ведь тяжело перестроиться с механической работы по редактуре чужих произведений на собственное творчество. А ещё, влияет общий уровень подготовки к написанию книги. Я вовремя не нашёл нужные материалы, поэтому приходилось добывать информацию во время написания, отчего сам себя тормозил. И это ещё один урок: подготовка — один из важнейших этапов писательства. Информацию нужно стараться искать за́годя, а не когда жареный петух клюёт в одно место. В общем, дело движется, и это радует. Для себя уже понял, что 2 алки в месяц — вполне выполнимая задача. Впредь буду стараться придерживаться этого норматива, а вам желаю учиться на чужих ошибках. Вдохновляйтесь осенней порой, читайте книги, пейте чай и творите. Пишем, друзья! ПашаПишет https://telegra.ph/file/b496603ff8008e6845937.jpg
2520 

03.11.2020 09:17

​​Прототипы героев для книги

Каждый из нас сталкивался с ситуацией, когда...
​​Прототипы героев для книги Каждый из нас сталкивался с ситуацией, когда...
​​Прототипы героев для книги Каждый из нас сталкивался с ситуацией, когда задумка для истории есть, придуман харизматичный герой, а вот подкрепить все это нечем. Хочешь написать историю о маньяке-крестоносце, но ни черта о них не знаешь. Или описываешь в главе рутину матери-одиночки, только в жизни детей у тебя еще нет, да и семья у тебя полная. Кто-то сказал бы: «не знаешь, так не берись». Но если идея уже стала частью тебя, если срослась с тобой, точно плющ с железной оградой — никакие ножницы не помогут — то не стоит ее бросать. Все ненаписанное однажды вернется к нам, во сне или на обложке другого автора, останется только корить себя. А в том, чтобы писать о неизвестных тебе людях и обстоятельствах, помогут прототипы. Прототип — реальная личность, которая вдохновила автора на создание похожего вымышленного персонажа. И если ты думаешь, что взяв за прототип для главной героини Жанну Д’Арк, тебя потом обвинят в плагиате французской истории, то спешу обрадовать — этого не будет. Каждый герой в литературе имеет свой прототип. Поделим их на 2 группы: Прототипы из истории Суть в том, чтобы взять в пример историческую личность и переработать ее так, чтобы герой, основанный на этом примере, шел своим, уникальным путем. Для этого можно создавать собирательный образ — брать несколько исторических прототипов, их отдельные черты и поступки, и преобразовывать в одного вымышленного героя. От этого персонаж станет только интереснее и сложнее с точки зрения мотивации и психологии. Пример: Использование исторических прототипов — стандартный прием в литературе. Больше половины главных героев серии Дж. Мартина «Песнь льда и пламени» написаны с реальных личностей из истории Англии и Франции. Серийный убийца из Испании стал прототипом для главного героя книги П. Зюскинда «Парфюмер». Бывает даже, что вымышленный герой становится популярнее и узнаваемей, чем его реальный прототип, как это случилось с Дракулой Б. Стокера. Автор взял за основу реально существовавшего графа Цепеша и превратил его в вампира, породив отдельный жанр в литературе. Прототипы из ближайшего окружения Часто прототипами для героев становятся люди, хорошо знакомые автору. В таких случаях, автору проще найти мотивацию персонажа и основу его характера, ведь он всегда может взглянуть на живой пример и пообщаться с ним. Но отсюда же вытекает и сложность работы с прототипами в лице близких друзей и знакомых. Если списывать героев своей книги с них слишком буквально, то рано или поздно они узнают себя в «нервной курящей дамочке с комплексом неполноценности» и «вечно пьяном лысом мужике, который любит срывать зло на близких». И закончится все может не просто ссорой, но и судом — если сходства очевидны, человек может подать в суд на автора, что использовал его личность, не получив на то согласия. Пример: Прототипом Маргариты из романа М. Булгакова «Мастер и Маргарита» послужила жена автора, а история любви неудачливого затворника и замужней женщины поразительно точно отображает историю любви Булгакова с его третей женой. Конан Дойл не раз говорил о том, что образ сыщика Холмса списал со своего учителя и врача Джозефа Белла, обладающего способностью рассказать многое о человеке, лишь взглянув на него. Прототипы помогают реалистичнее и глубже прописать персонажа. Все это похоже на игру — автор ткет паутину сюжета, сплетая между собой героев из прошлого, образы своих друзей или возлюбленных и вымысел, а в результате получается цельная история с уникальными, неповторимыми персонажами. А ты используешь прототипы при написании истории? MeWrite https://telegra.ph/file/0a2862d41434f890156f4.jpg
2553 

18.09.2020 15:01

​​Не рассказывай — показывай

«Не рассказывай — показывай»: если бы за каждый...
​​Не рассказывай — показывай «Не рассказывай — показывай»: если бы за каждый...
​​Не рассказывай — показывай «Не рассказывай — показывай»: если бы за каждый раз, что мы видим этот совет в книгах и курсах о писательстве, нам давали по доллару, то списки Форбс давно бы лопнули от наплыва миллионеров. Но стоит ли безоговорочно пользоваться таким «советом»? Когда уместно все таки рассказать историю, вместо того, чтобы показывать действия героя? Давай разберемся. В чем разница? Если в описании происходящего автор использует много качественных или оценочных прилагательных (красивый, бедный, невзрачный), значит он рассказывает. Такой способ повествования часто используется в сценах, где происходящее описывается со стороны автора, а не героя. «Красивый, статный мужчина сидел за столом таверны. Его безукоризненная прическа и сверкающий доспех сильно бросался в глаза на фоне остальных посетителей — бедняков и пьяниц». Если же повествование идет от лица героя, есть описания его физических ощущений, действий, восприятий — это означает, что автор показывает происходящее. Так он позволяет читателю самому принимать решения и оценивать героев и их действия. Когда автор показывает происходящее, читателю проще представить сцены и героев, легче «примерить» историю на свой опыт. «Когда мальчишка сделал шаг вперед, ее глаза пробежались по нему сверху вниз, оценивая. Наглый взгляд больших карих глаз, накрахмаленная рубашка, воротник изнутри пожелтел и уже вряд ли отстирается, на левой штанине две кожаные заплатки — одна поверх другой, значит ему приходилось работать чистильщиком обуви, причем долго. Когда она скользнула взглядом по длинному шраму, что пересекал щеку мальчишки, он скрипнул зубами». Когда уместнее рассказывать? Часто при написании книги возникают сомнения о том, сколько внимания нужно уделить тому или иному событию. Если главный герой по сюжету — выпускник Гарварда, стоит ли расписать его университетскую жизнь? Ответ кроется в том, о чем твоя книга. Если герой живет воспоминаниями, то несколько глав вполне можно потратить на описания университетской рутины. Если важнее настоящее, просто расскажи в нескольких абзацах, что учился он отлично, пары не прогуливал, зато на тусовках почти не появлялся. Когда нужно описать предысторию, чье-то прошлое — рассказ будет уместнее всего. Когда уместнее показывать? Если ты хочешь показать отношение героя к спорным вопросам, избегай длинных внутренних монологов. Лучшее средство показать героя и его чувства — вплести их в диалог. Гневная речь, полная ругательств, отлично покажет, что персонаж думает о полицейских или высоких налогах. Если ты хочешь, чтобы читатель поверил, что герою не терпится поехать в отпуск, то покажи его чемодан, собранный за неделю до поездки, или как он постоянно проверяет билеты и время отлета. Как не переборщить? Даже у известных авторов бывают оплошности с избытком физических реакций героев или длинными занудными описаниями. У Сандерсона, к примеру, в книгах часто повторятся показательные реакции героев вроде «он сжал кулаки» и «стиснул челюсть», из-за чего они становятся предсказуемыми. С одной стороны, хорошо, что читатель узнает привычки героев, но постоянно скрипящий зубами персонаж скорее натолкнет на мысль о бруксизме. То есть, не стоит воспринимать совет «не рассказывай — показывай» так буквально. Любое характерное действие героя нужно хорошо продумать, не засоряя повторами весь текст. Как и любой длинный рассказ в пять страниц должен иметь веские основания для появления в истории, если ты, конечно, не Толстой. MeWrite https://telegra.ph/file/9e3691bcd40db586c6d40.jpg
2578 

26.10.2020 19:01

​​Как писать живые диалоги?

Создание правдоподобных диалогов — искусство, к...
​​Как писать живые диалоги? Создание правдоподобных диалогов — искусство, к...
​​Как писать живые диалоги? Создание правдоподобных диалогов — искусство, к которому писатели идут годами. Но все проще, чем кажется — достаточно использовать один простой совет, и диалоги станут более читаемыми и запоминающимися. Итак, как же писать живые диалоги? Часто мы сталкиваемся в книгах с сухими и наигранными диалогами, во время которых герои либо тараторят, не проявляя других признаков жизни, либо всплескивают руками, ахают и краснеют от злости. Кто-то скажет: «Но в жизни же так бывает, почему в книге нельзя так написать?». Дело в том, что диалоги в книге всегда должны быть лаконичнее и красноречивее, чем в жизни. В жизни мы можем часами мусолить одну тему, при этом совершая сотни различных действий от чесания головы до дергания ногой под столом. Но в книге это все будет неуместно. Для того, чтобы читатель не вернул книгу на полку, каждое слово, каждое действие героя должно быть взвешенно и обоснованно. ️ Позволь героям действовать Во время диалога в реальной жизни мы воспринимаем сказанное благодаря слуху, зрению и осязанию. Малейшее изменение интонации собеседника уже сообщает нам тонну информации. Но как это перенести в книгу? Уж явно не пояснениями: «Его голос стал на одну тональность ниже, поэтому мне показалось, что он опечален последними новостями». Наречия и оценочные прилагательные вроде «страстно воскликнул» или «с любовью прошептал» сделают только хуже. Чтобы передать все оттенки беседы, нужно добавлять в диалог предельно точные и взвешенные образы и действия. Разберем прием на примере двух диалогов. «—Я не смогу навестить ее, — лицо Карла перекосилось от страданий. Очевидно, он больше не мог выносить нашего присутствия, поэтому в следующий миг мы уже смотрели ему в спину. —Он совсем плох, да? — печально спросила девушка, на ее лице читалась жалость и стыд. Возможно, именно поэтому она решила спрятать лицо в шарф. —Для него уже все кончено, — с болью в голосе произнес я. —Как и для нас. Меня передернуло от осознания, что теперь всему пришел конец.» Ошибки в первом диалоге легко распознать — оценочные наречия, неточные описания, абстрактные фразы. Все это мешает читателю погрузится в происходящее. Но как можно исправить такой диалог? Попробуем описать все без грубой очевидности, без лишний наречий, оставим читателю возможность самому решать о чувствах героев. «—Я не смогу навестить ее, — со слабой улыбкой произнес Карл, уголки его губ подрагивали. Он медленно, точно в трансе, развернулся и пошел прочь, низко опустив голову. —Он совсем плох, да? — девушка смотрела в спину уходящему, спрятав лицо в большом шарфе так, что видны были лишь ее печальные глаза. —Для него уже все кончено, — подытожил я, пряча руки в карманах. —Как и для нас. Холодный ветер забрался мне под пальто, отчего все тело пробрало дрожью. Или то был не ветер?» Какой вариант диалога тебе нравится больше? MeWrite https://telegra.ph/file/5edbf24e8fcb4abde2b59.jpg
2603 

24.11.2020 19:21


​​Каждой книге — свой час

В мире, где непродуктивность и прокрастинация стали...
​​Каждой книге — свой час В мире, где непродуктивность и прокрастинация стали...
​​Каждой книге — свой час В мире, где непродуктивность и прокрастинация стали грехами похуже убийства и воровства, писателю жить особенно трудно. Теперь, если попытаться оправдать застой в написании книги тем, что нет вдохновения — тебя поднимут на смех и сразу сунут под нос пример Стивена Кинга, публикующего по 3 книги в год. «Что, слабо писать как он? Значит, ты и не писатель толком». От таких слов мы вгоняем себя в апатию, начинаем страдать самобичеванием, ненавидим себя, еще глубже загоняя внутрь робкое вдохновение, которое итак едва может докричаться до нас из-за непрекращающегося давления проблем вокруг. Как же побороть чувство, что время утекает сквозь пальцы, как избавиться от чувства собственной никчемности, когда на месяц откладываешь книгу в дальний ящик? Твоей книге от тебя никуда не деться Эта мысль придает мне сил всякий раз, когда мне хочется скатиться в пучину самоистязания. Ведь и правда, истории, которые нам важны, о которых мы хотим писать, всегда рано или поздно возвращаются. Кто-то назвал бы это судьбой, но если говорить более приземленно — между автором и его историей возникает связь, как между двумя возлюбленными. История всегда остается с нами, едем ли мы в поезде, смотрим ли в потолок перед сном, или прогуливаемся по парку в ясный зимний день. Она напоминает о себе обрывочными идеями, отголосками реплик героев, любимыми моментами, на которых замирало сердце. Они, точно биение сердца, говорят нам — твоя история жива, она ждет тебя, сколько бы времени тебе не потребовалось. Давай себе и истории передышки Поэтому каждый раз, когда ты делаешь перерыв в писательстве, откладывая книгу, помни, что история от этого не пострадает. Возможно, именно так все и должно случиться, и тебе еще нужно поднабрать опыта для того, чтобы продолжить книгу на достойном уровне. И нет, не стоит поощрять лень и прокрастинацию, стоит просто прислушиваться к собственному чутью. И если ты чувствуешь, что исписался, что не можешь подобрать слов, не видишь дальнейшего развития сюжета — выдохни и отложи книгу. Если история подлинно твоя, ты все равно к ней вернешься. Об этом я знаю по собственному опыту: я пишу книгу уже 7 лет, несколько раз мне приходилось переписывать ее с самого начала, но только сейчас я начинаю понимать, о чем она. И благодаря этому люблю ее еще сильнее и знаю точно — эта история увидит мир. Как увидят его и ваши истории, причем случится это именно тогда, когда должно. И пусть Стивен Кинг клепает по 3 книги в год, а хейтеры злорадствуют над любой твоей ошибкой, помни — значение имеют лишь ты и твоя история. Вам двоим виднее, когда ей наступит час появиться на свет. P. S. Хочу поблагодарить каждого из вас за ожидание и терпение ️ Теперь материалы будут выходить чаще, Мастерскую ждет обновление, и я надеюсь, что вы останетесь со мной. MeWrite https://telegra.ph/file/ed80e7a049ece8a7779a7.jpg
2582 

24.12.2020 18:00

Мне 19 лет. На дворе 4 февраля. Для всех - середина учебного года, для меня...
Мне 19 лет. На дворе 4 февраля. Для всех - середина учебного года, для меня – первый рабочий день в роли учителя. Перед уроками ко мне забегает юркая председательница школьной профсоюзной ячейки и, пока я не успела решить, что кто-то решил поддержать молодого специалиста, сдирает с меня триста рублей для подарка на день рождения неизвестной мне учительнице биологии. Начинается первый урок. Уже через десять минут нерадивый шестиклассник просится выйти, и до конца четверти я его больше не увижу. На перемене я узнаю, что он сломал руку, пока бегал по лестнице между этажами. В первый же рабочий день со мной приключился самый страшный кошмар любого учителя – во время урока ученик получил травму. Чем эта история закончилась, я помню плохо – видимо, психика решила заблокировать потенциально опасные для здоровья воспоминания. Как бы я себя не убеждала, что не иду работать в школу в розовых очках и отдаю себе отчёт в том, как работает система образования, в голове всё равно вихрились идеалистичные идеи «развивать в детях критическое мышление», «научить их ясным взглядом смотреть на мир» и всё в таком духе. Но очень быстро желание «привить любовь к предмету» трансформировалось в «не отбить интерес к изучению хоть чего-нибудь», а стремление «научить учиться» - в «сделать так, чтобы хоть с третьего раза задание было прочитано правильно». Заканчивается мой профессиональный путь с ещё более печальными мыслями, но, что-то я увлеклась, ведь этот пост не обо мне, а о романе Булата Ханова «Непостоянные величины» - лучшей книге про современную школу, какой её видит молодой учитель. Выпускник филфака МГУ едет в Казань, чтобы поработать учителем в средней во всех отношениях школе. Тяжёлый разрыв с девушкой приводит его к переосмыслению собственной жизни и заканчивается попыткой поставить эксперимент над собой и отечественной системой образования, чтобы узнать, получится ли у него «вывести породу, привитую от конформизма» и «расшатать общепринятые устои»? Жизнь нещадно спойлерит финал романа: оказывается, «нынешние восьмиклассники гораздо лучше ориентируются в жизни, чем среднестатистический выпускник филфака», а философские идеи хорошо реализовывать на практике, когда на ужин у тебя не варёная гречка, да отвар из полыни. Я бы посоветовала эту книгу каждому, кто планирует связать себя неразрывными узами с системой образования или уже глубоко погряз в школьной трясине. Ибо всё, что касается учительских будней, в «Непостоянных величинах» (в отличие от ставшего уже классикой пропившего глобус географа) описано максимально достоверно. Прочитав художественный роман, мне кажется, будто я погрузилась в документальную прозу про свой личный опыт. Читая о том, как главного героя внезапно отправляют на митинг в честь воссоединения Крыма с Россией, я вспоминаю, как меня запрягли за вечер подготовить открытый урок по той же теме для «большого начальства из администрации». А попытка героя бороться с опозданиями методом «стишков и песенок» знакома большинству молодых учителей (особенно – её неизбежный провал и, как следствие, разговор с разъяренным родителем или директором). Но, самое главное, эта книга показывает, как учитель не благодаря, а вопреки бесконечным пачкам непроверенных тетрадей, отчётов, которые только пришли, но сдать их нужно было ещё позавчера, и крайне важным конкурсам рисунков по противодействию коррупции всё равно пытается сделать что-то хорошее для своих подопечных детей. Но эта книга не только о школе. «Непостоянные величины» - своего рода роман взросления, который весь о столкновении юношества с реальной жизнью, о попытках осмыслить собственными жизненные принципы и понять, можно ли жить в соответствии с ними.
2542 

15.10.2020 18:23

​​Пусть «Непостоянные величины» и зацепили за живое своим реалистичным...
​​Пусть «Непостоянные величины» и зацепили за живое своим реалистичным...
​​Пусть «Непостоянные величины» и зацепили за живое своим реалистичным описанием школьных будней, романтическая линия в романе меня немного разочаровала. Главный love interest героя – девушка Кира – воплощение тропа manic pixie dream girl, если вы понимаете, о чём я. Она – непосредственная, открытая, немного странная девушка, которая привлекает своей инаковостью, и в сюжете нужна исключительно для развития главного героя. Цельного, убедительного и живого женского персонажа не получилось, и линия с отношениями главных героев кажется немного не докрученной. Есть и чисто технические детали, к которым хочет придраться внутренний критик: начало кажется чересчур затянутым, а финал, наоборот – слишком скомканным. Но несмотря на это, роман хочется советовать всем и каждому. «Непостоянные величины» примелькались в премиальных списках – роман был замечен и в шорт-листе «Нацбеста», и в лонге ФИКШН35. Но, несмотря на столь громкое звучание в современном литпроцессе, было неясно, какой эта книга может стать для обычного читателя. С уверенностью могу сказать – потенциал быть понятой и любимой у неё точно есть. https://telegra.ph/file/0c73b9ef05210205da8fb.jpg
2584 

15.10.2020 18:24

​​«Тетрадь в клеточку» - второй роман Микиты Франко, автора нашумевших «Дней...
​​«Тетрадь в клеточку» - второй роман Микиты Франко, автора нашумевших «Дней...
​​«Тетрадь в клеточку» - второй роман Микиты Франко, автора нашумевших «Дней нашей жизни» - истории о взрослении в однополой семье в условиях современной России. «Дни нашей жизни» зацепили меня своим свежим взглядом на актуальные проблемы, и от новой книги их автора я ждала схожих ощущений. Но, как поёт моя любимая российская инди-певица ака главный философ моей жизни Татьяна Зыкина: «если что-то идёт не так, виноватых искать не дай мне, ведь если кто-то и виноват, это я и мои ожидания». «Тетрадь в клеточку» — это роман в форме дневника двенадцатилетнего мальчика Ильи, который пытается начать новую жизнь после самоубийства своей матери. Вместе с отцом он переезжает в другой город, где ему придётся столкнуться с новыми трудностями: соседкой по парте из Таджикистана, почти не говорящей по-русски, неожиданной информацией о матери и собственным быстро развивающимся обсессивно-компульсивным расстройством. Уже по завязке сюжета кажется, что автор несколько переборщил с количеством заявленных в тексте проблем. Но, дальше больше: к уже обозначенным вопросам адаптации мигрантов в России, потери матери и жизни с ОКР добавляются проблемы принятия трансгендерности и гомосексуальности, сложности в определении собственной сексуальной ориентации, анорексия, подростковый суицид и, наверняка, что-то ещё, о чём я уже успела забыть. И, если вам кажется, что книга с ворохом таких сложных и тяжёлых тем будет депрессивной и гнетущей, то, спешу вас огорчить – не в этот раз. Основные две-три темы романа Микита Франко раскрывает неплохо, но по всему остальному проходится по верхам, не сильно углубляясь в суть. В какой-то момент автор вообще будто бы включает в текст выдержки из брошюры какого-нибудь очень прогрессивного психолога, в которой русским по белому написано: «Анорексия – это болезнь, а гомосексуальность – нет. Трансгендерность – это ок, а суицид – не ок». Впрочем, это мне, умудрённой жизнью даме, эти тезисы кажутся очевидными, а вот для подростка в кризисе переходного возраста что-то столь прямолинейное может оказаться спасением. Ещё одна моя претензия к «Тетради в клеточку» — это главный герой. По сути, Илья – это Мики из «Дней нашей жизни» + ОКР. Понятно, что автор черпает вдохновение в своем собственном опыте и пишет, в основном, о себе, что добавляет его персонажам достоверности, но такой ход сработал один раз, а во второй - уже не очень. В целом, мне нравится, что персонажи Микиты Франко неидеальны: они ошибаются, сомневаются, а порой и вообще творят какую-то дичь, но разнообразия характеров очень не хватает. Пожалуй, ответ на вопрос, почему мне не очень понравилась книга, лежит не только в плоскости моих ожиданий, но и в том, что я – совсем не целевая аудитория этого романа. Если «Дни нашей жизни» я советую абсолютно всем, независимо от пола, возраста и взглядов на жизнь, то «Тетрадь в клеточку» - в первую очередь, подросткам, для которых эта книга может оказаться важной и полезной. https://telegra.ph/file/38e10db17f6cf3e219cf2.jpg
2594 

07.11.2020 13:42

​​Продолжаю делиться своим непопулярным мнением о новинках современной...
​​Продолжаю делиться своим непопулярным мнением о новинках современной...
​​Продолжаю делиться своим непопулярным мнением о новинках современной русскоязычной прозы. Сегодня под прицелом новый роман Алексея Поляринова «Риф». Безусловно, Алексей Поляринов – новое громкое имя в современной русской литературе. Заработав внушительный кредит доверия участием в переводе легендарной «Бесконечной шутки» Дэвида Фостера-Уоллеса, он закрепил успех, выпустив дебютный роман «Центр тяжести», у которого сразу появилась армия поклонников. Новый роман ждали с нетерпением, и, как только он вышел – сразу стал локальной литературной сенсацией. Одно упоминание «Рифа» Галиной Юзефович на «Вечернем Урганте» гарантировало массовый всплеск интереса к новинке. Ну, что поделать, все побежали, и я побежал. «Риф» выглядит как смесь «Солнцестояния» Ари Астера, «Тайной истории» Донны Тартт и мифов и легенд русского Севера. Мы наблюдаем за происходящим глазами трёх героинь: Киры – учительницы из вымышленного городка Сулим в Мурманской области, которой суждено разгадать тайны прошлого этого места, Ли – американки с русскими корнями, попавшей под травмирующее влияние своего профессора и Тани – девушки из Москвы, мать которой ушла в секту. Прежде всего, читать «Риф» легко и приятно. Несмотря на скупость в использовании художественных средств, Поляринову удалось создать натянутую и слегка тревожную атмосферу, но, самое главное, – придумать по-настоящему увлекательный сюжет, с неожиданными поворотами, ненадёжными рассказчиками, в общем, всем, что мы любим. Отдельное удовольствие – пытаться связать друг с другом внутренние рифмы и символы, щедро раскиданные по тексту, сочинять на их основе безумные теории и гадать, насколько они соотносятся с авторским замыслом. Чувствуется, что Поляринов проделал большую работу, собирая материал о сектах, северных легендах и антропологических исследованиях, но это – и плюс, и минус одновременно. Сложилось впечатление, будто автор так и остановился на этапе сбора данных и их первичного анализа. Местами, результат заявленного обширного ресерча выглядел как банальный пересказ википедии и баек из интернета, а хотелось бы, чтобы собранный материал был переработан в художественные образы и интегрирован в повествование на более глубоком уровне. Вот именно глубины в романе отчаянно не хватает. Мотивация персонажей, механизм работы секты, - всё это показано широкими мазками. Совсем ничего нет о том, как именно происходит слом личности, почему люди идут за, вроде бы, ничем не примечательным человеком, как людям вообще приходит в голову организовать культ имени себя и т.п. То, что есть – очень напоминает чуть расширенный сценарий для потенциальной экранизации, которая вполне может стать мощнее оригинала. Пожалуй, так вышло из-за того, что автор слишком рьяно стремился подогнать роман под широкую читательскую аудиторию, спрятав лишь парочку пасхалок «для своих». Чувствуется, что роман задумывался как максимально френдли для читателя – и композиционно, и содержательно. Безусловно, забота о читательских чувствах – это прекрасно, но в «Рифе» она уже начинает перерастать в гиперопеку. Но, самое главное: закрыв последнюю страницу «Рифа», уже на следующий день я о нём забыла напрочь, а через неделю – с трудом могла вспомнить, что же меня зацепило и о чём можно рассказать. Тем не менее, «Риф» вполне может понравиться тем, кто интересуется феноменом сект и культов (особенно тем, кто до этого ничего по этой теме не читал), любителям искать в текстах отсылки на разные культурные явления и всем, кто хочет скоротать пару вечеров за просто крепким увлекательным романом. А я буду ждать нового романа Алексея Поляринова – уже более продуманного и осмысленного. А что вы думаете по поводу нового Поляринова? Кстати, «Риф» мы читали в рамках совместных чтений в - обсуждение романа можно найти по тегу риф. До 15 ноября читаем «Американскую грязь» Дженин Камминс - я уже предвкушаю дискуссию о культурной апроприации! Если вы тоже хотите влиться в наше сообщество и читать и обсуждать интересные книги - присоединяйтесь. https://telegra.ph/file/d3fca3ab2000d935547ec.jpg
2522 

10.11.2020 15:15

​​Я встречала довольно много рецензий на «Ход королевы» Уолтера Тевиса и все...
​​Я встречала довольно много рецензий на «Ход королевы» Уолтера Тевиса и все...
​​Я встречала довольно много рецензий на «Ход королевы» Уолтера Тевиса и все они были, в целом, положительные, но довольно сдержанные. Поэтому, приступая к чтению этого романа, я не ожидала ровным счётом ничего шедеврального. И вот я здесь – готова назвать «Ход королевы» едва ли не лучшей книгой своего читательского года. С одной стороны, «Ход королевы» — это книга о шахматах, которая читается как захватывающий триллер. В центре сюжета – гениальная шахматистка Бет Хармон, которую научил играть в шахматы уборщик из сиротского приюта, где она оказалась после смерти своих родителей. Бет уже в юном возрасте начинает участвовать в шахматных турнирах и идти к званию международного гроссмейстера. Читать описания её шахматных партий – чистый кайф, сплошной восторг и одно удовольствие, даже если в шахматах, как я, совсем не разбираться. С другой стороны, «Ход королевы» — это история становления личности через принятие утраты и борьбу с зависимостью. Действие романа происходит в 60-е годы прошлого века, и вот вам факт о том времени – в католических приютах детям вместе с витаминами давали транквилизаторы. По сюжету, Бет быстро на них подсаживается, и в конце концов перед ней встаёт выбор: либо таблетки, либо шахматы. Бет Хармон – далеко не самый приятный персонаж. Она упряма, эгоистична, часто совершает ошибки и потакает своим слабостям. Но по ходу чтения я искренне ей сопереживала, ведь могла наблюдать, как и при каких условиях формировался её характер. Книга написана достаточно скупым и сухим языком, за исключением, пожалуй, шахматных партий. Уолтер Тевис сам был шахматистом и, хоть он и не достиг тех же высот, что его героиня, чувствуется, что на любовь к шахматам это никак не повлияло. Ещё, мне понравилось, как в романе отдана дань уважения образу советского шахматиста, на котором, конечно, чувствуется налёт Мордора, но который всё равно внушает благоговение и трепет. Экранизация в виде сериала от Нетфликса получилась отличной и настолько популярной, что в моей ленте инстаграма о ней написали даже те, кто обычно постит только фоточки своих котиков. Стильная картинка, продуманные костюмы и декорации, небанальный подбор актёров (и очередная прекрасная роль Гарри Меллинга ака Дадли Дурсля, который в последнее время успешно доказывает, что даже актёры поттерианы, вообще-то, умеют играть). Но мимо книги тоже проходить не стоит – в ней немного иначе расставлены акценты и история ощущается более реалистичной. Для меня «Ход королевы» стал почти идеальным романом – увлекательный, переживательный, не такой простой, как кажется. Рекомендуется всем, кто хочет прочитать хороший классический роман в лучшем смысле этого слова. А вы уже успели прочитать «Ход королевы»? https://telegra.ph/file/0f428aa56d2184d18aba9.jpg
2572 

12.11.2020 13:02

5 книжных новинок начала декабря Пусть ярмарка Non-fiction перенесена на март...
5 книжных новинок начала декабря Пусть ярмарка Non-fiction перенесена на март, издательства всё равно радуют нас крутыми книжными новинками. Предвкушая лавину отличных книг, приуроченных к отложенному читательскому Новому году, собрала для вас пять новых романов, которые я собираюсь читать в этом декабре. 1. Салли Руни – «Разговоры с друзьями», издательство Синдбад «Разговоры с друзьями» — это новинка не просто месяца, а целого года. Второй роман Салли Руни «Нормальные люди», которому посчастливилось быть переведённым на русский раньше дебютного, наделал шума в книжной среде, расколол читателей на восторженных фанатов и недоумённых скептиков, и ввёл в обиход литературных обозревателей термин «миллениальная проза». По одной книге я так и не поняла, в чём феномен творчества этой молодой ирландской писательницы, поэтому, однозначно буду читать «Разговоры с друзьями» - роман о том, как четверо двадцатилетних друзей пытаются понять, что значит «быть взрослым» в современном мире. 2. Филипп Бессон – «Хватит врать», издательство Popcorn Books Декабрьская новинка от Popcorn Books, содержание которой обещает «Назови меня своим именем» по-французски. Звучит многообещающе! 3. Ольга Птицева – «Край чудес», издательство Clever Триллеры и young adult – беспроигрышное сочетание, а если добавить к нему городские легенды и талант автора создавать в тексте атмосферу жути и хтони, можно получить формулу крепкого романа как раз для начала зимы. Здорово, что на русском языке продолжают появляться классные представители литературы для молодых взрослых, которые будут интересны не только своей целевой аудитории. 4. Абир Мукерджи – «Человек с большим будущим», издательство Фантом Пресс Классический детектив в духе старой доброй Агаты Кристи, но в декорациях Калькутты 1919 года. Немного антиколониальных рассуждений, детективная интрига и контрастные описания Индии начала прошлого века – всё, что нужно для comfort reading в конце года. 5. Валерий Печейкин – «Злой мальчик», издательство Эксмо-АСТ, импринт Inspiria Сборник рассказов от драматурга, преподавателя и куратора «Гоголь-центра» Валерия Печейкина. Меня зацепила серия его коротких рассказов «Росгосвирус», написанная для литературного номера журнала Esquire, в которых автор тонко и с отменным юмором высмеивает общество победившей бюрократии в гротескных декорациях Москвы после пандемии. Выданный автору кредит доверия не даёт пройти мимо полноценного сборника. Расскажите, а что вы планируете читать в этом декабре, и на какие новинки советуете обратить внимание?
2557 

23.11.2020 15:56


​​Я хорошо помню свои эмоции от первого прочтения дебютного романа Сюзанны...
​​Я хорошо помню свои эмоции от первого прочтения дебютного романа Сюзанны...
​​Я хорошо помню свои эмоции от первого прочтения дебютного романа Сюзанны Кларк «Джонатан Стрендж и мистер Норрелл». Оказалось, что это совершенно моя история, и она однозначно больше, чем просто comfort reading или рассказ о двух волшебниках, пытающихся возродить магию в викторианской Англии. Сюзанна Кларк обладает огромным талантом демиурга: мир, который она создала в «Стрендже и Норрелле» объёмный, живой и уже с первых страниц как будто дышит волшебством. Как только я открыла новый роман Кларк «Пиранези», сразу возникло чувство, будто я вернулась домой. Если вы собираетесь читать эту книгу, заранее про сюжет лучше совсем ничего не знать, чтобы не испортить себе удовольствие от прохождения пути вместе с главным героем. Единственные вводные, которые вам понадобятся: начинается всё как сон, видение или чистая фантазия. Мы попадаем в огромный Дом, состоящий из бесконечного числа комнат. Нижние этажи Дома затоплены морской водой, в верхних клубятся облака, а средние заполнены множеством античных статуй. Мы смотрим на Дом глазами его обитателя – человека, для которого Дом и есть весь Мир, и, постепенно, узнаём его историю. Мы имеем дело не просто с ненадёжным рассказчиком, а с целой ненадёжной вселенной. «Пиранези» – это роман-головоломка, который отсылает к Борхесу, Эко, Мервину Пику и немного к Диане Уинн Джонс. По эпичности и масштабам он уступает «Стренджу и Норреллу», но и здесь можно увидеть знакомые мотивы: например, смесь научного метода и вымышленных исследований (сноски в «Стрендже и Норрелле» – отдельная любовь, а в «Пиранези» они немного перекликаются с дневниковыми записями главного героя). Для меня, главное в «Пиранези» — это тоска по другим мирам, знакомая любому читателю. Я благодарна этому роману за то, что вспомнила забытое чувство из детства, когда ты в темноте под одеялом в тысячный раз перечитываешь Толкина, Льюиса или Пулмана, а потом полночи конструируешь в голове свой причудливый мир из множества историй, с которыми тебе посчастливилось соприкоснуться. «Пиранези» занимает почётное место в моём сердечке и отправляется на полку с лучшими книгами моего читательского года. Советую этот небольшой роман всем поклонникам Сюзанны Кларк, любителям поломать голову при чтении, и всем, влюблённым в книги. https://telegra.ph/file/00b362b7ef002caf91e50.jpg
2579 

28.11.2020 13:37

В комментариях вспомнили Штольца — немца всея русской литературы. Изначально...
В комментариях вспомнили Штольца — немца всея русской литературы. Изначально, задумывая роман, Иван Гончаров находится под сильным влиянием Гоголя (отсюда перекличка с Маниловым в образе Обломова). Писатель предполагал нарисовать карикатуру на типичного русского барина, ленивого и раскормленного — Обломова, а в противовес ему — типичного трудолюбивого немца. С течением времени (а роман писался Гончаровым, вынужденным служить, целых десять лет) акценты существенно смещаются. На первый план выходит психология героев. И Обломов оказывается не таким отрицательным, как мыслилось сначала, и Штольц не безупречен. Вернее, безупречен, конечно: верный друг (между ним и Обломовым не становится даже любовь к Ольге), порядочный, деятельный, искренний. Не хватает ему лишь одного: широты русской души, которая так заметна была в Обломове. Факт забавный, поскольку немцем Штольц является лишь наполовину: мать его — русская барыня, пытавшаяся и из сына воспитать барчука. Её влияние на Штольца не оказалось бесполезно: тому было интереснее трудиться, чем носить бархатные костюмчики, однако нежность и способность к любви всё-таки поселились в его душе. Чего стоит, например, его желание забрать к себе нищенствующего Захара (поскользнувшегося, что символично, на гладком полу у другого, истинного, немца). Так что получился-таки из Штольца почти стереотипный немец, трудолюбивый, практичный; но не сухой, педантичный, прагматичный, а способный к самым неожиданным порывам.
2612 

09.11.2020 19:04

​​Читаете ли вы книги на вечеринках?
Клуб, музыка, танцы, курилка, а вы...
​​Читаете ли вы книги на вечеринках? Клуб, музыка, танцы, курилка, а вы...
​​Читаете ли вы книги на вечеринках? Клуб, музыка, танцы, курилка, а вы тихонько устроились с книжкой где-нибудь за колонкой. Или в гостях делаете вид, что лазите в соцсетях, как все нормальные люди, а сами читаете Золя? У автора «Вкраций» вот-вот случится свадьба. И вот именно сегодня пришло осознание того, что на собственной свадьбе нельзя будет сесть в углу с бутербродом и каким-нибудь Флобером. Ну как нельзя? Можно! Нужно просто выбрать подходящую книжку. Понятно, что она должна состоять из небольших частей (чтобы успеть по-быстрому проглотить), иметь динамичный сюжет и не быть заумной (нам не до вчитывания). Итак, «Вкрации» предлагают 3 книги, которые можно по-быстрому прочесть на вечеринке 1. Кристина Бурнашова. Сказки про грушу Философские, ироничные и пронзительные сказки-крошки. Груша — современная городская жительница, окружённая друзьями, неудачными романами и философскими проблемами. То ли Бриджит Джонс, то ли я сама, то ли любая из нас. Очень люблю это. «В лесу ярко светило солнце. Гриб подумал, что это хорошая погода для поездки в город. Он собрал свои пожитки в мешочек и сел в тележку. — Вези меня, тележка, вези! — закричал он, с удовольствием усевшись на старые тряпки. Тележка не ехала. Гриб удивился, но виду не подал. «Наверное, место неудачное». Он перекатил тележку на полянку. — Катись! — задорно завопил он так, что птицы с ужасом взвились в небо. — Что ты орешь? — сердито спросил проходивший мимо Пенёк. — Да вот, — отчаянно махнул рукой Гриб. — Не едет! Друг внимательно всё осмотрел и облегченно рассмеялся: — А пешком не пробовал? Гриб растерялся и по-детски испуганно потер кулачками глаза. — Дороги не знаю, — и немного помедлив, признался: — Да и боюсь. Пенёк, не отрываясь, смотрел на него, не зная, что ответить, а Гриб поправил тележку и с вызовом добавил. — Но поеду. «Я сейчас треснусь», — почувствовал Пенёк. В груди его что-то нарастало. Он развернулся и побежал что есть силы, а Гриб растерянно смотрел ему вслед, и глаза его блестели, как океан». 2. Сью Таунсенд. Дневники Адриана Моуэла Дневник подростка — смешной, грустный, полный планов, самоуверенности и самоуничижения. И, что немаловажно, состоящий из коротеньких заметок. «Выходной день в Англии, Ирландии, Шотландии и Уэльсе. Я твердо решил в Новом году: Переводить слепых через дорогу. Вешать брюки на место. Вкладывать диски обратно в чехлы. Ласково обращаться с собакой. Быть добрым к бедным и невежественным. Не выдавливать больше прыщи. Не начинать курить. Наслушавшись вчера отвратительных звуков из гостиной, я также поклялся не прикасаться к алкоголю. На вчерашней вечеринке папа напоил пса шерри-бренди. Прознай об этом Королевское общество защиты животных от жестокого обращения, тут бы папаша и спекся. С рождества уже восемь дней, а мама так и не надела ни разу зеленый с люрексом фартук, который я ей подарил. В следующий раз подарю ей ванные принадлежности. Везет мне как утопленнику! Первый день нового года, а на подбородке вылез прыщ!» 3. Тоон Теллеген. Две старые старушки Две старые старушки — героини каждой из микроновелл нидерландского писателя Теллегена. В каждой новелле почти ничего не происходит: просто одна старушка что-то сказала другой. И так это всегда хорошо и больно. Может, и не совсем для вечеринки книга. «Две старушки жили в тесной тёмной каморке под крышей. Они очень любили друг друга, но в то же время на душе у них было неспокойно. В сущности, думали они, эта комната достаточно просторна для одной из нас, но никак не для обеих. Эта мысль становилась все настойчивей, преследовала их день и ночь, и вот как-то утром одна старушка заявила: — Какая бы там наша любовь ни была, а дальше так продолжаться не может. Кто-то из нас должен уйти. — Да! — согласилась вторая старушка. — Давай я уйду. — Нет-нет, — возразила первая старушка. — Я вовсе не это имела в виду. Я сама уйду. Друг для друга они были готовы на всё». Читаете иногда на вечеринках? https://telegra.ph/file/a83eb459c8b0021f6c43f.jpg
2599 

09.12.2020 17:13

​​Мы уже рассказывали, что Ева Браун влюбиласьв Ретта Батлера в исполнении...
​​Мы уже рассказывали, что Ева Браун влюбиласьв Ретта Батлера в исполнении...
​​Мы уже рассказывали, что Ева Браун влюбиласьв Ретта Батлера в исполнении Кларка Гейбла и в итоге нацистская Германия осталась без «Унесённых ветром». Но разве Ева была одна такая? Гейбл назывался Королем Голливуда, его проницательный взгляд и чёрные усы разбили тысячи женских сердец. Это был идеальный Ретт Батлер. А Ретт Батлер — идеальный мужчина. Читательницы поголовно влюблены в него с момента выхода книги в 1936 году и по сей день. Он же такой мужественный, сильный и вместе с тем заботливый. За ним как за каменной стеной. Он же так любит Скарлетт, в конце концов! Да? «Он делал то, что хотел, и лишь посмеивался, если ей это не нравилось... И самое интересное было то, что даже во время вспышек страсти, которая порой была окрашена жестокостью, а порой — раздражающей издевкой, он, казалось, всегда держал себя в узде, всегда был хозяином своих чувств. Он мог быть страстным, почти нежным любовником, но это длилось недолго, а через мгновение перед ней был хохочущий дьявол, который срывал крышку с пороховой бочки ее чувств, поджигал запал и наслаждался взрывом. Она узнала, что его комплименты всегда двояки, а самым нежным выражениям его чувств не всегда можно верить». Красивые симптомы? Хотели бы себе такое рядом каждый день? https://telegra.ph/file/88aae04e44ef2411ea541.jpg
2563 

23.12.2020 11:17

​​  Книга-вызов. Громкие истории
  Набиль Куреши — Искал Аллаха – нашел Христа.
​​ Книга-вызов. Громкие истории Набиль Куреши — Искал Аллаха – нашел Христа.
​​ Книга-вызов. Громкие истории Набиль Куреши — Искал Аллаха – нашел Христа. История бывшего мусульманина ️ Все знали Набиля как примерного сына из традиционной мусульманской семьи. С детства он наизусть знал Коран, соблюдал ритуалы ислама и всем сердцем любил родителей. Казалось, что его жизнь сложится вполне предсказуемо. Но случилось то, чего не ожидал никто: Набиль стал христианином. Эта книга — реальная история о сильной личности и уникальной судьбе, о любви к близким, настоящей дружбе, душевной борьбе и преодолении. «На этих страницах вы найдете мои самые яркие воспоминания и задушевные мысли, само мое сердце, выплеснутое чернилами на бумагу. Читая эту книгу, вы войдете в круг моих родных и друзей, увидите и ощутите мою благословенную исламскую юность, узнаете изнутри, каким грузом ложится на мусульманина столкновение культур. Читая эту историю, вы вместе со мной пройдете мой жизненный путь и узнаете меня, как узнают близкого человека». — Набиль Куреши «Перед вами потрясающая история человека, который сумел отложить привычные предубеждения и пустился на поиск ответов на важнейшие вопросы жизни и смерти, несмотря на огромное давление, требовавшее от него оставить всё как есть». — Ли Стробел, писатель и журналист https://telegra.ph/file/651ce0d1a57690b0254fa.jpg
2605 

22.12.2020 13:03


Трудно писать о книге, которую все читали. Фильм опять же знаменитый. Но я...
Трудно писать о книге, которую все читали. Фильм опять же знаменитый. Но я попробую. "Солярис" считается книгой о безднах души и ужасах встречи: с утраченной любовью, забытыми кошмарами, другими прорехами в ткани человеческого. Топот маленьких ножек по коридорам парализованной станции "Солярис"; багровые волны в окне. Разрезанное платье на полу. Ветераны-космолетчики что-то видят и сходят с ума. Океан - единственный обитатель Соляриса - непостижим и страшен. К людям являются гости-чудовища. Тарковский сделал из этого камерный фильм о любви и чувстве вины. Как будто в книге это главное. Я сама, прочитав "Солярис", такой трактовке искренне возмутилась - не потому, что в книге не говорится про любовь и вину, а потому что там есть темы куда более важные. И победно захохотала, когда прочитала реакцию Лема на экранизацию "Соляриса". ВОТ ЧТО ПИШЕТ ЛЕМ: «Ведь из фильма следует только то, что этот паскудный Кельвин довел бедную Хари до самоубийства, а потом по этой причине терзался угрызениями совести, которые усиливались ее появлением, причем появлением в обстоятельствах странных и непонятных. Этот феномен очередных появлений Хари использовался мною для реализации определенной концепции, которая восходит чуть ли не к Канту. Существует ведь Ding an sich, епознаваемое, Вещь в себе, Вторая сторона, пробиться к которой невозможно. И это в моей прозе было совершенно иначе воплощено и аранжировано... Тот эмоциональный соус, в который Тарковский погрузил моих героев, не говоря уже о том, что он совершенно ампутировал "сайентистский пейзаж" и ввел массу странностей, для меня совершенно невыносим» По ходу дела, Лем ставит и исследует ту же главную проблему, что Питер Уоттс в "Ложной слепоте" и "Эхопраксии". Возможно ли мышление без сознания. Океан Соляриса - несомненно живой, несомненно действует, но разумен ли он - вопрос, на который никто ответить не может. И все попытки вступить в контакт ничтожны, так как непонятно, что считать критериями успешности контакта. Ну, ровно как с "болтунами" в "Ложной слепоте". Но самое, самое интересное в "Солярисе" - и зачем я вообще пишу этот текст - это момент, где гостья Криса начинает понимать, что с ней что-то не так. Напомню ситуацию, если кто забыл - океан посылает к исследователям гостей, существ, "вынутых" из сознания и воспоминаний героев. Одному - воплощение тайных подавленных желаний. Второму - его невесту, покончившую с собой. Третьему - вообще непонятно кого, вроде бы ребенка. И это вроде бы те же люди, точные копии, но не совсем точные и не совсем люди. Океан вроде как экспериментирует - хотя непонятно, можно ли сказать "экспериментирует" в случае с существом, потенциально не имеющим сознания. Так вот, в какой-то момент гостья Криса понимает, что она - не та, кем сама себя вроде бы чувствует. Она понимает, что она не человек. Что она не его невеста. Что она вообще неизвестно что. И вот этот момент самый фантастический. Каким образом в этом слепке-копии-куске кода зарождается самосознание? Как и почему это вообще возможно? Это как если бы Бетагемот Уоттса сам себя начал изучать и понимать, и затеплилось бы в нем эго. Как? Как? Как будто сознание - это что-то заразное, и проведя некоторое время рядом с человеком, существо обретает способность задать вопрос о своем существовании. Или это тоже часть эксперимента. Часть плана той Второй стороны, о которой пишет Лем выше. Тут уже, кстати, привет Левинасу и его Встрече с Другим. Жуткая, короче, книжка, и вообще не про любовь и вину. https://t.me/dramedy/729
2555 

03.11.2020 15:31

​И ещё одна кулстори из книги про наследственность. Когда американка Лидия...
​И ещё одна кулстори из книги про наследственность. Когда американка Лидия...
​И ещё одна кулстори из книги про наследственность. Когда американка Лидия Фэрчайлд в 2002 году обратилась за матпомощью, ее попросили предоставить анализы ДНК троих ее детей, партнёра и ее самой. Это – стандартная процедура; прежде чем дать пособие, власти должны были убедиться, что дети – действительно ее. Тесты ДНК показали, что отец детей – действительно бойфренд Фэрчайлд, но вот к ней дети никакого отношения не имеют. Власти штата стали интересоваться, у кого она украла этих детей, и пригрозили забрать их. Бедная женщина собрала свидетельства о рождении детей, свои фотки во время беременности, попросила своего гинеколога и присутствовавшую на родах мать поручиться за нее в суде, но все без толку. Суд признавал только анализы ДНК, а они ясно показывали, что геномы Лидии Фэрчайлд и ее детей не совпадают. Женщина на тот момент была беременна четвертым ребенком. Представитель суда присутствовал на родах, чтобы убедиться, что она действительно сама родит этого ребенка. Сразу же после рождения сделали повторный анализ ДНК матери и ребенка, и снова он был в точности как предыдущие. Власти заявили, что они ее раскусили. Фэрчайлд - наверняка суррогатная мать, и им ее не провести. К счастью, у женщины был шустрый адвокат, который раскопал похожий случай. 53-летней бостонской учительнице Карен Киген понадобилась трансплантация почки, и трое ее сыновей вызвались быть донорами. Однако анализ ДНК показал, что они ей не сыновья. Киген тоже стали допрашивать, но не с таким пристрастием, потому что дети были уже взрослые. Женщина сдала серию анализов, в ходе которых выяснилось, что она - химера, то есть человек, в организме которого сосуществует два генома. По ДНК с ее слюны и волос она один человек, а по печени, допустим - совершенно другой. Дополнительные анализы показали, что Фэрчайлд тоже химера. Судья наконец поверил ей, и детей отбирать не стали. А ученые стали активно изучать новый феномен, и выяснили, что в женском организме иногда встречаются мужские хромосомы Y. Они передаются либо от брата-близнеца в утробе, либо от собственных сыновей. То есть не только мать передает свои гены ребенку, но и ребенок матери! Это ставит под сомнение этику практики суррогатного материнства. Помимо риска для здоровья, которое представляет для женщины беременность, появляется и риск передачи чужих генов, а значит, потенциально и чужих генетических отклонений. https://telegra.ph/file/18b5d836d5f1b4adb7780.jpg
2395 

20.02.2021 09:32

Мэри Шелли и ее ужасы В день рождения Мэри Шелли в 1797 году ее мать...
Мэри Шелли и ее ужасы В день рождения Мэри Шелли в 1797 году ее мать, знаменитая английская протофеминистка Мэри Уолстонкрафт, писала мужу, не менее известному философу Уильяму Годвину: «Не сомневаюсь, что сегодня мы увидим зверюшку...» Через 10 дней Уолстонкрафт умерла. Ей не суждено было увидеть, как ее дочь создаст первый в истории научно-фантастический роман. Жизнь Мэри Уолстонкрафт Годвин с самого рождения была трагически типична для своего времени. Ее мать умерла из-за ошибки врача, забывшего помыть руки. В 16 лет Мэри по большой любви сбежала из дома с женатым поэтом Перси Шелли, чем обеспечила себя осуждением до самой смерти. Трое их детей умерли еще в младенчестве. После смерти Шелли, который стал законным мужем писательницы лишь после самоубийства его жены, много лет Мэри шантажировали публикацией ее утерянных писем и дневников возлюбленного. Даже ее главный роман «Франкенштейн», который в 1818 году вышел анонимно, много лет считали произведением мужа. Имя Мэри Шелли появилось на обложке лишь в 1831 году. В тексте The Guardian я нашла вполне подходящее описание для жизни Мэри: «...ее не читали исключительно как писателя, но всегда судили как женщину». Наверняка, именно поэтому мы ничего не знаем о романах и эссе, написанных после «Франкенштейна». В 1816 году Мэри отдыхала в соседнем с лордом Байроном домике на берегу Женевского озера. В один из вечеров он предложил гостям написать сверхъестественный рассказ. Мэри в предложенный дедлайн не уложилась (она писала «Франкенштейна» следующие два года), но зато смогла нащупать сюжет и придумать необычного героя. Фактически он был живым трупом, от которого отвернулись все, в том числе и его создатель Виктор Франкенштейн - настолько ужасным показался ему результат. Критики и биографы часто замечали, как этот фантастический сюжет рифмуется с жизнью самой романистки, отвергнутой отцом из-за побега с Шелли. Книгу «Франкенштейн, или Современный Прометей» издали, когда Мэри было 20 лет. В 1823 году по ней поставили спектакль, а еще через девяносто лет - первый фильм. По мнению писателя и исследователя Брайана Олдисса, именно «Франкенштейн» стоит считать первым в истории научно-фантастическим романом. Но идеальная страшилка для Хэллоуина - это пожалуй самое простое определение, которое можно дать тексту Мэри Шелли. В конце концов самый страшный персонаж ее романа - это высокомерие. А мне сегодняшней и вовсе кажется, что это очень подробное описание мира, который поглотила токсичная маскулинность. Будь у Виктора Франкенштейна эмпатия, монстру бы не пришлось придумывать злобный план по уничтожению всех его близких родственников. В общем, актуальное чтение на все времена. зарубежнаялитература роман
2577 

30.10.2020 15:08

​​​​25 ноября - Международный день борьбы за ликвидацию насилия в отношении...
​​​​25 ноября - Международный день борьбы за ликвидацию насилия в отношении...
​​​​25 ноября - Международный день борьбы за ликвидацию насилия в отношении женщин. В этом году на русском языке вышло две книги, объединенные темой домашнего насилия, от которого страдает каждая третья женщина в мире. «Ты не виновата. Почему домашнее насилии - это не про любовь» Диана Садреева Журналистка Диана Садреева начинает разговор о домашнем насилии с истории, когда она впервые с ним столкнулась: 10-летняя Диана услышала, как сосед сверху бьет свою жену. «Прошло больше двадцати лет с того момента, когда я впервые столкнулась с тем звуком. Я сменила несколько городов, бесчисленное количество дешевых комнатушек и дорогих квартир, и - в каком бы месте ни оказывалась - рано или поздно мне практически всегда доводилось слышать одно и то же: резкий шум, крик, приглушенную возню» Свое журналистское расследование она начала в 2018 году - пять подробных разговоров с женщинами, пережившими насилие, вошли в первую часть книги. Вторая часть - о законах: как они защищают и не защищают нас сегодня. Если вы давно хотели узнать, как предлагают изменить российское законодательство адвокаты Мари Давтян и Алексей Паршин, депутат Оксана Пушкина и правозащитница Алена Попова, то здесь все расписано достаточно подробно. Одна из важнейших частей, «Как понять, что в отношениях есть абьюз», включает интервью с юристом и учредительницей проекта «Насилию.нет» Анна Ривиной и клиническим психологом и основательницей движения «Круг доверия» Александрой Олейник. Они подробно рассказывают о том, как себя может вести предполагаемый автор насилия, и опровергают главные мифы. Завершается книга разговором о том, что делать женщине, если она решила уйти. Реальные истории, статистика, практические советы - здесь есть все, чтобы перестать игнорировать проблему, оценить ее масштаб и попытаться помочь. Последний пункт предполагает разные варианты: от пожертвования в один из фондов до правильной поддержки подруги, родственницы, соседки. «Домашнее насилие. Так будет не всегда» Ольга Размахова и Анна Край (можно почитать здесь) Книга практикующих психологов Ольги Размаховой и Анны Край устроена иначе. Она не только о женщинах. Вопросами куда идти, что делать и как помочь авторы задаются по отношению к детям, людям с инвалидностью, пожилым людям, мужчинам, ЛГБТИК+. Домашнее насилие определяется ими как система, в которую входит физическое, сексуальное, репродуктивное, экономическое, материальное и психологическое насилие. Общее одно: «ситуации/переживания, связанные с домашним/партнерским насилием, имеют свойство заканчиваться, из них можно выбраться, с ними нужно работать, о них важно говорить». Здесь, как и в книге Дианы Садреевой, вы услышите голоса людей, переживших насилие. Но большая часть текста «Так будет не всегда» все же отдана прямой речи экспертов, психологов, активисток. Кроме самой Анны и Ольги мы слышим здесь врачей-сексологов, психотерапевтов, клинических и гендерных психологов, активисток, художниц, блогеров. Они объясняют, что такое насилие, согласие на секс, гендерное насилие, сталкинг, а также перечисляют факторы, повышающие вероятность попадания в ситуации домашнего насилия, и возможные последствия этого. Самой подробной стала глава о том, что делать, куда обращаться и где искать помощь для себя и своих близких. Каждый этап расписан максимально подробно, но даже такое внимательное отношение сразу ко многим аспектам, увы, не дает универсальной помогающей схемы. Наши ресурсы и опыт разнообразны: что подходит для одного, никак не пригодится другой. Какую бы книгу из этих двух вы не выбрали, посыл каждой из них однозначен: в насилии никогда не виновата жертва, а всегда виноват насильник. Иллюстрация Ники Водвуд https://telegra.ph/file/de887a409a3f737624952.jpg
2591 

25.11.2020 13:00

​​«ВИЧ-положительная» Кэмрин Гарретт 
Popcorn Books, перевод Лены...
​​«ВИЧ-положительная» Кэмрин Гарретт Popcorn Books, перевод Лены...
​​«ВИЧ-положительная» Кэмрин Гарретт Popcorn Books, перевод Лены Рейер Подростковый роман Кэмрин Гарретт как будто из раздела фэнтези: такой в нем калейдоскоп идентичностей, что первое время даже не верится, что так бывает. Так и правда бывает редко, в основном принято быть понятным, а если хоть чем-то отличаешься - спокойной жизни не жди, все будут пытаться уличить тебя в испорченности, игре на публику или какая там версия сейчас в тренде? Здесь этап осуждения чужих сексуальных предпочтений пройден, но зато до сих пор существует допотопный страх перед вирусом иммунодефицита человека. 17-летняя Симона живет вместе с двумя отцами, режиссирует школьный мюзикл, а ещё у неё ВИЧ. Впервые мы встречаем героиню в приемной у гинеколога, к которому она идёт, чтобы узнать, как безопасно заниматься сексом. Симона влюбилась и ей совсем не нравится тезис, что лучший способ предохранения - это воздержание. Да, осторожной быть стоит, но и физической близости ей очень хочется. Вот только перспективы счастливого будущего в объятьях симпатичного одноклассника омрачает анонимная записка: «Я знаю, что у тебя ВИЧ. Если ты до Дня благодарения не перестанешь ошиваться с Майлзом, это узнают и все остальные». Угроза бьет точно в цель. Симоне уже приходилось уходить из школы, после того, как ее подруга всем рассказала о ее положительном статусе. К директору тогда тут же посыпались письма от обеспокоенных родителей, чьи дети не должны рисковать жизнью рядом с такой ученицей. У Гаррет (она написала этот роман в 19 лет!) ловко выходит вписать в сюжет парадокс: с одной стороны, все такие продвинутые в этой квир-вселенной, а с другой, про ВИЧ все ещё думают на уровне пятидесятилетней давности. Секрет Симоны в итоге станет известен всей школе, но в отличие от прошлого раза у нее получится с этим справиться. Она - не диагноз, осталось сказать это вслух и идти дальше. «Мой ВИЧ для вас не угроза, а вот ваше незнание для меня — да. Меня травили, притесняли, говорили, что мне в этой школе не место. Знаете, почему мы не открываем свой ВИЧ-статус? Потому что это опасно. За такое людей калечат и даже убивают. Только я должна решать, разглашать мне его или нет. Меня этого выбора лишили. Но я не намерена лишиться и мюзикла. Я заслужила здесь быть». Замечательно, что есть такая книга. Замечательно, что ее написала совсем молодая девушка, которая решила давать голос тем, кого сама в книгах не нашла. Хочется закинуть парочку экземпляров в каждую школьную библиотеку. роман зарубежнаялитература https://telegra.ph/file/1b9e188d296d322671253.jpg
2598 

01.12.2020 14:26

​​«Беспокойные» Лиза Ко
МИФ, перевод Сергея Карпова

Так уж получилось, что...
​​«Беспокойные» Лиза Ко МИФ, перевод Сергея Карпова Так уж получилось, что...
​​«Беспокойные» Лиза Ко МИФ, перевод Сергея Карпова Так уж получилось, что подряд я прочитала сразу два романа об иммигрантках. Первый это «Девушка, женщина, иная» Бернардин Эваристо, а второй — «Беспокойные» Лизы Ко. Сегодня как раз про него. Пейлан Гуо родилась в китайской деревне, почти сразу ей захотелось из нее вырваться. Перед отъездом в новую жизнь она успела забеременеть, но вот сделать аборт не смогла. Незаконно пересекать границы сразу нескольких государств пришлось будучи на седьмом месяце беременности. В ящике! Деминя она родила уже в Нью-Йорке, где могла позволить себе только спальный мешок в квартире с еще несколькими соседками-китаянками. Она покидала родину с желанием круто изменить жизнь — стать самостоятельной и повидать мир. Но все, что удалось получить — низкооплачиваемая работа на фабрике и огромный долг перед людьми, что снабдили ее фальшивым паспортом и доставили до пункта назначения. Годовалого Деминя Пейлан в итоге отправила домой к деду, с ним он провёл следующие пять лет. В это время сама героиня сидела на одном месте, работала, выплачивала долг, влюбилась. Деминь снова увидел мать и Нью-Йорк будучи упитанным шестилеткой. Им предстояло вновь познакомиться друг с другом, начать еще одну новую жизнь и надеяться, что эта версия будет лучше. Угадайте что? Этого не случилось. Когда ты иммигрант, этот мир не принадлежит тебе . Прошлое и настоящее, разочарования и мечты Пейлан и Деминя в книге постоянно чередуются. Они одинаково потеряны и одиноки. Пейлан, которая затем взяла себе имя Полли, депортировали в Китай, Деминя усыновила пара американских преподавателей — теперь он Дэниэл. Большую часть жизнь мать и сын были врозь, но не было и дня, чтобы они не думали друг о друге и о том, какой жизнью живет каждый из них. «Беспокойные» — роман о сложном опыте иммиграции; о семье, которую не выбираешь; о препятствиях, которые растут как снежный ком вопреки любым стараниям. А еще это большой роман о поиске себя, и той радости, которую испытываешь, когда понимаешь «я — это я». «В терминале парома я купила билет, нашла себе место на верхней палубе. Паром качался на волнах, и, глядя на огни Коулуна, выходящие из тумана, я вцепилась в поручни, задыхаясь от смеха. Как же я ошибалась, когда думала, что это чувство утрачено навсегда. Эта легкомысленная неуверенность в жизни, все мои страхи и радости — я могла к ним вернуться, вращать со всей силы по небу. Потому что я нашла ее: Полли Гуо. Куда бы я не отправилась дальше, я уже никогда ее не отпущу» https://telegra.ph/file/e14e255bf9d385a2e7ecb.jpg
2548 

14.12.2020 17:35

«Полиция памяти», Еко Огава Поляндрия NoAge, перевод Дмитрия...
«Полиция памяти», Еко Огава Поляндрия NoAge, перевод Дмитрия Коваленина Камерная антиутопия - будь такой жанр, японская писательница Ёко Огава была бы в нем главной. Свой роман она написала в 1994-м, год назад его перевели на английский, в 2020-м - на русский. В оригинале он называется вовсе не «Полиция памяти» (так его окрестили в английском переводе, чтобы сразу направить всех на тоталитарный характер происходящего), а «Заветный кристалл» - то ли сказка, то ли философский трактат. Между тем, в мире Огавы и правда нет бунта, только тихий голос неизбежности. Все худшее здесь уже произошло. На безымянном острове люди постоянно что-то забывают. Неописанная и никак не названная сила контролирует умы человеческие, заставляя их забывать любые предметы и явления. Сначала забывают, как выглядят и для чего нужны духи, розы, птицы, ленточки и губные гармошки, а ближе к финалу масштаб беспамятства доходит до предела. Каждый новый исход не сопровождается стычками с Тайной полицией - сопротивляться беспамятству сознательно не получается. Главная героиня, безымянная писательница, честно пыталась. Но в назначенный день ее мозг непременно забывал. И в конце концов она смирилась. Тяжелее всего было тем, кто не мог забыть. Ошибка в генах - и законы всемирного беспамятства не действуют. Таких женщин и мужчин немного, но они обречены скрываться - полиция не терпит прецедентов. Спрятаться от гнева людей в форме выходит редко. Не получилось и у мамы писательницы - 15 лет назад стражи порядка увезли ее в неизвестном направлении. Теперь писательница пытается спрятать в подвале своего редактора. Ей очень хочется спасти хотя бы его. Как я уже сказала, бунтов в романе никто не планирует. Зло здесь невидимое, в такое не выстрелить из пистолета. Никто не вещает с трибуны «незнание - это сила», никто не собирается контролировать чужую фертильность. Так что единственное на чем сфокусированы герои - это их мысли, которые стремительно исчезают. Они живы, пока есть, что вспомнить. Тратить время на праведный гнев в их мире пустая затея. А мне все больше кажется, что и в нашем тоже. антиутопия зарубежнаялитература
2541 

20.12.2020 11:39


​​Итоги года: 10 самых-самых в 2020 году

 Taterhood and other tales - сборник...
​​Итоги года: 10 самых-самых в 2020 году Taterhood and other tales - сборник...
​​Итоги года: 10 самых-самых в 2020 году Taterhood and other tales - сборник сказок со всего мира, где все героини смелые и себе на уме. «Человеческие поступки» Хан Ган - роман о разнообразии человеческой жестокости. «Разговоры с друзьями» Салли Руни - дебютный и лучший для меня роман Руни про взросление посреди романтических драм. «Невидимые женщины» Кэролайн Криадо Перес - статистика против иллюзии равенства. Статуэтку «научпоп года» несите сюда. «Быть здесь - уже чудо» Мари Дарьесек - биографии лучше я и не читала. «Беспокойные» Лиза Ко - в этот текст уходишь с головой, и еще долго после остаешься в нем жить. «Booklover: иллюстрированный путеводитель по самым лучшим в мире книгам» Джейн Маунт - самая красивая книжка про книжки. «Неортодоксальная» Дебора Фельдман - история одного побега навстречу себе настоящей. «Полиция памяти» Еко Огава - самая камерная антиутопия, в которой по-настоящему страшно. «Выгорание» Эмили и Амелия Нагоски- книга, которая помогает справиться с ежедневным стрессом. Подробнее про большую часть этих книг я написала для проекта Miranna, который поддерживает женщин и их бизнес-идеи. Читайте тут Если есть настроение, напишите мне , какую книгу вы в этом году прочли по моему совету? Что понравилось, что запомнилось? Буду с большим удовольствием читать ваши письма на каникулах! На фото визуализировала все прочитанное в этом году, башенка получилось почти с ёлку, а она два метра https://telegra.ph/file/a45f70e0ba087063d20c9.jpg
2552 

29.12.2020 13:57

"— У меня очень простой вопрос. В Средневековье комету принимали за змея?
"— У меня очень простой вопрос. В Средневековье комету принимали за змея? Принимали ведь? Вы же не будете этого отрицать? — Я не могу отрицать очевидное. — А сейчас? — А сейчас змея принимают за комету." У меня радостная новость: я прочитал новый роман Евгения Водолазкина "Оправдание Острова", и он очень хороший. Чтобы не терять времени, предлагаю сделать вам следующее: быстренько прочитайте мой пост до конца, чтобы чуть-чуть удовлетворить литературную любознательность, потом насладитесь подборкой цитат, чтобы немного распробовать роман, ну а затем позвольте себе прогуляться до любимого книжного, побродить между полок, а потом, уходя — взять толстый томик в стильной твердой обложке и, пообещав сегодня ни в чем себе не отказывать, купите его. Потом направляйтесь в кофейню или домой, и наслаждайтесь чтением прекрасной литературы с ароматных свежих страниц. Роман — прекрасный пример метафикшена. Перед нами некая летопись некоего Острова, а еще комментарии к этой летописи пары явно разбирающихся в деле персонажей. Евгений Водолазкин — медиевист, правда, в отличие от меня, он специализируется на славянской литературе и истории, что и было успешно использовано в романе. Текст летописи — и с точки зрения языка, и с точки зрения фокуса и ритма — стилизован под настоящую летописную литературу, но, конечно же, с оглядкой на современного читателя — читать интересно и захватывающе. И по мере чтения мы погружаемся в историю Острова и его жителей и, конечно же, замечаем много сходств с нашей историей. Иногда, на мой взгляд, Водолазкин слишком близко подходит к нашему времени, и со страниц летописи читается практически вчерашняя сводка новостей, но я считаю, что автор знал, что делал, и добивался такого эффекта умышленно — у него получилось, все в порядке. Набоков говорил, что в литературном произведении очень важен язык и композиция, а сюжет и мораль — вторичны. Я — за гармонию, и если в "Авиаторе" морали было хоть отбавляй (Водолазкин такое любит), а вот литературная часть оказалась ниже моих ожиданий, то в "Оправдании Острова" гармония достигнута: язык романа находится в гармонии с формой, а форма — с рассказываемой историей; высказывания же автора не выглядят чем-то чужеродным, а изящны и прекрасно вписываются в нарратив. Еще раз: роман прекрасный, и его можно перечитывать. Не отказывайте себе в удовольствии. И, чтобы немного распробовать текст, держите подборку цитат из романа Евгения Водолазкина "Оправдание Острова": https://telegra.ph/Opravdanie-Ostrova-Evgenij-Vodolazkin-11-28 https://telegra.ph/Opravdanie-Ostrova-Evgenij-Vodolazkin-11-28
2544 

28.11.2020 17:06