Назад

Этим утром я проснулся с дюжиной ядовитых змей - болезненных воспоминаний...

Описание:
Этим утром я проснулся с дюжиной ядовитых змей - болезненных воспоминаний, парализующих рассудок. И вот я лежу, пялюсь на стопки книг и задаюсь вопросом: «Что отличает тощего бледного подростка, отрывающего прямоугольный ломтик картона от томика Хемингуэя, чтобы сварганить фильтр для косяка, от юноши, одержимого идеей написать феноменальный роман?» Может предусмотрительность? В комплекте бумаги идут картонные фильтры.

Похожие статьи

Всем 
Со времен книги «Вторая жизнь Уве» я не читала ничего столь же доброго...
Всем Со времен книги «Вторая жизнь Уве» я не читала ничего столь же доброго...
Всем Со времен книги «Вторая жизнь Уве» я не читала ничего столь же доброго, милого и трогательного как книжка молодой норвежской писательницы Марии Парр «Вафельное сердце». Скандинавские авторы создали отличную литературную среду, где уживаются и леденящие душу триллеры, и согревающие сердце семейные истории. А российские переводчики-скандинависты отлично работают с этими классными и очень живыми текстами. «Вафельное сердце» - чудесная история приключений девятилетнего мальчика и его лучшей подружки, напоминающая одновременно о Пеппи Длинный чулок, и о «Счастливы вместе», и, как уже упоминалось, об Уве. Книжка тоненькая и легкая, рассказывать подробности незачем. Пока читала, успела и посмеяться, и пореветь. И теперь ее, конечно, максимально всем рекомендую: почитать детям (как раз приободрить накануне начала учебного года), почитать самим - потому что накануне осени и последующих холодных дней немного тепла и уюта совершенно точно не помешает! Доступно, например, тут: https://www.labirint.ru/books/184796/ Книжку мне рекомендовала консультант моего любимого книжного при кинотеатре «Пионер» (ребята оттуда плохого не посоветуют), там она тоже продается в бумажном формате. https://www.labirint.ru/books/184796/
1175 

30.08.2019 23:56

Всем Ура, выходные! Работа в самоизоляции в нерабочие дни грозит превратить...
Всем Ура, выходные! Работа в самоизоляции в нерабочие дни грозит превратить все существование в грандиозный день сурка и стереть границы между состояниями «работа», «офис» и «отдых», «дом». Неделю назад я пересмотрела фильм Trainspotting в оригинале, с этим сумасшедшим шотландским акцентом Юэна МакГрегора и невероятным саундтреком. И - на фоне отсутствия других ярких впечатлений - у меня случился флэшбэк в прошлое, в годы, когда я читала Ирвина Уэлша и Чака Паланика в ярко-оранжевых обложках серии «Альтернатива» и смотрела идеальные экранизации - «Бойцовский клуб» Девида Линча и «На игле» Дэнни Бойла. По итогам, обсуждала фильм с друзьями (привет, Аюр и Саша!), и мы пришли к выводу, что эти книги и эти экранизации нужно смотреть в определенном возрасте, в районе 18-25 лет, когда они идеально ложатся на свежесть восприятия и юношеский максимализм. И если не успеть, то эти книги и фильмы уже не будут впечатлять и вдохновлять как квинт-эссенция трэшовой романтики 90-х. В общем на фоне этих размышлений, попробовала я читать Уэлша в шотландском оригинале и, должна сказать, что это лингвистический пазл, который увлекает.
1222 

18.04.2020 13:35

Брайан Рафтери «Лучший год в истории кино. Как 1999-й изменил всё» В МИРЕ ТАК...
Брайан Рафтери «Лучший год в истории кино. Как 1999-й изменил всё» В МИРЕ ТАК МНОГО КРАСОТЫ. Мне всегда неловко и не с руки признаваться в своей огромной любви к кино и как-то ее идентифицировать, делать ЗАКОННОЙ, и давать себе право об этой любви говорить. Вот книги — равный мой брак, у меня есть кусочки соответствующего образования и профессиональный стаж почти 10 лет, могу позволить себе выражать бесценное мнение о прочитанном. С кино же мы флиртовали в большей или меньшей степени всю жизнь, хотя я из тех, кто посмотрел Гринуэя в 9 лет, а Бертолуччи в 11. А тут книга о кино, и 80% фильмов, упомянутых там, я смотрела, некоторые не по одному и не по два раза — всё, сгорел сарай, гори и хата, вы меня не удержите никак в этом отзыве, я буду говорить только о «моём» кино, потому что эта книга косточка за косточкой разобрала меня, вернула в детство и напомнила, на каких фильмах я насобирала свои ценности, от которых больше и не откажусь. По моим воспоминаниям, первым фильмом, на который я пошла в кино, была Матрица. Матрица сделала кассу 99 года, хотя на момент съёмок тогда ещё братья (упорно и в оригинале книги, и в переводе теперь именуемые сёстрами) Вачовски даже не могли объяснить, как воссоздать технически то, что они написали. Позже мы с отцом ходили на «Скрытую угрозу», кажется даже в оригинале с очень плохо переведенными субтитрами. Я не видела до этого классическую трилогию, но помню, как не могла пошевелиться весь фильм от восторга, хотя люди выходили и выходили из зала — они ждали этот фильм 16 лет и были готовы ругать его В ЛЮБОМ СЛУЧАЕ. Позже, уже с бабушкой, мы до утра смотрели церемонию Оскар, и мой глаз зацепился за «Красоту по-американски». На сегодняшний день я смотрела этот фильм больше 10 раз, и он без споров с собой входит в мой топ-3 любимых фильмов. Таким образом для меня (да и для многих читателей) эта книга, состоящая из кучи уникальных интервью и выражающая несколько интересных мыслей: о страхе перед апокалипсисом миллениума, проблеме маленького белого человека, подростковой жестокости — эта книга является прежде всего изумительным фоном для собственной ностальгии: вот он, ваш первый фильм Уэса Андерсона, а вот тонкая и звонкая Кирстен в «Девственницах-самоубийцах», закрывать друг другу глаза под «Широко закрытыми глазами»; использовать подзабытую фамилию братьев Кауфман как повод для телефонного звонка, первый раз услышать “Where is my mind” на гитаре и затем «о, это из Бойцовского клуба», первый и последний раз почувствовать раздражение от этого... Прекрасно, без спойлеров, с неочевидным взаимосвязями, без снобизма и без сожаления написанная вещь, уносящаяся на самые высокие волны памяти. Удаляюсь на этих волнах пересматривать «Магнолию». Кому читать: желающим получить огромное читательское удовольствие, что бы это не значило. Что пить: «если ты идёшь в кино — пей компот, а не вино, если ты уже в говно — не ходи вообще в кино». Но если пренебречь этим постулатом, то в кинотеатрах конечно же приятнее всего пить коньяк, добытый в ближайшем магазине за 5 минут до сеанса.
1174 

07.08.2020 00:43

Эдуард Лимонов «Это я, Эдичка» ЭМИГРАЦИЯ, ЭРОТИКА, ЭГОИЗМ, ЭСТЕТИКА, ЭРУДИЦИЯ...
Эдуард Лимонов «Это я, Эдичка» ЭМИГРАЦИЯ, ЭРОТИКА, ЭГОИЗМ, ЭСТЕТИКА, ЭРУДИЦИЯ, ЭСТАМПЫ «В общем, он был по всему, что называется в России, — ебарь. Такие люди и художниками становятся, чтобы с помощью свободной профессии легче было затаскивать женщину в постель». Затащил меня в постель Эдичка этой книгой, да так, что никого другого уже читать не хочется. Что же тут есть, господа, в этой истории, которая, конечно, 18+, но я рекомендовала бы ее как учебник по воспитанию чувств лет, ну, с 16?: Пособие по эмиграции, искусство стильной бедности, местами сатирическое репортажное эссе обо всех политических течениях — и очень романтичный на мой вкус роман. Злейшая, остроумная поэзия этой прозы, которой никак не спрятаться за грубостью и наготой — даже оголенностью ее героев, не смыть поэзию жидкостями их тел. «Секс сексом — ебись с кем хочешь, но душу-то мою зачем предавать?» Вообще порнографичность здесь органична, как бы белопальтово эта фраза не звучала, ведь книга же про любовь: Любовь и нежность к женщинам, прячущаяся за ненавистью к Женщине. Номинально сюжетная нить, связывающая эту прогулку загорелого Эдички через 300 Нью-Йоркских улиц — расставание с женой, прекрасной Еленой, и желание убить, отомстить, растоптать — неважно, ее или себя. Но ведь именно Женщина сделала из мужчины поэта. «Белочка, глупышка, сучка» — чеховская почти риторика в отношении любимой; эти неповторимые, не применимые ни к одной другой ласковости. Любовь к себе на грани хвастовства — позволяет преодолеть и смущение, и отвращение от всей невыносимости бытия — когда ты так молод и красив, стоит ли переживать, что ты обнимаешь бродягу в затхлой подворотне? Описания нарядов, та важность, которую человек, любящий обычно играть словами, играть с читателем, придаёт описанию своей одежды — из главы в главу, «изумительный белый жилет», чёрный платок, ботинки на каблуках — почти набоковское такое любование собой (тот мог в дневниках страницами описывать свой «аутфит» вплоть до цвета носков). «...я носил и ношу туфли только на высоком каблуке, и в гроб, если таковой будет, прошу положить меня в каких-нибудь невероятных туфлях и обязательно на высоком каблуке» — а как положили, интересно мне? Неизвестно и никогда уже не будет известно, что из этого автобиография, а что мистификация и поэзия, но есть легчайшая подсказка от автора — «то, что сравнивается с детством, не может быть ложью» — и эти детские битые стёкла, водка, Харьков, волейбол — это настоящее? Вот это, что вылезает в ночные смены официантом в отеле или за распитием бренди в перерывах работы грузчиком? Щемящая, очень-очень гордая неприкаянность, инаковость: нежелание быть ни русским мучеником на чужбине, ни интеллектуалом-журналистом эмигрантской газеты, ни левым, ни правым, ни богатым, ни деловитым — только любовь. Ну и напоследок — описания похмелья (а ради чего ещё мы тут собрались)— ох, как хороши эти описания в главе про Розанну!.. Представьте себе прямо сейчас самое тяжелое похмелье, которое на вас обрушивалось, а потом представьте, что с этого вот похмелья вы делаете полную генеральную уборку в квартире, где всю ночь веселились до — и при этом наливают вам на опохмел не хорошее охлаждённое испанское сухое, а дешевое и тёплое розовое из большой бутыли. Короче говоря, если бы Батай, Набоков и Буковски организовали бы литературную групповуху и позвали бы подглядеть Ерофеева с Довлатовым, получилась бы проза Лимонова — и то он выдумал всё за них в вопросах чувственности. Эта книга однозначно вошла в список моих любимых и никуда оттуда больше не денется. Кому читать: тем, кого я не испугала, но привлекла этим отзывом Что пить: ох. Пожалуй что холодной-холодной, прям ледяной водки, и внезапно с утра (но только если ночевали не дома, и не больше двух стопок)
1187 

21.08.2020 23:22

Майкл Шейбон «Потрясающие приключения Кавалера и Клея» ЛЮБОВЬ ОТКРЫВАЕТ ВСЕ...
Майкл Шейбон «Потрясающие приключения Кавалера и Клея» ЛЮБОВЬ ОТКРЫВАЕТ ВСЕ ЗАМКИ Люблю женщин, из которых постоянно что-то сыпется: заколки, окурки, идеи, смех, хлопушки, воздушные змеи, осколки разбитых сердец. Женщин, что умеют вкусно готовить, самозабвенно творить и окружать себя миллионом предметов, вылепливая эстетику из созданного ими хаоса. Женщин, что с виду богемные блудницы, но в душе их живет большая еврейская мама, и ее объятья всю жизнь распахнуты всем. И хоть, как мы видим из названия, огроменный-во-весь-отпуск- роман Майкла Шейбона вовсе не для Розу Сакс, описанную мной выше, а про Джо Кавалера, Сэма Клея и приключения, созданные ими на бумаге, начала я именно с Розы, как сердца этой истории. Поскольку Шейбон ещё на полюбившемся мне «Лунном свете» доказал, что писатель он слегка отстранённый и мужской, мальчишеский даже. И сюжет же весь про это: на всю жизнь дружба, уважение и партнёрство, история американского комикса через краткий экскурс в историю фокусов, никуда без войны и эмиграции. Но 700 страниц дружеской саги никуда не годились бы без музы, поэтому ещё раз поблагодарю автора, что он дал мне Розу Сакс, немало скопировав в ней с айнрэндовской Доминик Франкон, но таковы уж архетипы, много нового к ним не прилепить. Что ещё тут хорошо (кроме правда очень затянутого объёма): • Как строятся некоторые главы, будто стрип в графическом романе (начинается описание, и непонятно, описание ли это жизни героев, или сюжета комикса, и комиксовые, выдуманные черты впархивают в повествование постепенно). • Очень силён дух Нью-Йорка 50-х— выйти на Манхэттен и перехватить сэндвич или сигарету, бармен не нальёт тебе, если ты ему не понравился; постепенная смена стилей и эпох — в музыке, одежде, развлечениях, потреблении информации Кому читать: трудоголикам, фокусникам, мальчишкам Что пить: не с сюжетом, но со столь эффектной героиней этой книги увяжу я потрясающий полусухой рислинг от «Усадьбы Перовских», что я давеча попробовала; рислинг этот вам необходим, чтобы ощутить чуть бензиновое жаркое легкое летнее опьянение, на вкус он как прогулка по большому городу, в конце которой любимая женщина, только что поев устриц и освежив помаду, легко и коротко вас поцеловала, ничего этим не обещая. Что почитать после (из моего списка «хочу прочитать»): не сломать мою страсть к толстым американским сагам, поэтому на очереди «4321» Пол Остера — в ней аж 866 страниц
1200 

13.09.2020 15:29

Арина Обух, наша питерская очень хорошая писательница, посмотрела некоторые мои...
Арина Обух, наша питерская очень хорошая писательница, посмотрела некоторые мои рассказы и прокомментировала, высказав в целом ряд очень полезных и важных рекомендаций. Ко всему прочему отметила то, что некоторые люди говорили и раньше: типа, в своих рецензиях на книги ты раскрываешься лучше, больше, полнее, живее. А рассказы, как будто, пишешь, включив голову, подбирая зачастую не совсем удачные метафоры-сравнения, углубляясь в лишние детали и нагромождая чего-то там. И я сначала запротестовал, не соглашаясь, а потом подумал… И ещё раз подумал. Ещё немного подумал, и теперь вынужден согласиться – ведь со стороны людям, наверное, виднее. Тут одно только, важное. Написать рецензию на стороннюю книгу, с одной стороны, тоже непросто, ну, написать так, чтобы она цепляла, задевала за живое и давала (внимание, сейчас будет банальное) пищу для размышлений. Но, с другой стороны, тут как бы всегда есть непроговариваемый шаблон, сообразуясь с которым, ты пишешь. Он, этот шаблон, есть даже в рецензии в стиле сторителлинга – ты всё равно чувствуешь, когда, где и какие триггеры (в том числе эмоциональные) нужно расставить по тексту. И в этом смысле написать рецензию куда как проще, хотя и в этом формате я всегда стараюсь придумать что-то пооригинальнее, не во вред смыслу, конечно же. С художественной прозой всё куда сложнее. Тут действительно нужно включать прежде всего голову, хотя иногда на волне эмоциаонлаьного вдохновения несёшься сам чёрт знает куда, но это не факт, что несёшься в правильную сторону. Холодная голова при написании худлита нужна для, чтобы текст внутренне не разваливался, не висел в вордовском пространстве рыхлой тестообразной массой – ни туда, не сюда. Никто же не отменял определённые правила композиции, сюжетостроения, внутренней гармонии оформления идеи и т. д. И вот при учёте этого приходится иной раз жертвовать эмоцией и свободным парением текста в разные стороны: баланс прежде всего. Ну а то, что есть у меня своего рода тяжеловесность, да и погрешности против гладкописи – это и так понятно. Я и так знаю, что есть, иногда сознательно пытаюсь поэкспериментировать, сделать неправильно на участке небольшого текстового отрезка. К примеру, вот в одном из ковидных рассказов при описании некоего города идут просто строки – «красивая улица», «симпатичный дом» и всё в таком роде. Вроде нарушение правила «показывай, а не рассказывай», но я точно помню, что, начиная этот рассказ, я хотел вот именно тут, в этом месте обойтись лаконичным нанизыванием ни о чём не говорящих слов – потому что, по сути, это и не важно было там ничего описывать, не нужно, зачем? У меня вот вообще зреет идея – как-нибудь когда-нибудь попробовать написать текст, по максимуму используя всевозможные штампы и шаблоны начинающего автора, с рубящей и взрывающей мозг любого нормального человека стилистикой. Почему бы и нет? Тоже своего рода эксперимент, вызов самому себе, потому что это невероятно сложно сделать. И даже, , кажется, ну а чего терять время на такое дурацкое безумие? Вот только если это безумие будет подчёркивать на идейном уровне что-то важное, какую-нибудь мысль о том, что и эффект графомании в какой-то момент может преломляться чем-то по-настоящему гениальным, неземным по силе воздействия если не на читателя, то хотя бы на самого творца. Тогда почему бы и нет? А так… Да, сложно всё. Очень сложно с этими вашими буквами и смыслами.
1165 

19.12.2020 16:32


«Дом на краю света», Майкл Каннингем «У нас не было ни дома, ни мыслей, как...
«Дом на краю света», Майкл Каннингем «У нас не было ни дома, ни мыслей, как быть и что делать с этой мучительной любовью, выламывающейся из всех общепринятых рамок». Бобби и Джонатан растут вместе в Кливленде, потом перебираются в Нью-Йорк и знакомятся с Клэр. Постепенно оказывается, что все они друг другу гораздо больше, чем просто друзья: они поселяются втроем и старательно убеждают всех (и, главное, самих себя), что теперь они семья. Этот роман оказался для меня примечателен двумя вещами. Во-первых, он мой ровесник. Во-вторых, - а такое бывает правда, правда редко - после его прочтения я вообще не знала, что сказать и о чем написать этот пост. Я безумно люблю «Часы» Каннингема, причем как в виде книги, так и в виде фильма. Такой же сильной любви к «Дому» у меня явно не возникло, и я от этого даже как-то растерялась. Потому что роман-то вроде хороший, и Каннингем в нем тот же – с прекрасным языком, острой наблюдательностью и множеством отзывающихся мыслей (шутка ли, я выписала целых 3 страницы цитат из книги!), но вот любви у нас не вышло. Отчасти, мне кажется, это не про отношение мое к книге, а про отношение к героям. Они чудесно написаны, каждый со своей историей, со своим поиском и переживаниями. Очень разные, но что-то их сблизило и свело вместе, и вот в этой необычной семье они пытаются решить каждый свои проблемы. Дело, конечно же, не в самом менаж а труа – с этим вообще никаких вопросов, будь каждый из его участников счастлив. Но меня не оставляет неловкое, неприятное чувство, что эта семья для них совершенно не работает, что они остаются в ней лишь потому, что не могут придумать ничего лучше. С одной стороны, это ведь тоже такая жизненная история. Но от этого, наверное, только еще более дискомфортно наблюдать за героями – слишком уж реалистична их потерянность. «Его беспокоила твоя бездомность, потому что он не мог себе представить, как это можно быть счастливым и при этом ни к чему не привязанным. Но мне было бы очень обидно, если бы недостаток воображения твоего отца лишил широты твою собственную жизнь. Тем более после его смерти». В общем и целом, это такое большое размышление о семейных отношениях, о том, как отношения родителей друг с другом и с нами определяют наши взгляды на устройство семьи; о попытках следовать каким-то стандартам – и о попытках ломать их, и о том, что ни то ни другое не приносит счастья. Единственная героиня, за которую радуешься, - Элис, мать Джонатана. Часть романа рассказана ее голосом, у нее своя непростая история, и она, в отличие от главных героев, находит себя и ту жизнь, которой ей всегда хотелось, хоть и в немолодом уже возрасте. «Я хотела сказать ему, что мертвым мы должны еще меньше, чем живым, и что наша единственная, хотя и весьма сомнительная, возможность счастья – в безусловном приветствии перемен. Но я не смогла этого выговорить».
1180 

10.12.2020 10:51

Чимаманда Нгози Адичи, «Половина желтого солнца» «Мне говорили, что биафрийцы...
Чимаманда Нгози Адичи, «Половина желтого солнца» «Мне говорили, что биафрийцы сражаются как герои, но теперь я знаю, что герои сражаются как биафрийцы» 1960-е годы, Африка. Нигерия только-только стала независимым государством. И, как и многие молодые африканские страны, была образована искусственно, без учета этнических, религиозных и языковых особенностей людей, в ней проживавших. Как итог, в 1960 году страну населяло 60 миллионов человек, принадлежавших к 300 (!) разным этническим и культурным группам. Большую часть населения составляли три группы: исповедующие ислам полуфеодальные хауса-фулани и продемократические игбо и йоруба, среди которых было много христиан. Во взглядах и интересах они, мягко говоря, не сошлись, и прогрессивные игбо стали бороться за независимость. Все это вылилось в кровавую Гражданскую войну (1967-1970) со страшным геноцидом и голодом. В ходе войны игбо провозгласили собственное государство Биафра, которое, правда, почти никто не признал. Через три года игбо капитулировали, Биафра прекратила существование. Чимаманда Адичи родилась в Нигерии в 1977 году, в семье игбо. Ее родители работали в Университете Нигерии в Нсукке (там же, где работает один из главных героев романа), а во время войны семья потеряла практически все. Неудивительно, что в своем романе писательница решила описать эти ужасные события. И это все, безусловно, очень важно и познавательно: до прочтения книги я знала о Нигерии только то, что она есть, а теперь вникла немного в историю этой страны. Проблема в том, что писательница, похоже, рассчитывала, что ее читатель уже достаточно подкован в истории Нигерии. Мне постоянно не хватало контекста происходящего в романе, приходилось без конца лезть в Википедию, чтобы понимать, на фоне чего происходят бурные словесные перепалки и не менее бурные романы героев. В той части, где начинается война, очень сложно понять, кто воюет с кем, а главное, за что. Есть только полное ощущение хаоса и разрухи. Роман, вероятно, и не ставит себе целью глубокую рефлексию политических событий, он просто описывает жизнь нескольких героев. Но если произведения в подобном жанре отлично читаются, когда герои живут в более близких и знакомых нам исторических реалиях, то здесь из-за малоизвестности событий на фоне и личные переживания героев воспринимаются сложновато. Очень не хватает в тексте красочных описаний, позволяющих нарисовать в голове картинку этого далекого мира. Описаний не хватает, зато очень, ОЧЕНЬ много слов на языке игбо. Прописанных прямо латинскими буквами, и к каждому слову идет сноска с переводом. Примерно на десятом слове я задолбалась нажимать на сноски. И знаете что? Если не узнавать перевод этих слов, понимание прочитанного вообще никак не страдает. В целом, мне кажется, что роман вышел слишком плоским для такой большой и пафосной темы: весь мир в нем черно-белый, плохие нигерийцы и благородные биафрийцы, обилие штампов и лозунгов, в том числе в репликах героев. Сами герои словно с наклеенными ярлычками: Кайнене – деловая и резкая, Оланна – красивая и добрая, Оденигбо – умный и благородный, и нет за этими ярлычками никакого двойного дна и глубины. Темп романа тоже получился не совсем ровный: повествование то тянется, то несется вперед, нам могут на двух страницах рассказывать, как герой идет в гости, и рассказ вроде не окончен, но в следующем абзаце уже прошел месяц и происходят вещи, никак не связанные с предыдущим рассказом. Короче, вывод такой. Если любите читать художку о разных странах, этот роман попробовать можно. В конце концов, он входил во всякие там топы и завоевывал призы. Читается быстро. Опять же, проблематику поднимает важную. Но вот стала бы я его дочитывать, если бы не книжный клуб? Не уверена.
1180 

19.12.2020 16:13

Петер Хандке “Страх вратаря перед одиннадцатиметровым” (1970) Иногда я хожу в...
Петер Хандке “Страх вратаря перед одиннадцатиметровым” (1970) Иногда я хожу в книжный в состоянии “впарьте мне что-нибудь”. В тот вечер, когда у меня появился “Страх вратаря…”, я спросил консультанта: - А есть что-нибудь по жести прям? Типа Берроуза, Айлетта, Сиратори. В следующий момент мне принесли целую кипу книг Жуандо и др. про однополую любовь и умышленное заражение венерическими заболеваниями. Я извинился, что криво описал задачу, хотя это выглядело как “один мой друг”. Благо в магазине где я затариваюсь, работают умнейшие люди и совершеннейшие котяшки. После сомнительных понтов, что уже читал примерно все, я завладел книжкой и ушел в закат. Прочитав первое предложение “Вратаря”, я сразу понял, что уже видел такой стилёк: “Монтеру Йозефу Блоху, в прошлом известному вратарю, когда он в обед явился на работу, объявили, что он уволен”. Знаете, кто еще создавал завязку в одно предложение?! Кафка! “По-видимому, кто-то написал на Йозефа К. донос, поскольку однажды утром он был арестован, хотя ничего противозаконного не совершил”, - так начинается роман “Процесс” и игра “найди австрияка”. В общем, если вам нравится Кафка - Хандке однозначно ваш выбор. Остальной текст для тех, кто хочет узнать, насколько глубока кроличья нора. Исследователи относят произведение к авангарду, но у меня тут ряд вопросов, потому что Хандке в этой книге не делает ничего нового. Достоевский уже придумал подпольного человека и экзистенциализм задолго до Сартра. Кафка придумал флоу, когда слова бьют в голову, как капли с потолка в испытаниях снайперов. Камю в романе “Посторонний” докрутил тему преступления и наказания. Кажется, что Хандке это такой Такседо Маск, который врывается после драки и говорит, что справедливость восстановлена, на этом его работа здесь окончена. “Страх вратаря...” ничего нового не предлагает и это должно звучать критикой, но что если Хандке был интересен даже не бракованный вратарь, а вот это неуловимое ощущение, когда игрок уже ударил по мячу, а вратарь еще не понимает, в какой угол прыгать. Йозеф Блох очевидно болен, но он пытается стать полевым игроком, тогда как герои Кафки на правах самых толстых соглашаются встать на ворота. Возможно, Хандке выбрал чужой язык, чтобы показать, что не боится выездных матчей и легко забивает даже на поле соперника. На мой взгляд, автору не хватило зубов, чтобы вырвать очко у Кафки))00). Да, Хандке удалось показать другого героя, но весь его жест сводится к тому, что он вклеил карточку с Марадоной в “Зенит”. 7 из 10
1196 

27.02.2020 08:00

Ивлин Во “Мерзкая плоть” (1930) До романа “Мерзкая плоть” я вообще не был...
Ивлин Во “Мерзкая плоть” (1930) До романа “Мерзкая плоть” я вообще не был знаком с творчеством Во. Автора мне посоветовали, книгу выбрал по названию. Но между началом и концом романа произошло одно событие, которое помогло мне понять, что к чему в этой книге. Я случайно увидел в твиттере скрин из какого-то нового фильма с Алексеем Подольским. Он редко снимается, но сыграл в паре лент, которые я очень люблю (Пыль, Шапито-шоу). Глядя на его фильмографию, я ностальгически ткнул в Generation П, а потом случайно посмотрел целиком уже в 3 раз. К Пелевину мы еще вернемся, теперь про книгу Во. “Мерзкая плоть” начинается очень хаотично. Во накидывает реплики героев как ингредиенты в тот самый плов из детской считалочки. Все они плывут на корабле в Англию. Кого-то тошнит, кто-то заигрывает с кавалерами. Невозможно понять, за кем стоит следить, а кто нужен для массовки - героев много и они крайне болтливы, да еще ангелы эти. Впрочем, это относительно быстро заканчивается и понемногу начинает проступать более традиционная форма. Во показывает, что такое Англия после Великой войны, а мы знаем, что будет еще и Вторая, отчего персонажи становятся похожи на бабочек, которым недолго осталось. Люди не могут надышаться жизнью, поэтому стараются успеть везде - от этого часто выглядят смешно и глупо. Это пир после чумы, когда все свято уверены, что она не вернется. Тем не менее, портретные зарисовки Во остаются сатирическими и не переходят на поле сарказма, поэтому сейчас книга может показаться несколько беззубой. Что такое “мерзкая плоть”? В Generation П была такая история про 30 птиц, которые должны были найти царя птиц - Симурга. Пройдя множество испытаний, 30 птиц узнали, что слово “Симург” и означает 30 птиц. Примерно за этим, как мне кажется, Во нужно было столько героев. У него нет цели раскрывать персонажей и находить в их детстве какой-то травмирующий опыт, чтобы объяснить, почему они такие. Ему было нужно целое полотно, на котором каждый, если не Дориан Грей, то Александра. 7 из 10
1230 

08.05.2020 10:19

Виктор Пелевин “Непобедимое солнце (2020) Я очень долго выпендривался тем, что...
Виктор Пелевин “Непобедимое солнце (2020) Я очень долго выпендривался тем, что читал всего Пелевина, но в прошлом году сломался и не осилил “Искусство легких касаний”. Больше всего меня почему-то обозлила обложка книги: как будто дизайнеру передалась авторская лень, и он по-быстрому слепил ее из того, что было. В этом году я также не планировал читать новую книгу Пелевина. Даже надеялся обрушить бюджет писателя этим маневром, но вдруг заметил на улице группу подростков, играющих в “покажи, где солнце” и решил, что жирнее знака быть не может. Примерно по такому же принципу в этой книге работает все. Пелевин ведет повествование от лица девушки Саши, которой батя дал денег на “путешествие мечты”. Саша вспоминает, что однажды ее уже учили читать знаки, но рекомендовали отложить это умение до лучших времен и помалкивать об этом в резюме. Лучшие времена наступили, знаки повели девушку в Турцию на олл-инклюзив в поисках Истины. Пока длился сетап истории, Саша острила по поводу “после каждых двух парней стоит заводить отношения с девушкой на полгода для психологического здоровья” было достаточно весело. Пелевин как бы говорил: “Девчонки, смотрите сюда, я крутой и современный профеминист, йоу-йоу, пейджер, MTV, дискета, мальчишки такие козлы, правильно?!”. Немного обнадеживало упоминание Че Гевары и те самые вопросы из Generation П про веру хоть во что-нибудь. Здесь обнаруживается главная проблема книги. Мне как читателю уже не верится, что Пелевин напишет что-то по-настоящему новое, что заденет меня за живое. Поэтому хочется хотя бы продолжений того, что у него получалось отлично. История “Непобедимого солнца” вполне могла бы стать триквелом Empire V, но Пелевин решил копать в другом направлении. Первый раз мне захотелось бросить на фразе: «Мы действительно духовные дети твиттера и нетфликса. “Ну а чьи дети твиттер и нетфликс, сосчитать несложно” — сказал в моей голове хмурый бас, и я засмеялась. Даже сосчитала буквы — если с пробелами, “твиттер и нетфликс” дает ровно 18. Три раза по шесть. Мемасик про число зверя...». Такая семиотика не снилась даже Сергею Дружко, когда он предлагал соединить на карте города Ростов, Таганрог, Шахты — и получился бы треугольник. Впереди было еще 640 страниц вот этого. В том же твиттере как-то был флешмоб, когда пользователи неинтересно пересказывали фильмы и книги по типу “Несовершеннолетняя разносчица еды в ярком головном уборе оказывается объектом своей доставки”. Если пытаться пересказывать “Непобедимое солнце” интересно и неинтересно — это будет одна и та же история. Книга очень давит обилием диалогов, в которых переливается один и тот же смысл, который постарались наглядно показать еще братья Вачовски в “Матрице”, но даже Пелевин уже пересказывал “Матрицу” в “Айфак 10”. Автор давно решил, что пересказ новостей выдуманными героями — это художественная литература, поэтому здесь без сюрпризов, все на своих местах. Да, отсылки к прошлым работам по-прежнему вызывают улыбку, но их приходится просеивать все тщательнее. То есть мне в целом нравятся яркие моменты, когда герой говорит о собственной смерти, как о полете комара на родное болото, потому что я сразу думаю про “Жизнь насекомых” и про комаров из “Бэтман Аполло”, но тепло от этого света не становится. Если у вас есть возможность — не читайте из 10
1211 

28.08.2020 20:05

​​О ценностях и трендах

Литература — не тот вид искусства, который обязан...
​​О ценностях и трендах Литература — не тот вид искусства, который обязан...
​​О ценностях и трендах Литература — не тот вид искусства, который обязан поспевать за трендами. Даже если автор создаёт произведение согласно сегодняшней повестке, то за этой маской всё равно должны скрываться вечные, незыблемые ценности. На первом плане пандемия коронавируса? Пусть так, но за ним должны быть понятные читателю проблемы: семейные ценности, борьба за жизнь, любовь, поддержка, разрушение или созидание внутреннего мира персонажа. Художественная литература должна не просто говорить о проблеме, но и изучать её влияние не только на людей, но и на их мир. За проблемой войны всегда стоит желание жить, за историей о наркотиках — разрушенные судьбы и попытка героев измениться к лучшему, за домашним насилием — проблематика семейных ценностей. Но всё это не будет интересным, если не окунуть читателя в мир героя, переживающего лишения на своей шкуре. Нельзя показывать проблему отстранённо. Издалека мы видим лишь вершину айсберга. Этим пользуются умелые журналисты. Когда задача стоит не заострять внимание, мы увидим статистические цифры и сухие тезисы ответственного политика: «В регионе 13 процентов населения проживает в аварийных домах». Если же им нужно показать проблему, они беседуют с семьёй, пережившей описанную ситуацию и таким образом говорят с читателем/зрителем с помощью эмоций: «Иван Иваныч с соседями уже 7 лет пытаются бороться с местной властью, которая не желает переселять их из аварийного дома». Вот он Иван Иваныч, вот его соседи, вот представитель администрации. Мысль подвластна контролю, а чувства — стихийны. Если хотим произвести на читателя впечатление, говорим с ним на языке эмоций. МыслиВслух https://telegra.ph/file/7608da9f740447294d8f3.jpg
1225 

25.12.2020 09:17

В общем, я слабак и баба и «Человека у руля» дочитать не могла. Рассуждала...
В общем, я слабак и баба и «Человека у руля» дочитать не могла. Рассуждала так: если в конце этой изматывающей истории будет happy and, это будет слишком уж сказочно. А если не будет, то вообще какой смысл себя мучить этим накануне Нового года? По трагичности своей эта книга не уступает «Щеглу» Донны Тартт, где мальчишки выживают сами по себе, ненужные отцам. Только здесь малышей трое, они стойко наблюдают как их одинокая мать спивается и пишет пьесы о своей жизни. Поэтому вынуждены заботиться и о себе и о ней: стирают, готовят, ездят на поезде в Лондон за антидепрессантами и периодически подыскивают ей «человека у руля», с которым она займётся сексом и станет хоть немного счастливее. Короче я не верила, что у такой истории может быть счастливый конец. Поэтому прочитала последнюю страницу. Обойдусь без спойлера, но наверное так и должно было закончиться. Ни хорошо, ни плохо. Обыденно и прозаично. Я не жалею, что прочитала половину и правильно сделала, что бросила. Однако если хотите испытать всю гамму переживаний брошеных детей, то конечно читайте. Автор даже юмора пытался добавить. Горького такого....
1201 

18.12.2020 16:24


Меня попросили посоветовать, что читать ребёнку 13 лет. У меня есть только...
Меня попросили посоветовать, что читать ребёнку 13 лет. У меня есть только 12-ти летний, и он очень не любит читать! Но в этом году прочитал целых 3,5 книги, практически без давления с моей стороны и этим опытом я считаю можно поделиться. Первая в его жизни самостоятельно прочитанная книга это «Артемис Фаул» Йон Колфер. Книг целая серия, а в этом году Дисней выпустил экранизацию, но почему то до России показ не дошёл. А ещё всю серию недавно переиздали и обложки очень, очень крутые. В следующем посте покажу. Дальше по моему совету он стал читать «Призванных» https://t.me/bookoracle/2182 Вторую не смог... как выразился: какая хорошая книга (в отличии от «Вторжения https://t.me/bookoracle/2188)... «Про Бабаку Косточкину», никаких проблем, только говорящая собака! ... и быстро прочитал ее всю. Сейчас опять же по моему совету читает «Девочку с медвежьим сердцем» https://t.me/bookoracle/1691 Медленнее, чем Артемиса, (эта книга все же остаётся лидером), пугается всей этой эзотерики, но читает. Кстати, когда устаёт от современного young adult достаёт «уютную» Агату Кристи в мягкой обложке и тоже с удовольствием читает. https://t.me/bookoracle/2182
1187 

20.12.2020 10:18

​​Пиши о том, что знаешь

Часто вижу, как псевдо писатели в своих блогах и...
​​Пиши о том, что знаешь Часто вижу, как псевдо писатели в своих блогах и...
​​Пиши о том, что знаешь Часто вижу, как псевдо писатели в своих блогах и статьях повторяют эту фразу. «Пишите о том, что вы знаете. Если вы родились в горах, то не дано вам писать о море» Хочется сразу посмеяться над этими «учителями» и «наставниками», что навешивают свои стереотипы другим. И сегодня мы раз и навсегда развеем этот агрессивный миф, что ограничивает нас в творчестве. Не слушай тех, кто ограничивает и диктует правила в писательстве Никто не имеет права указывать тебе, о чем писать. Тем более, о чем писать нельзя. Это может быть твоя мама, коуч на писательском марафоне или Стивен Кинг, неважно. Если они осмелились запретить тебе писать о чем-то, или же выразили сомнение в том, что тема адекватная и стоящая — не слушай их. Только ты решаешь, о чем будет твоя книга или статья. Пиши на любую тему Все ограничения для писателей просто смешны. Если мы «должны писать о том, что знаем и где бывали», появились бы на свет сотни и тысячи книг, автора которых родились в одном веке, а писали о другом? Появились бы исторические книги, автора которых не присутствовали при тех событиях, однако же смогли описать их подробнее, чем очевидцы? Тебе не обязательно съездить в Нью-Йорк, чтобы хорошо написать о нем. Ключ к успеху — в приложенных стараниях. Я искренне верю — человек, что загорелся идеей, может написать обо всем. Да, он будет долго изучать материалы и забрасывать Гугл поисковыми запросами, но в итоге он напишет свою книгу. Пиши о том, что отзывается в сердце Если бы и были в писательстве правила, то это стало бы единственным истинным. Пиши о том, что любишь. Только так ты сможешь вложить в книгу частицу своей души. Если тебе нравится средневековый Лондон или футуристическая Япония, никто не имеет права запретить тебе писать о них. Ты можешь писать об убийствах, даже если никогда не был их свидетелем, можешь писать об эльфах, хоть никогда не поил их чаем в гостиной. Ведь, в конце концов, на кой черт нам дана фантазия? MeWrite https://telegra.ph/file/cd51a5fa95436501d31d0.jpg
1190 

23.07.2020 19:01

​​Писательские приемы: Сравнение

Когда слышишь фразу «литературные приемы»...
​​Писательские приемы: Сравнение Когда слышишь фразу «литературные приемы»...
​​Писательские приемы: Сравнение Когда слышишь фразу «литературные приемы», сразу накатывают воспоминания про школу, занудные уроки литературы и языка, кучу непонятных терминов, которые хрен различишь. И много лет спустя, когда сам признаешься себе, что хочешь быть писателем, рано или поздно приходится-таки познакомиться с этими непонятными терминами. Каждый из нас использует литературные приемы, даже если не знает их названий и никогда не учился их употреблять. Мы перенимаем их из других книг, достаем из глубин фантазии, примеряем к своим героям и историям. Они, в свою очередь, делают текст текучим, живым, наделяют его голосом, формой и цветом. И если знать эти приемы в лицо, то применять их будет в разы проще. Сегодня мы поговорим про сравнения. Их легко распознать — чаще всего сравнения употребляются с союзами «как», «будто», «словно». Есть и косвенная форма, когда сравнение узнается лишь из контекста. Суть сравнения в том, чтобы сопоставить по своей природе разные, но похожие в отдельных деталях вещи. В результате, сравнение дает читателю возможность ярче представить предмет, который ты описываешь. Оно создает стойкие ассоциации, особенно, если употреблять сравнение в описании героев. Проще понять это на примерах. Простое сравнение: «Когда она качала головой, ее волосы шевелились, как тени от ветвей» «Мелодия тянулась, точно поцелуй» «Они не столько вспыхивали, сколько трепетали и подергивались, как крыло умирающей птицы» Косвенное сравнение: «Его доспех вспышкой мелькал меж тенями врагов» «Щеки мальчишки горели пламенем — никакая вода не потушит» «Она взглянула на меня побитой собакой, ожидая оскорблений, или, хуже того, побоев» Примеры показывают, насколько богаче становится образ, если добавить к нему яркое сравнение. Но в сравнениях скрыты подводные камни. Многие из них уже стали штампами, которые бесят, вместо того, чтобы обогащать образы: голодный как волк, голубой словно небо, храбрый как лев, могучий как дуб. Если все таки хочется использовать их, то у меня на такие случаи есть совет. Можно взять заезженное сравнение и переделать его на лад своей истории. Ничего не мешает тебе сравнить голубой с цветом воды в подземных источниках; храбрость с отвагой матери, защищающей свое дитя; голод с назойливым насекомым, что с каждой секундой гудит над ухом все громче. Как всегда, вопрос только в фантазии. А ты часто используешь сравнения в своей истории? MeWrite https://telegra.ph/file/bb4430ecf5b5104d4e19f.jpg
1182 

08.10.2020 16:01

Александр Сергеевич Пушкин – основоположник русского реализма. Впервые в...
Александр Сергеевич Пушкин – основоположник русского реализма. Впервые в отечественной литературе он привлекает внимание читателей к психологии героев, исследуя причины формирования того или иного характера, влияния среды и семьи на личность. Пушкин положил начало традиции изображения человека в обществе и взаимодействии с этим обществом. Именно он открыл нам типического, как указал В.Г. Белинский, человека – вроде бы обычного, наделённого не исключительными, а узнаваемыми чертами. Однако мастерство писателя позволило эти типичные характеры сделать выдающимися, интересными читателю. Это касается и Евгения Онегина – Д.Писарев, например, не разглядел в нём глубины, назвав просто-напросто митрофанушкой, одетым по последней моде. Что же это за характер такой, что на современники, ни потомки не смогли разгадать его, а очередная попытка проанализировать открывает всё новые и новые грани и возможности трактовки? То же самое можно сказать и о других героях Пушкина: Татьяне, Дубровском, Пугачёве и прочих. Автор не дал нам универсального подхода, позволяющего дать этим персонажам однозначную оценку. Более того, Пушкин сам развивал концепцию, согласно которой нельзя прямолинейно оценивать те или иные поступки. Вспомним, к примеру, его неоконченный (к сожалению) роман «Рославлев» - попытку поспорить с Загоскиным и изобразить более выпуклые, сложные и жизнеспособные персонажи, нежели те, что действовали в оригинальном «Рославлеве». И всё же мне представляется возможным выделить пушкинского героя, который мне интересен и симпатичен более прочих и которому, на мой взгляд, можно поставить высочайшую нравственную оценку при любом подходе. Это протагонист исторического романа «Капитанская дочка» Пётр Гринёв. По выходе романа, что закономерно, критики и читатели не были единодушны в восприятии этого образа. «Это самый заурядный помещичий сынок 18-го века, не особенно далекий, не Бог весть как образованный, отличающийся всего на всего доброю душою и нежным сердцем», - такое мнение о Гринёве высказал А.М. Скабичевский. Беспощадный Белинский и вовсе отмечал «ничтожный, бесчувственный характер героя повести и его возлюбленной Марьи Ивановны», указывая на это как на недостаток произведения. Гораздо больше внимания современники уделили Савельичу, Пугачёву и даже Швабрину (в котором, по выражению Одоевского, есть «много нравственно-чудесного»). Характер же Гринёва показался плоским, одномерным, прямолинейным. Но разве может быть такое, чтобы Пушкин просто-напросто не сумел изобразить сложного характера? Мы привыкли, что сложен Пугачёв, неоднозначен образ Екатерины, а Гринёв, Маша, Швабрин – это картонажи, которые воплощают собой добродетели либо пороки. Это могло быть в XVIII веке, но никак не у Пушкина. https://t.me/vkracii/401
1176 

22.09.2020 23:00

​​Прежде всего, конечно, следует помнить, что «Капитанская дочка» не только...
​​Прежде всего, конечно, следует помнить, что «Капитанская дочка» не только...
​​Прежде всего, конечно, следует помнить, что «Капитанская дочка» не только исторический роман, но и роман воспитания. Из мальчишки, больше всего на свете интересующего голубями, Пётр Гринёв за несколько месяцев превращается во взрослого мужчину. Его опыт – тот же опыт Ивана из «Иванова детства» Тарковского или Флёры из «Иди и смотри» Элема Климова. Нас не должно обманывать отсутствие натурализма при описании жестоких военных сцен: Пётр Гринёв видел смерть, и именно это заставило его повзрослеть. Пушкин проводит героя сквозь ад: война, убийство близких, выбор между честью и жизнью, похищение невесты, судебный приговор. Концентрация ужасных событий такова, что через них невозможно пройти, не изменившись. Взросление Петра обусловлено событиями ненормальными, неестественными для человека. Именно этим объясняется разница между честным, но наивным и капризным (сцены с Савельичем!) мальчишкой в начале романа - и взрослым, знающим утрату и смерть мужчиной в конце. «…герои и героини Пушкина (Евгений Онегин, Татьяна Ларина, Петруша Гринев, Маша Миронова и др.) предстают перед нами в конце произведения совсем другими, нежели в начале. И в «КД» занимают важное место вопросы развития и изменения человека в связи с законами движения времени, действия общих и неотвратимых законов жизни», - пишет канд.филол.наук Сим Джи Ен в своей работе «Повесть А.С. Пушкина «"Капитанская дочка": движение истории и развитие характеров». Чтобы постичь глубину характера Гринёва (как и остальных), нужно вглядываться в текст и между строчками текста. Намеренно лаконичное повествование даёт читателю возможность самому разгадывать загадку «Капитанской дочки». «Психологическое исследование писателя во многом базируется на рационально-эмоциональных проявлениях героев в определенных ситуациях, которые бесконечно богаче протокольных записей Гринева-рассказчика, - пишет Е.Ф. Манаенкова в статье «Торжество сердечности в романе «Капитанская дочка». - Ценностные авторские критерии в пушкинском произведении выражаются не в прямой оценке, а в выделении мотивов с той или иной (рациональной или эмоциональной) доминантой». Как отмечает канд.филол.наук Т.П. Баталова в статье «"Капитанская дочка" А.С. Пушкина: семантика заглавия», имя Гринёва – Пётр Андреевич – также служит средством характеристики персонажа, создавая у читателя к библейские ассоциации. При этом в романе есть и второй «Пётр» – это Пугачёв, выдающий себя за императора. «Истинный», «библейский» Пётр и Пётр-самозванец противопоставлены друг другу: это один из любимых Пушкиным зеркальных приёмов. Сим Джи Ен полагает, что Пушкин использует «сказочный образ Иванушки-дурачка» для изображения своего персонажа: везучего, доброго, руководствующего в своих действиях понятиями о том, как «должно» и как «не должно». Именно нравственное начало позволяет Гринёву (и Маше Мироновой тоже) развиваться и меняться. Отсутствует же оно, например, у Швабрина – и он не способен измениться. Пётр Гринёв – это торжество духа над любыми реальными обстоятельствами, и, безусловно, один из недооценённых современниками автора и интереснейших для изучения характеров. https://telegra.ph/file/3884d8b9ebc5c9f5a2c7a.jpg
1180 

22.09.2020 23:01

В очень внятной книжке Мэгги Лэйн Jane Austen and Food, которую я сейчас читаю...
В очень внятной книжке Мэгги Лэйн Jane Austen and Food, которую я сейчас читаю, как-то очень наглядно показано, насколько смысл и контекст старых романов ускользает от нас против нашей воли, потому что он прячется в таких деталях, на которые можно даже не обратить внимания. Например, в «Гордости и предубеждении» Лиззи, получив утром во время завтрака письмо от сестры о том, что она заболела и вынуждена остаться в Незерфилде, идет пешком ее навестить. В Лонгборне она уже успела одеться, позавтракать, поспорить с матерью, дождаться, пока соберутся сестры, которые решили пройтись с ней до Меритона, но когда Лиззи приходит в Незерфилд, то тамошнее общество только садится завтракать – и в этой маленькой детали кроется огромное различие между социальным положением двух семей и столичностью/провинциальностью. Беннеты завтракают рано (ранний завтрак - это 9, а здесь скорее всего, 8.30 утра), а Бингли и Дарси садятся есть, когда уже за 10, потому что так было заведено среди высшего общества. То же самое – со временем обеда. Семьи победнее обедали в 3-4 часа дня, чтобы слуги могли приготовить еду при свете дня и не тратить понапрасну свечи, а те, кто мог себе позволить потратиться на свечи, садились обедать довольно поздно – в 6, а то и в 7 вечера. (Предлагать, например, гостям ужин через несколько часов после обеда считалось моветоном, исключение – бал, где ужин, скажем, в час ночи считался обязательной частью бала. Миссис Беннет в книге как раз конфузится, предлагая Дарси и Бингли отужинать после пышного обеда.) Иными словами, чем более распорядок дня был ориентирован на световой день, тем более бедной (старомодной, провинциальной, etc) считалась (или была ей в самом деле) семья. Мисс Бингли была бы порядком шокирована, узнай она, что мир в итоге все-таки достался жаворонкам.
1182 

15.10.2020 13:04


​​Однажды один небогатый петербургский чиновник возжелал иметь ружьё — вещь...
​​Однажды один небогатый петербургский чиновник возжелал иметь ружьё — вещь...
​​Однажды один небогатый петербургский чиновник возжелал иметь ружьё — вещь дорогую, предмет роскоши. Жалованье не позволяло ему просто отправиться в магазин и выбрать там подходящее. Тогда он начал копить, во всем себе отказывая. И путём жёсткой экономии насобирал на вожделенное приобретение. Счастье было недолгим. На первой же охоте чиновник благополучно утопил ружьё в болоте и так расстроился, что натурально слёг и чуть не умер. Чтобы отсрочить смерть сослуживца до положенного по возрасту срока, коллеги собрали бедняге денег на новое ружьё. Этот анекдот, услышанный Николаем Гоголем и обработанный согласно замыслу, лёг в основу повести «Шинель». В ХХ веке американский писатель Пол Гэллико создаёт свою версию «Шинели» — на женский лад. Лондонская уборщица, немолодая вдова миссис Харрис живет спокойной и размеренной жизнью, вполне довольная собой и окружающим миром. Пока в гардеробе одной из своих клиенток не видит два совершенно невообразимых платья. «Одно было осколком рая из шёлка цвета слоновой кости и кремового, с кружевами прозрачного шифона; второе — застывшим взрывом, созданным из гладкого алого шёлка и того же цвета тафты, и его украшали пышные алые банты и не менее пышный красный искусственный цветок». После этого миссис Харрис понимает: в жизни ей необходимо получить такое платье — от самого Диора! «Миссис Харрис была далеко не глупа. Ни на миг ей не пришла в голову мысль о возможности носить такое платье. Что-что, а свое место она знала. Место это она блюла, и горе тому, кто бы на него покусился. Всё, чего она хотела — это обладание; чисто женское желание иметь платье, повесить его в своем шкафу, знать, что оно висит там, пока её нет дома, а вернувшись, открыть дверцу шкафа и увидеть платье, ожидающее хозяйку. Словно все, чего ей не пришлось увидеть в жизни из-за рождения в её классе и жизни в бедности, могло быть восполнено обладанием этим великолепным образцом женского убранства». И миссис Харрис устремляется к цели — именно тем же путём, что и бедный наш гоголевский Акакий Акакиевич Башмачкин из «Шинели». «Она обходилась теперь без курения, хотя сигаретка-другая частенько скрашивала её дни. И без джина. Ходила пешком, а не ездила на автобусе или подземке; а когда в туфлях появились дыры, она подложила в них сложенную газету. Отказалась от своих любимых вечерних газет и добывала новости и сплетни из мусорных корзин клиентов днем позже. Экономила на еде и одежде. Экономия на пище могла бы даже повредить её здоровью, если бы не американка миссис Шрайбер. Миссис Харрис убиралась у неё обычно в обеденное время, и миссис Шрайбер угощала уборщицу, предлагая ей, например, яичницу или какую-нибудь холодную закуску из холодильника. Теперь она не отказывалась от этого угощения». «Цветы для миссис Харрис» — легкая и милая американская проза 50-х годов, и в ней не может быть (и не нужно) такого надрыва, как в «Шинели». И все закончится хорошо. То, что у Гоголя оборачивается ужасом одиночества, холодным ветром петербургских улиц, для миссис Харрис будет примером человеческой доброты. И спорим, что вы всплакнёте в финале) https://telegra.ph/file/22e6d512efa80b28981cf.jpg
1207 

26.11.2020 11:13

​​Читаете ли вы книги на вечеринках?
Клуб, музыка, танцы, курилка, а вы...
​​Читаете ли вы книги на вечеринках? Клуб, музыка, танцы, курилка, а вы...
​​Читаете ли вы книги на вечеринках? Клуб, музыка, танцы, курилка, а вы тихонько устроились с книжкой где-нибудь за колонкой. Или в гостях делаете вид, что лазите в соцсетях, как все нормальные люди, а сами читаете Золя? У автора «Вкраций» вот-вот случится свадьба. И вот именно сегодня пришло осознание того, что на собственной свадьбе нельзя будет сесть в углу с бутербродом и каким-нибудь Флобером. Ну как нельзя? Можно! Нужно просто выбрать подходящую книжку. Понятно, что она должна состоять из небольших частей (чтобы успеть по-быстрому проглотить), иметь динамичный сюжет и не быть заумной (нам не до вчитывания). Итак, «Вкрации» предлагают 3 книги, которые можно по-быстрому прочесть на вечеринке 1. Кристина Бурнашова. Сказки про грушу Философские, ироничные и пронзительные сказки-крошки. Груша — современная городская жительница, окружённая друзьями, неудачными романами и философскими проблемами. То ли Бриджит Джонс, то ли я сама, то ли любая из нас. Очень люблю это. «В лесу ярко светило солнце. Гриб подумал, что это хорошая погода для поездки в город. Он собрал свои пожитки в мешочек и сел в тележку. — Вези меня, тележка, вези! — закричал он, с удовольствием усевшись на старые тряпки. Тележка не ехала. Гриб удивился, но виду не подал. «Наверное, место неудачное». Он перекатил тележку на полянку. — Катись! — задорно завопил он так, что птицы с ужасом взвились в небо. — Что ты орешь? — сердито спросил проходивший мимо Пенёк. — Да вот, — отчаянно махнул рукой Гриб. — Не едет! Друг внимательно всё осмотрел и облегченно рассмеялся: — А пешком не пробовал? Гриб растерялся и по-детски испуганно потер кулачками глаза. — Дороги не знаю, — и немного помедлив, признался: — Да и боюсь. Пенёк, не отрываясь, смотрел на него, не зная, что ответить, а Гриб поправил тележку и с вызовом добавил. — Но поеду. «Я сейчас треснусь», — почувствовал Пенёк. В груди его что-то нарастало. Он развернулся и побежал что есть силы, а Гриб растерянно смотрел ему вслед, и глаза его блестели, как океан». 2. Сью Таунсенд. Дневники Адриана Моуэла Дневник подростка — смешной, грустный, полный планов, самоуверенности и самоуничижения. И, что немаловажно, состоящий из коротеньких заметок. «Выходной день в Англии, Ирландии, Шотландии и Уэльсе. Я твердо решил в Новом году: Переводить слепых через дорогу. Вешать брюки на место. Вкладывать диски обратно в чехлы. Ласково обращаться с собакой. Быть добрым к бедным и невежественным. Не выдавливать больше прыщи. Не начинать курить. Наслушавшись вчера отвратительных звуков из гостиной, я также поклялся не прикасаться к алкоголю. На вчерашней вечеринке папа напоил пса шерри-бренди. Прознай об этом Королевское общество защиты животных от жестокого обращения, тут бы папаша и спекся. С рождества уже восемь дней, а мама так и не надела ни разу зеленый с люрексом фартук, который я ей подарил. В следующий раз подарю ей ванные принадлежности. Везет мне как утопленнику! Первый день нового года, а на подбородке вылез прыщ!» 3. Тоон Теллеген. Две старые старушки Две старые старушки — героини каждой из микроновелл нидерландского писателя Теллегена. В каждой новелле почти ничего не происходит: просто одна старушка что-то сказала другой. И так это всегда хорошо и больно. Может, и не совсем для вечеринки книга. «Две старушки жили в тесной тёмной каморке под крышей. Они очень любили друг друга, но в то же время на душе у них было неспокойно. В сущности, думали они, эта комната достаточно просторна для одной из нас, но никак не для обеих. Эта мысль становилась все настойчивей, преследовала их день и ночь, и вот как-то утром одна старушка заявила: — Какая бы там наша любовь ни была, а дальше так продолжаться не может. Кто-то из нас должен уйти. — Да! — согласилась вторая старушка. — Давай я уйду. — Нет-нет, — возразила первая старушка. — Я вовсе не это имела в виду. Я сама уйду. Друг для друга они были готовы на всё». Читаете иногда на вечеринках? https://telegra.ph/file/a83eb459c8b0021f6c43f.jpg
1200 

09.12.2020 17:13

Я тот самый единственный человек, которому очень понравился новый Пелевин.
Я тот самый единственный человек, которому очень понравился новый Пелевин. «Непобедимое солнце» - это трогательный бумерский роман, в котором Пелевин уже не пытается казаться стильным-модным-молодежным. В «Непобедимом солнце» все дышит уютным прошлым. Випасана, «креативный класс», гламур - и много других маркеров той прекрасной эпохи, которой давно пришел конец. И слава богу, искренне скажу я, что книга не про коронавирус и не про борьбу с глобальным потеплением. Слава богу, правда, потому что это был бы очередной испанский стыд и пошловатая актуалочка. Во-вторых, Пелевин сделал свой квантовый, так сказать, скачок. Главная героиня - женщина, и она ок. Но это ладно. Это я только подбираюсь к главному. К тому, что меня по-настоящему тронуло. Духовный поиск, который мы уже в конце нулевых презрительно называли «духовка», отдав ему перед этим должное на многочисленных ретритах - это НЕВЕРОЯТНО устаревшая тема. Сейчас это абсолютно немодно. Этого нарратива просто нет. Никто не задает себе, а тем более вслух, вопрос «о главной тайне мира». И вот в 2020 году человек спокойно пишет об этом книгу. Еще и переносит половину действия в древний Рим. Волхвы поговорить приходят. То есть это настолько охренительно несовременно - проблематика 70-х в эстетике нулевых - настолько бессмысленно и никому не нужно, что уже прекрасно. Ну, как играть со своим любовником в постели в ролевую игру, где он римский император, а ты богиня Луны. Не каждый вслух признается, что такое любит! Но вообще-то прикольно.
1196 

01.09.2020 17:02

Прочитала последний роман ле Карре «Agent running in the field». Ужасно горькая...
Прочитала последний роман ле Карре «Agent running in the field». Ужасно горькая...
Прочитала последний роман ле Карре «Agent running in the field». Ужасно горькая книжка, хотя кто бы удивился - ле Карре в принципе никогда не описывал мир как хорошее место. Он всю жизнь писал о холодной войне и ее последствиях. Преимущественно о поломанных человеческих судьбах. Ну и о том, во что превращаются сотрудники спецслужб лет через двадцать своей замечательной деятельности. Не знаю, как перевести название. Это не «Полевой агент», а скорее «Управление агентами в поле», потому что главный герой именно этим и занимался всю жизнь - нянчил и лелеял агентов. Но впрочем я уверена, что русский перевод будет как-то поизящнее. Есть человек, и у него есть идеалы. Если бы он ограничился болтовнёй про идеалы за пивом, у него бы все было хорошо. Но он зачем-то решил действовать в соответствии с ними. А это худшая на свете идея, если ты при этом сотрудник спецслужбы. Ну только если не найдутся такие же самоубийственно настроенные идиоты, которые полезут тебя выручать.
1180 

27.12.2020 17:20

Сегодняшняя книжка настоящее сокровище и украшение всех вишлистов на ближайшие...
Сегодняшняя книжка настоящее сокровище и украшение всех вишлистов на ближайшие несколько лет. «Йога. Дыши, тянись, живи» — это прекрасно иллюстрированное, максимально понятное, очень бережное и дружелюбное руководство, как добавить йогу в вашу жизнь. В книге несколько разделов. Библиотека асан — это все позы: стоя, сидя, лежа, балансы стоя, на руках, прогибы назад, перевернутые и восстанавливающие. Небольшие практики — тут про внимательность и присутствие в моменте, про перезагрузку например посреди рабочего дня или стрессовым утром. Расслабляющий массаж лица или десять минут шавасаны, да даже перерыв на то, чтобы внимательно помыть посуду, обращая внимание на движение, на то, как льется вода. Виньясы — комплексы поз, плавно перетекающие одна в другую: два вида приветствия солнцу и одно — луне. Комплексы асан для разных случаев: бодрого утра, медленная йога для тренировки осознанности, для здоровья кишечника, спасительно-восстановительный комплекс очень мягких движений, когда нет сил. Дыхательные техники и варианты восстановления после практики.
1161 

29.12.2020 03:05

​​«ВИЧ-положительная» Кэмрин Гарретт 
Popcorn Books, перевод Лены...
​​«ВИЧ-положительная» Кэмрин Гарретт Popcorn Books, перевод Лены...
​​«ВИЧ-положительная» Кэмрин Гарретт Popcorn Books, перевод Лены Рейер Подростковый роман Кэмрин Гарретт как будто из раздела фэнтези: такой в нем калейдоскоп идентичностей, что первое время даже не верится, что так бывает. Так и правда бывает редко, в основном принято быть понятным, а если хоть чем-то отличаешься - спокойной жизни не жди, все будут пытаться уличить тебя в испорченности, игре на публику или какая там версия сейчас в тренде? Здесь этап осуждения чужих сексуальных предпочтений пройден, но зато до сих пор существует допотопный страх перед вирусом иммунодефицита человека. 17-летняя Симона живет вместе с двумя отцами, режиссирует школьный мюзикл, а ещё у неё ВИЧ. Впервые мы встречаем героиню в приемной у гинеколога, к которому она идёт, чтобы узнать, как безопасно заниматься сексом. Симона влюбилась и ей совсем не нравится тезис, что лучший способ предохранения - это воздержание. Да, осторожной быть стоит, но и физической близости ей очень хочется. Вот только перспективы счастливого будущего в объятьях симпатичного одноклассника омрачает анонимная записка: «Я знаю, что у тебя ВИЧ. Если ты до Дня благодарения не перестанешь ошиваться с Майлзом, это узнают и все остальные». Угроза бьет точно в цель. Симоне уже приходилось уходить из школы, после того, как ее подруга всем рассказала о ее положительном статусе. К директору тогда тут же посыпались письма от обеспокоенных родителей, чьи дети не должны рисковать жизнью рядом с такой ученицей. У Гаррет (она написала этот роман в 19 лет!) ловко выходит вписать в сюжет парадокс: с одной стороны, все такие продвинутые в этой квир-вселенной, а с другой, про ВИЧ все ещё думают на уровне пятидесятилетней давности. Секрет Симоны в итоге станет известен всей школе, но в отличие от прошлого раза у нее получится с этим справиться. Она - не диагноз, осталось сказать это вслух и идти дальше. «Мой ВИЧ для вас не угроза, а вот ваше незнание для меня — да. Меня травили, притесняли, говорили, что мне в этой школе не место. Знаете, почему мы не открываем свой ВИЧ-статус? Потому что это опасно. За такое людей калечат и даже убивают. Только я должна решать, разглашать мне его или нет. Меня этого выбора лишили. Но я не намерена лишиться и мюзикла. Я заслужила здесь быть». Замечательно, что есть такая книга. Замечательно, что ее написала совсем молодая девушка, которая решила давать голос тем, кого сама в книгах не нашла. Хочется закинуть парочку экземпляров в каждую школьную библиотеку. роман зарубежнаялитература https://telegra.ph/file/1b9e188d296d322671253.jpg
1211 

01.12.2020 14:26


​​Умеет же автор завлечь уже во вступлении!
⠀
«Любопытно поразмыслить о...
​​Умеет же автор завлечь уже во вступлении! ⠀ «Любопытно поразмыслить о...
​​Умеет же автор завлечь уже во вступлении! ⠀ «Любопытно поразмыслить о знаменитых людях. Если вы хотите выяснить, кто популярнее Иисуса, можно обратиться к онлайн-инструменту Pantheon Project, созданному моим бывшим блестящим студентом Сезаром Идальго, который теперь работает профессором в Медиалаборатории Массачусетского технологического института. Сезар утверждает, что поистине знамениты те, кто известен за пределами своих сфер. ⠀ Вместо того чтобы оценивать славу по количеству популярных запросов в Google, он использует страницы «Википедии», а точнее, количество языков, на которых опубликована статья о том или ином человеке. В пантеон входят люди, слава которых преодолевает национальные и лингвистические барьеры: статьи о них написаны как минимум на 25 языках. Этот критерий существенно ограничивает число известных людей: вместо всех местных знаменитостей и мало-мальски выдающихся деятелей в пантеон входит лишь 11341 человек — и это весьма интересная и разношерстная компания. ⠀ На сайте можно знакомиться с этими легендами, используя множество критериев поиска. Кто был самым известным человеком, родившимся в 1644 году? Басё, мастер японского хайку. Самый известный человек из Барселоны? В списке семнадцать человек, но возглавляет его художник Жоан Миро. Самый знаменитый музыкант всех времен? Джими Хендрикс. А самый знаменитый в мире преступник? Чарльз Мэнсон занимает третье место после Джека-потрошителя и моей соотечественницы из Трансильвании Елизаветы Батори, которая, возможно, была серийной убийцей. Самый знаменитый американец всех времен? Не Джордж Вашингтон и не Билл Гейтс. Мартин Лютер Кинг. ⠀ Самый знаменитый человек в истории? По данным Pantheon Project, это Аристотель. ⠀ Ким Кардашьян занимает 14-ю строчку в списке самых знаменитых людей в истории: статьи о ней написаны на 42 языках. Если французский ас Первой мировой Рене Фонк является примером великолепных достижений, которые не принесли ему успеха (по книге он сбил не меньше популярнейшего «Красного Барона» фон Рихтгофена – KNIGSOVET), то Кардашьян демонстрирует противоположное: неопровержимый успех без очевидных достижений. Мы по собственному опыту знаем, как сложно получить вознаграждение, даже показывая выдающиеся результаты. ⠀ Как же добиться успеха, не показывая вообще ничего? Меня давно волнует этот вопрос, ведь он разрушает представления о необходимости усердной работы, которые прививают нам с детства. Осознавая это, мы отправимся в сердце этой книги. Для начала зададим очень важный вопрос: как соотносятся успех и результаты? Совершенно очевидно, что между ними есть связь, но случай Ким Кардашьян напоминает нам, что эти понятия не равны друг другу».     https://telegra.ph/file/786f03f7473f3edf41218.jpg
1231 

23.12.2020 20:46

"Часто спрашивают насчет размеров динозавров или китов. Самые большие зауроподы...
"Часто спрашивают насчет размеров динозавров или китов. Самые большие зауроподы были высотой с пятиэтажное здание, и даже голубые киты равны примерно, трем школьным автобусам, припаркованным в ряд. Так почему же они такие большие? Оказывается, эти массивные животные выработали несколько впечатляющих обходных путей. ⠀ Динозавры обошли проблему тяжелых костей, став пневматическими. У этих титанических рептилий, как и у их современных потомков, птиц, были легкие полые кости с большими воздушными карманами внутри. На самом деле, 10% объем тела тираннозавров  составлял воздух, и при изучении скелетов зауропод ученые обнаружили, что их кости на 90% состояли из воздуха. Киты же решили проблему веса, эволюционировав в воде. Как и у всего живого, клетки кита содержат физиологический раствор. Проще говоря, то, что они состоят в основном из соленой воды и плавают в соленой воде, позволяет этим левиафанам расти до огромных размеров и весить до 144 метрических тонн, - потому что, живя в океане, они практически невесомы. ⠀ Еще один фактор, который, по мнению ученых, мог повлиять на то, как морские животные вырастают до больших размеров в воде, связано с потерей тепла. Морские млекопитающие растут большими и имеют больше жира, по мере увеличения в них соотношения объёма к поверхности. Это позволяет им вырабатывать больше тепла, но меньше терять его через поверхность кожи".
1211 

26.12.2020 09:46

Небольшой лайфхак — как захотеть читать то, что читать не очень хочется Сразу...
Небольшой лайфхак — как захотеть читать то, что читать не очень хочется Сразу скажу: я считаю, что почти никогда не нужно читать то, что не очень хочется. Но иногда бывает, что мы хотим прочитать вот этот роман, или хотим познакомиться вот с этим автором, но все как-то времени нет, да и сложно очень, да и книжка большая. Одним словом, нужно чуть-чуть больше мотивации. Во-первых, вам может повезти, и я расскажу (или уже рассказывал— пользуйтесь поиском!) об этом авторе/книге здесь. Тогда, конечно, вопрос снимается. Но если вы на ВЧТ ничего о книге или авторе не нашли, то Во-вторых, есть до ужаса простой лайфхак: идите в гугл, и забейте в поиск "почему нужно / важно читать <книга или автор>". Лучше это сделать на английском, но и на русском может сработать. На выходе вы получите несколько статей (не всегда очень высокого качества, но суть не в этом) или форум-тредов, в которых фанаты этой книги или автора будут перечислять плюсы и практические преимущества их чтения. Работает на ура: чаще всего вы просто найдете подтверждение тем причинам, по которым вы и планировали читать произведение под вопросом, и именно этого часто не хватает. Такой трюк лучше всего работает с классикой, как античной, так и более современной: Толстой, "Улисс", Диккенс, Фолкнер и Пинчон, и много-много других книг и авторов, про которых многие знают, у которых много поклонников, но за которые по разным причинам не торопятся браться. Только что проверил его на Катулле, и сразу захотелось его прочитать (шутка, я его итак хочу почитать). В общем, не стесняйтесь, гуглите и читайте хорошие книги!
1215 

06.12.2020 17:28

Историографический метафикшен Мне кажется, одно только название этого поджанра...
Историографический метафикшен Мне кажется, одно только название этого поджанра литературы стоит того, чтобы обратить на него внимание. Итак, у нас тут смесь исторического романа и метафикшена. Что такое исторический роман мы с вами более-менее знаем, метафикшен же случается, когда художественное произведение не пытается прикинуться чем-то иным, а часто сразу заявляет, что оно — художественное произведение, например, когда Боргес в своем рассказе пишет, что вот, дескать, перед вами рассказ, а я — Боргес. Историографический метафикшен, таким образом, еще и нарочито игнорирует "историчность" литературы, обращая внимание на то, что история — это не то, что произошло в прошлом, а лишь то, что и как мы рассказываем о прошлом, и не стесняется использовать отсылки на как исторические, так и современные события и культурные феномены. Вот несколько известнейших примеров историографического метафикшена, с которыми трудно промахнуться, если вы хотите познакомиться с этим поджанром: - Женщина французского лейтенанта, Джон Фаулз - Обладать, Антония Сьюзетт Байетт - Английский пациент, Майкл Ондатже - Дети полуночи, Салман Рушди - Рэгтайм, Эдгар Доктороу
1205 

18.12.2020 18:02

Самые худшие в мире книжные обложки Я еще не видел ни одной книжной обложки...
Самые худшие в мире книжные обложки Я еще не видел ни одной книжной обложки, сделанной на основе фильма по этой книге, которая бы мне понравилась. И это не потому, что у меня претензии к этим фильмам — просто такие обложки всегда ужасно выглядят, как класс. Я понимаю, на кого они рассчитаны: есть такие люди, которые посмотрели фильм, фильм им понравился, но не особо запомнился, хотя все же оставил скорее хорошее впечатление; название при этом в память не врезалось, и по чьей книге поставлен фильм они тоже не знают; при этом они читают книги, но выбирают их исключительно методом оценки обложек в книжных магазинах, не гугля ничего заранее (в том числе названия книги, по которой поставлен фильм, и имя автора), не спрашивая у друзей, и не читая ничего о книгах (в том числе о тех, по которым ставятся фильмы) в соцсетях. И вот такой человек приходит в книжный магазин, чтобы выбрать и купить себе книгу, идет к полке с художественной литературой, и начинает одну за одной вытаскивать книги с полок, чтобы оценить их по обложке; ни одна книга ему не нравится, потому что обложки их он видит впервые, и ему некомфортно их покупать — а вдруг книга окажется плохой? И тут он вытаскивает книгу, на обложке которой герои фильма, который он недавно посмотрел. Щелк, происходит узнавание, человек говорит "ага!" и покупает книгу. Как видите, я отлично понимаю, кто является целевой аудиторией книг с такими обложками. Но я все равно не могу понять, откуда они берутся, эти люди, которые в здравом уме покупают такое убожество.
1179 

23.12.2020 16:38


Смогут ли роботы обеспечить людям материальное изобилие, избыток свободного...
Смогут ли роботы обеспечить людям материальное изобилие, избыток свободного...
Смогут ли роботы обеспечить людям материальное изобилие, избыток свободного времени, качественную медицину и образование или же они превратят нашу планету в мир неравенства и массовой безработицы? Правда ли, что усердие и талант перестанут быть залогом жизненных достижений? Успешный разработчик программ и IT-предприниматель Мартин Форд не претендует на то, что знает ответы на все вопросы, но аргументированно и веско показывает, почему современные технологии способны оказаться намного более разрушительными для рынка труда, чем инновации прошлого. Цель автора — не испугать читателя, а привлечь внимание к этим непростым темам. Эту увлекательную и содержательную книгу стоит прочитать всем, кто хочет понять, как развитие новых технологий влияет на экономические перспективы, на наших детей и на общество в целом. Форд | научпоп
1167 

01.12.2020 17:02

В 2003 году на Западе вышла книга Г.Хайнзона, которая может помочь понять очень...
В 2003 году на Западе вышла книга Г.Хайнзона, которая может помочь понять очень многие мировые политические и общественные процессы. Называется она «Сыновья и мировое господство: роль террора в подъёме и падении наций» (Sohne und Weltmacht: Terrorism, Aufstieg und Fall der Nationen). Она давно стала бестселлером, но на русский до сих пор не переведена. Автор – специалист по истории цивилизаций, профессор Бременского университета, социолог, экономист. К террору (какая, казалось бы, засаленная, СМИшная тема) он подходит с совершенно неожиданной стороны. Он объясняет причины терроризма «злокачественным демографическим приоритетом молодёжи» и пользуется следующей методикой – сравнивает количество мужчин в социуме возрастом 40-44 лет с мальчиками возрастом до 4 лет. Старение социума начинается тогда, когда на каждые 100 мужчин в возрасте 40-44 лет приходится меньше, чем 80 мальчиков в возрасте до 4 лет. В Германии, например, это соотношение равно 100/50, а в секторе Газа 100/464, Афганистане 100 /403, Ираке 100/351 и т.д. Насилие растет в тех обществах, где юноши от 15 до 29 лет составляют больше 30% от общего населения. При этом важно, что причины насилия несущественны – оно возникает по определению. То есть насилие во имя насилия. Сейчас в мире 67 стран с приоритетом молодёжи и в 60 из них либо геноцид, либо гражданская война. Автор считает, что помочь этим странам преодолеть войны, террор и насилие, используя экономическую и гуманитарную помощь не только невозможно. Это даже вредно - в некоторых случаях эта помощь и является причиной насилия, так как помощь (то есть когда не нужно заботиться о пропитании) стимулирует рождаемость. Опасность усугубляется тем, что насилия возникает больше не в бедных, а богатых странах. Огромное количество молодежи сыто, но не востребовано и эта молодежь начинает протестовать. И этой молодежи все больше. Только за последние 100 лет население в мусульманском мире выросло со 150 миллионов до 1200 миллионов человек (прирост более 800%), в то время как в Китае прирост составил только 300%. Между 1988 и 2002 годами в развивающихся странах родились 900 миллионов мальчиков мужского пола. К концу жизни нынешнего поколения в Афганистане будет столько же юношей моложе 20 лет, сколько во Франции и Германии, вместе взятых. К этому можно прибавить и то, что в той же Германии 52% из возрастной группы 18-32 хотят уехать, а их место занимают молодые мигранты. Этим же механизмом Хайнзон объясняет и многие исторические события. Например, в XVI веке Португалия и Испания начали завоёвывать мир именно потому, что в этот период в семьях отмечалось внезапное увеличение числа детей. Коэффициент рождаемости повысился от 2-3 детей в семье до 6-7 детей, после того как в 1484 году указом Папы было объявлено, что искусственное ограничение рождаемости наказуемо смертью. В результате средний возраст населения, составлявший 28-30 лет в 1350 году, снизился до 15 лет в 1493 году. Теперь в семьях было слишком много мальчиков, не знавших, к чему приложить свои силы, и многие предпочли стать колонизаторами и завоевателями. 95% конкистадоров (в Испании их называли «secundones» — вторые сыновья) были очень молоды. Поэтому и сегодня исламизм создан не исламом, а молодыми мусульманами. По теме психологии и феноменологии террора написано много, но читать большую часть написанного невозможно - это аналитика в духе колонки "Мнения" газеты "Известия". По настоящему интересных, глубоких работ немного. Хайнзон – одна из них. И завтра будет представлена еще одна.
1184 

15.07.2019 19:02

Потребительские практики современной цивилизации заставляют потреблять отнюдь...
Потребительские практики современной цивилизации заставляют потреблять отнюдь не только вещи. Потребляется пространство (туризм), время (сериалы, клубы), власть (Медведев, например, классический пример не власти, но «потребления власти») и, наконец, тело. Все изнурительные практики, направленные на похудение и трансформации себя являются именно примером потребления тела в консьюмеристской культуре, о чем писал еще Ж.Бодрийяр. Такое потребление неудивительно, ибо тело это то, что «под рукой», ближе всего и чем легче и нагляднее всего заниматься, это индикатор, по которому можно сегодня судить в целом об отношении людей к вещам, окружающему миру и даже к власти. Вообще тело сегодня является ключевым концептом сегодняшнего бытия. Отсюда выстроилась и ценностная шкала – самое ценное в прямом и переносном смысле (то есть «продаваемое») это тело, самое ценное тело - молодое. Соответственно этой шкале вместе с практикой потребления тела возникли практики «телопроизводства», производящие тело без возраста (пластическая хирургия, ботокс, антивозрастные кремы и т.д.), которые бесконечно возвращают тело в «нормальное», то есть идеальное состояние. В связи с этим особое, фетишистское, почти мистическое значение приобретает гигиена, становящаяся формой инвестирования в собственное тело, которое становится настолько совершенным, что его можно без стыда демонстрировать окружающим. Поэтому стремление постоянно и максимально раздеваться на публике у самых разных категорий людей (визуально и словесно, в инстаграме, на пляжах и т.д.) – от «звезд» до обычной молодежи - наполнение телами разной степени обнаженности пространства СМИ свидетельствует не обязательно о распущенности, но связано с более глубокими процессами трансформации отношений к телу. В результате в здоровом теле уже не здоровый дух, а успешность и респектабельность. Вокруг культа совершенного тела и молодости построено все – от индустрии фастфуда и развлечений до медицинских практик. Эпоху, когда главной социальной и культурной фигурой был взрослый, зрелый человек (дети и подростки были маленькие взрослые, они стремились скорее вырасти и стать такими, как родители, бабушки и дедушки), сменила эпоха господства и ценности молодости (теперь взрослые и пожилые усваивают подростковые привычки и практики - катаются на самокатах, развлекаются, красятся, одевают кроссовки и т.д.), когда дети и подростки не хотят взрослеть и остаются инфантильными до 30-35 лет. Отсюда недавно возникшие характерные субкультуры тамблер-герл и сэдбоев, точно отражающие эти перемены. Проблеме «молодежного тела» посвящен малодоступный сборник «Pro Тело: молодежный контекст». (СПб., 2014). В нем представлены статьи о различных аспектах телесных практик молодежи – гигиенических, спортивных, пищевых, потребительских, о внутреннем конфликте молодого и зрелого тела. Сегодня на эту тему довольно немного работ и данная может послужить неплохим инструментом для самопознания. Кстати, нужно быть осторожнее со словом «молодежь» - старость начинается с того момента, когда в лексиконе появляется именно это словечко. Будем аккуратнее.
1169 

05.11.2019 11:18

Хотелось бы поздравить всех с Новым годом. Пусть ваш следующий год будет лучше...
Хотелось бы поздравить всех с Новым годом. Пусть ваш следующий год будет лучше, чем этот, хотя, скорее всего, нас всех ждёт очень непростое время. Но это не страшно. Испытания всегда предлагают выбор - закончить или продолжить, уйти или остаться - и нормальный, «наш» человек, придя в состояние покоя, очень быстро начинает скучать по тому времени, когда был выбор. В окончательном решении всегда есть какая-то эсхатологичность, решенный окончательно вопрос есть зародыш конца мира, который наступит, когда решатся все вопросы или станет ясно, что нет ни одного правильного ответа на них. Поэтому да здравствует недосказанность, без которой нет ни Фауста, ни Онегина, ни «Мертвых душ», ни нашей живой души в целом! Кроме того, жизнь стоит затруднять и усложнять вполне сознательно, иногда нам, умным людям, скучно жить именно потому, что не хватает сложности, переживаний, дополнительных цветов, полутонов. Мы киснем и протухаем в благостной, кисельной, выцветшей благодати, к которой сегодня стремится большинство и куда нас тащат окружающие, и никак не можем понять, что же это такое - все, наконец-то, хорошо, но почему же так скверно? Нам хочется страдать страданиями других над старой книгой, любить безответно, нестись, чувствуя, как между ушей коня дует ветер рая, ворваться к кому-нибудь во главе мятежной толпы и «покончить со всем этим» раз и навсегда, чтобы потом… нет, не успокоиться, а опять искать страданий и трудностей. Всякая дорога из Иерусалима должна быть дорогой в Иерусалим – сказано давно, но точно. Однако и увлекаться теми самыми полутонами не стоит: умный человек отличается от глупца тем, что первый видит полутона, а второй не видит ничего, кроме полутонов. Поэтому хочется пожелать всем тревог и трудностей – это наждак, который счищает ржавчину с сердца. Пожелать не уронить того, что дано с неба. Пожелать чувства вины, что не все сделано, а то, что сделано, далеко от совершенства. Ведь если нет чувства вины - нечего ждать перемен. С Новым Годом!
1209 

31.12.2019 19:51

Сегодня поговорим о жутковатой теме – нацистских концентрационных лагерях в...
Сегодня поговорим о жутковатой теме – нацистских концентрационных лагерях в несколько непривычном ракурсе - как феномене социальной жизни и общественной мысли Европы середины прошлого столетия. Почва для возникновения «феномена Освенцима» (назовем его так), считающегося сублимацией концлагеря, как явления, начала готовиться сразу после окончания Первой Мировой войны. Система концлагерей была выстроена так, что смерть, которая обычно представляется, как некое мгновение перехода из временной жизни в вечную, как отрицание жизни, оказалась внесена непосредственно в жизнь и существовала в ней продолжительное время. То есть человека, которого раньше убивали (или он умирал) один раз в конце жизни, теперь убивали на протяжении жизни. В результате жизнь и смерть становились неразделимы между собой, смерть теряла признак конца жизни. В этой ситуации человек переставал понимать, жив он или мертв, и если жив, то можно ли назвать жизнью то, что хуже смерти. «Ретроспективное существование» (по выражению Э.Фромма), то есть существование, когда все лучшее, все похожее на жизнь, осталось в прошлом, а будущего нет, лишь подчеркивали «пребывание в смерти». Одним из следствий системы концлагерей становится равнодушие к смерти. Человек оказывался постоянно находящимся между жизнью и смертью – он не имел сил и желания покончить с собой, но и не имел возможности жить. Возникала неизвестная ранее новая, «третья», пограничная форма существования, формировавшая новый тип человека, которого больше интересовало не «что произойдет», а «как произойдет». То есть боялись не смерти, а умирания и его форм. Люди, немощные телом, но имевшие любую духовную опору, лучше переносили лагерную жизнь и чаще оставались в живых, чем физически сильные натуры. Скептики-интеллектуалы оказывались в Освенциме в ужасном состоянии. Разум, интеллект, образованность, начитанность, то есть то, что прежде составляло фундамент и стержень жизни, теперь превратилось в главного врага заключенного, становилось одним из ключевых факторов, ведущих человека к гибели. Когда реальная смерть наступала, человек лишался последнего права – права оставить свой след, память о себе в этом мире. Еще при жизни в лагере человек лишался самоидентификации, имени, стереотипов поведения, способности мыслить, а после смерти превращался в пепел, не оставляя после себя даже могилы. В результате, Освенцим, по мнению Х.Арендт, впервые в истории предъявил миру парадоксальный «опыт несуществования», когда человек оказывался не нужен даже самому себе. Провозгласив устами Ф.Ницше «смерть Бога», то есть абсолютного блага, Европа столкнулась в форме Освенцима с явлением Абсолютного Зла. Зла, которому нечего было противопоставить. В связи с этим после войны общественное сознание Европы столкнулась с неразрешимой задачей. Опыт религиозной оценки такого рода событий был к середине ХХ столетия утрачен, а описать и постичь произошедшее в обычных категориях оказалось невозможно, ибо то, что произошло, находилось за пределами любой рациональности и рассудительности, за границами любой науки. Поэтому данный феномен не понят и не осмыслен до сих пор. Освенцим стал той чертой, перейдя которую, Европа изменилась навсегда. Исчезнув, «концентрационный мир», поставил перед европейским сознанием несколько вопросов, актуальных и сегодня. Первый сформулировал Т.Адорно, считавший, что Освенцим есть факт тотальной культурной катастрофы Запада. Он спрашивал, можно ли после Освенцима жить дальше? Ответ на этот вопрос давал С.Беккет, персонажи которого после Освенцима не столько «живут», сколько «выживают», словно на настоящую жизнь у них под гнетом памяти уже не хватает сил. Еще один вопрос - неужели нельзя было предвидеть этого? Кафка предвидел, но кто обратил на него внимание? И вопрос – если все тогда согласились с Освенцимом, значит ли это, что и я согласился бы? Попытку ответить на этот вопрос мы видим в конфликте поколений в 1960-е. На эту тему не так много серьезных книг (П.Леви, Ж.Амери, Э.Фромм), но одна из лучших это «Просвещенное сердце» психолога Бруно Беттельхейма. Она есть в сети.
1190 

25.02.2020 13:37

Каждый из нас наверняка замечал, что темпы приобретения книг часто обгоняют...
Каждый из нас наверняка замечал, что темпы приобретения книг часто обгоняют возможности их прочтения. Это заставляет нас страдать. Однако подобного рода антибибиотека, по мнению Нассима Николаса Талеба, тоже нужна. Талеб начинает свои размышления с анекдота о легендарной библиотеке итальянского писателя Умберто Эко, которая содержала 30000 томов. Действительно ли Эко прочел все эти книги? Конечно же, нет. Библиотека Эко подстегивала его чувство интеллектуального голода и любопытства, постоянно напоминая ему обо всех тех вещах, которые он не знал. Так что растущая коллекция книг, которые вы еще не прочли, может сделать то же самое и для вас, пишет Талеб. Частная библиотека – не довесок для поднятия самооценки, а инструмент для исследований. Прочитанные книги намного менее ценны, чем непрочитанные. В библиотеке должно быть столько неизвестного для вас, сколько могут позволить ваше финансовое состояние, ипотека и ужесточившийся рынок недвижимости. По мере взросления вы будете накапливать все больше знаний и книг, непрочитанные книги на полках будут угрожающе взирать на вас, и со временем их будет все больше. В самом деле, чем больше вы знаете, тем длиннее ряды непрочитанных книг. Назовем это собрание непрочитанных книг антибиблиотекой. Антибиблиотека – мощное напоминание о ваших ограничениях и колоссальном количестве вещей, которых вы не знаете или знаете наполовину. Или же, как может оказаться однажды, о которых вы имели полностью ошибочное мнение. Живя с этим напоминанием изо дня в день, вы потихоньку подталкиваете себя к некой интеллектуальной кротости, которая улучшает ваши способности к принятию решений и стимулирует познание. «Люди ведь не носят с собой антирезюме, в которых сказано, чего они еще не изучили или не пережили (это дело их конкурентов), но было бы неплохо, если бы они их носили», – говорит Талеб. Почему? Возможно, потому, что это общеизвестный психологический момент: именно самые некомпетентные люди больше всего уверены в своих способностях, а самые умные, как правило, исполнены сомнений. Также известно, что чем легче вы признаете, что чего-то не знаете, тем быстрее вы учитесь. Так что, если вы покупаете слишком много книг или если ваш список книг, обязательных к прочтению, настолько длинный, что вам и трех жизней не хватит, чтобы все это прочесть, – перестаньте грызть себя. Все эти книги, которые вы не прочли, действительно являются признаком вашего невежества. Но если вы осознаете объемы своего невежества, вы уже обогнали большинство людей.
1159 

01.06.2020 17:48

Несколько лет назад у кого-то в гостях я взяла в руки книгу, где интересно...
Несколько лет назад у кого-то в гостях я взяла в руки книгу, где интересно рассказывалось о знаменитом парижском кладбище "Пер-Лашез". Ушла из гостей, а книгу так и не взяла почитать - не помню почему. Но с тех пор у меня появился интерес к кладбищем. Годы спустя, когда я попала в Париж, потащила подругу на Пер-Лашез и в катакомбы. Она, бедняжка, обмирала от страха, а я пожирала окружающее глазами и думала: интересно, какой из черепов в катакомбах принадлежал Луи Пастеру? И до сих пор ли зацеловывают надгробие Оскара Уайльда? Ответ: нет, не зацеловывают, потому что обнесли памятник стеклом, чтобы вандалы больше не покушались. А насчет Пастера непонятно - все черепа сложены ряд за рядом, и совершенно неясно теперь, какой принадлежал кому. Пару недель назад начала слушать "Кладбищенские истории" Бориса Акунина - и поняла, что вот она, та самая книга, которую я начинала читать тогда в гостях! Повезло, что во второй раз она мне повстречалась в виде аудиокниги, потому что Александр Филиппенко просто бесподобно ее начитал. Я не говорю уже о спецэффектах, которые добавляют лишний градус атмосферности всем этим историям. Немного о структуре: книга поделена на несколько, кхм, кладбищ: старое Донское в Москве, Пер-Лашез в Париже, Хайгейтское в Лондоне, Гайдзин Бочи в Аояме и другие. Каждому кладбищу отведено два рассказа. В первом Акунин рассказывает об истории кладбища и людей, которые на нем похоронены, а во втором - собственные, придуманные истории об этих местах. Рассказы о кладбище читает сам Акунин, а вымышленные - Филиппенко. Честно говоря, правдивые истории порой казались чуднее вымышленных. Художник-прерафаэлит Россетти, заказывающий эксгумацию могилы своей жены, чтобы достать из гроба посвященный ей томик стихов, помещица и по совместительству серийная убийца крепостных Дарья Салтыкова, неиссякаемый запас свежих цветов на могиле Карла Маркса...Читаешь и диву даешься. В общем, получила огромное удовольствие от прослушивания и рекомендую, если и вам интересны кладбища судьбы людей, живших в другие эпохи.
1211 

30.12.2020 15:49


Марк Фрост “Тайная история Твин-Пикс” / “Твин-Пикс. Последнее досье” Как я там...
Марк Фрост “Тайная история Твин-Пикс” / “Твин-Пикс. Последнее досье” Как я там писал в прошлом году? Книжек с картинками? Так вот же. Вселенная Твин-Пикса — это одна из тех вещей, о которой я могу говорить, не затыкаясь. Во многом потому, что Дэвид Линч и Марк Фрост даже после 3 сезонов и полного метра оставили массу загадок и пространства для фанатских теорий. Между выходом второго сезона и третьего прошло 25+ лет и самое парадоксальное — это сюжетно обосновано. Каноничных книг, помогающих расширить вселенную, за это время вышло не так много. Первые две: “Тайный дневник Лоры Палмер” и “Воспоминания специального агента ФБР Дейла Купера написаны еще в 90-ых. Из них мы можем узнать ряд деталей, которые дополняют портреты ключевых персонажей сериала, но вряд ли их можно считать откровением. В 2017 году Линчу удалось остановить сериал в очень хрупком месте, когда связи между событиями и персонажами уже прочерчиваются сквозь все полотно, но это еще не инструкция по сборке. Тем не менее, вместе с выходом третьего сезона сценарист Марк Фрост выпускает еще две книги, которые призваны не столько напомнить читателям, почему Твин-Пикс лучшее шоу на планете, и подготовить к новой порции кутежа с карликами, сколько показать, насколько Твин-Пикс глубоко сидел в американской культуре еще до того, как оформился в сериал. Чтобы справиться с этой задачей, Марк Фрост придумал просто гениальную вещь. Обе книги выполнены в форме секретных досье, включающих в себя массу архивных фотографий, копий писем, протоколов и стенограмм. В случае с “Тайная история Твин- Пикс” нам даже неизвестен автор досье и комментатор из ФБР, что оставляет пометки на полях, поэтому книга превращается в наше собственное расследование. Ближе к концу, впрочем, автор называет всех по именам, что лично на мой взгляд излишне. “Тайная история Твин-Пикс” в большей степени сконцентрирована на историческом контексте: противостоянии Севера и Юга, переселении индейцев в резервации, эпидемии НЛО и различных проектов, связанных со сбором данных об этих инцидентах. Марк Фрост делает удивительную вещь и подкладывает вымышленных персонажей в наборы к реальным, отчего действительная история получает альтернативное прочтение, в котором многие линии сходятся в Твин-Пиксе и его окрестностях. О знаменитых по сериалу персонажах Фрост говорит здесь достаточно мало, но зато проливает свет на трагедию отношений Нормы и большого Эда — я всегда за них переживал, поэтому был очень рад объяснению, почему все так. На первый план в повествовании выходят персонажи, которые появлялись в сериале эпизодически, но оказывается, что за ними тоже спрятаны непростые истории. Самое главное в такой подаче — сделать ее органичной, а не просто приписать второстепенным персонажам эпичный бэкграунд. В “Тайной истории” Марк Фрост справляется с этим чуть более, чем полностью и подбирает пазлы так, чтобы не нарушить хрупкость точки в третьем сезоне, но значительно расширить мир сериала. “Последнее досье” в этом плане чуть менее выверено. Книга представляет набор досье, составленных агентом Тэмми Престон, которая появляется в третьем сезоне и проводит краткий анализ всего случившегося на экране. С одной стороны, герметичность сериала эта книга не нарушает и помогает представить, что происходило с героями между 2 и 3 сезонами, но на главные вопросы не отвечает, и это прекрасно. Например, мы по-прежнему не знаем, каким образом кольцо с зеленым камнем путешествует между героями, но узнаем, что его Мериуэзер Льюис (реальный персонаж) получил от индейского вождя еще 200 лет назад. С другой стороны, у книги есть флер избыточности в той части, где Престон анализирует, что могло случиться с агентом Филлипом Джефрисом. Кроме этого, Престон пишет своенравно, поэтому досье больше походят на художественную литературу, чем на документы дел. Я бы рекомендовал читать обе книги после просмотра третьего сезона, но от покупки “Последнего досье”, в принципе, отказаться можно, если вы обещаете внимательно посмотреть сериал. Господи, как заткнуться-то.
1147 

07.01.2021 15:51

​​Писательские приемы: Эпитет

Доводилось ли тебе задумываться, почему...
​​Писательские приемы: Эпитет Доводилось ли тебе задумываться, почему...
​​Писательские приемы: Эпитет Доводилось ли тебе задумываться, почему некоторые строки или выражения в книгах так цепляют внимание? Почему описания природы или внешности героев от одного автора — такие пресные и банальные, в то время как описания другого растаскивают на цитаты? Конечно, на то есть несколько причин, но мы поговорим о том, что превращает предложения в образы, и помогает вдохнуть жизнь в сухие слова. Об эпитетах. Упустим научный термин. Если твой текст — черно-белая раскраска с контурами, то эпитет — это акварельные краски, которыми ты ее разукрашиваешь. Вместе с ним слова становятся образами, рисуют в головах читателей картины, пробирают до мурашек. Эпитет чаще всего бывает прилагательным («живые глаза»), наречием («зверски голодный»), существительным («ночь забытия») и причастием («лист, звенящий и танцующий в тишине веков»). Любая часть речи, кроме глаголов, может стать эпитетом для усиления нужных слов и передачи ярких эмоций. Когда использовать эпитеты? Всегда, когда хочешь приукрасить слово, добавить ему свою изюминку, выделить его среди прочих. В художественных книгах они разбросаны сплошь и рядом, как грибы после дождя — благодаря этому авторам удается передать уникальную атмосферу своей истории, сделать героев чуточку живее, а сам мир — более запоминающимся. Эпитеты уточняют отличительные признаки предмета, усиливают и подчеркивают их — так получается уникальный образ, который выстраивается в голове читателя. Значение эпитетов на примере Вот описание героини из романа А. Байетт «Обладать»: «Тусклые каштановые волосы были распущены, из них смотрело бескровное лицо обитательницы подземелья» В голове у читателя уже складывается мрачный образ. Но что станет с предложением, если забрать эпитеты? «Каштановые волосы были распущенны, из них смотрело лицо обитательницы подземелья» Смысл предложения не меняется, но теряется образ — теперь героиня ничем не отличается от любой женщины с каштановыми волосами, а оборот «обитательницы подземелья» не подкрепляется визуальным подтверждением. Итог: эпитеты уместны, если ты описываешь героев, их эмоции, пейзажи природы или города. Они помогают четко донести нужный образ или мысль, сделать общую картину происходящего ярче и живописнее. При этом, стоит подбирать незаезженные и нестандартные эпитеты к словам — так писатели создают «авторские эпитеты» вроде «кудрявого сумрака» Есенина или «немого покоя» Бунина. Напоследок, хочу привести строки из стихотворения В. Маяковского «Лиличка», в которых можно увидеть силу метко подобранного эпитета. Всего лишь несколько слов помогают автору отразить невыразимое страдание, что он испытывает из-за безответных чувств. «Вспомни — за этим окном впервые руки твои, исступленный, гладил. Сегодня сидишь вот, сердце в железе. День еще — выгонишь, можешь быть, изругав. В мутной передней долго не влезет сломанная дрожью рука в рукав» MeWrite https://telegra.ph/file/f9dae11c654fc0d3e9333.jpg
1152 

12.01.2021 19:00

«Безумно богатые азиаты», Кевин Кван «Свадьба была закрытой и очень скромной...
«Безумно богатые азиаты», Кевин Кван «Свадьба была закрытой и очень скромной: всего-то три сотни гостей собрались в доме бабушки Астрид». Ну что ж, нельзя не признать: определенный вклад в мое образование эта книга внесла. До этого я наивно считала, что китайцы живут в Китае и как-то, ну, если и разнородны, то все равно в пределах одной, хоть и большой, страны. Оказалось, ничего подобного. Есть еще китайцы в Сингапуре, Малайзии, на Тайване, отдельной статьей идут китайцы в Гонконге… И главное – все перечисленные (по крайней мере, так это показано в романе) ни в грош не ставят так называемых материковых китайцев, живущих собственно в Китае. Почему? А примерно потому же, почему аристократические англичане в начале 20-го века надменно фыркали при упоминании богатых американцев: «новые» деньги «старым» деньгам не ровня. Жители Китая стали стремительно богатеть совсем недавно, в то время как «островные» китайцы – потомки древних знатных фамилий, чьи предки уехали из Китая пару сотен лет назад и с тех пор только преумножали свои состояния. Сравнение с англичанами тоже не случайно: все перечисленные страны – бывшие британские колонии, так что ясно, откуда местная знать понахваталась привычек. И вот представьте себе очень богатого человека по западным меркам. Представили? А теперь умножьте представленное на десять и еще вообразите, что все состояние этого человека не вложено в акции (то есть не особенно заметно невооруженным глазом), а используется не то чтоб для поддержания статуса, а скорее для того, чтобы все окружающие падали в обморок при виде этого богатства: если жилье - то только дворцы и пентхаусы да по несколько штук на человека; если транспорт - то личные самолеты и яхты; если машины - то целый автопарк дорогущих тачек; если дизайнерские костюмы и ювелирка – то самые дорогие и по последнему слову моды, и, конечно, закупаться этим всем еженедельно. И все это добро обладатели с удовольствием демонстрируют друг другу и прессе – ну, потому что могут. Плюс ко всему этому – восточное мировоззрение, хоть и трансформированное в свое время миссионерами, традиционный семейный уклад, неприятие разводов и, конечно, браков с людьми, не принадлежащими этому кругу. Вот такую картинку рисует нам книга «Безумно богатые азиаты». Кевин Кван родился в Сингапуре в семье одного из основателей старейшего сингапурского банка, а дедушка его получил рыцарский титул от Елизаветы II за свою благотворительную деятельность. Короче, похоже, что человек знает о сингапурской аристократии не понаслышке. И все, что он рассказывает в книге об укладе жизни «безумно богатых» - страшно любопытно как описание социального феномена. В остальном же «Безумно богатые азиаты» – обыкновенный любовный роман, довольно-таки мыльный и слишком длинный для такого простого сюжета (длина, впрочем, объяснима: многочисленные описания дизайнерских нарядов, дорогих домов и предметов роскоши тоже место занимают), с некоторым избытком второстепенных персонажей, опять же служащих тому, чтобы показать азиатских богачей во всем разнообразии. После «Безумно богатых азиатов» Кван написал еще несколько книг – как понимаю, примерно о том же. А сами «Азиаты» были экранизированы в 2018 году, причем фильм был очень успешен коммерчески (забавно, что картину о жизни немыслимых богачей сняли всего за каких-то 30 миллионов долларов). Пожалуй, посмотрю его, интересно, как книгу воплотили на экране.
1159 

12.01.2021 11:02

​​«Если, то: как корпорация Simulmatics изобрела будущее» рассказывает о первой...
​​«Если, то: как корпорация Simulmatics изобрела будущее» рассказывает о первой...
​​«Если, то: как корпорация Simulmatics изобрела будущее» рассказывает о первой (американской) попытке создать машину для анализа больших наборов данных и предсказания будущего. В 1959-69 этим занималась Simulmatics. Ее сотрудники пытались предсказать исходы выборов, дату победы во Вьетнаме и шансы возникновения уличных беспорядков. С переменным успехом: ⠀ «…компьютер, в который сотрудники Макнамары (министра обороны) вводили перфокарты, содержали все возможные факты, известные о Вьетнаме. Количество войск, кораблей, самолетов, вертолетов. Численность населения. Перепись водяных буйволов, цены на рис, воспламеняемость кровельной соломы. Учет трупов жертв. Соотношение потерь. Плотность мозга крестьян. Вес человеческого сердца. В одну из пятниц 1967 года люди Макнамары скормили последние перфокарты в пасть этого гигантского компьютера. Они задали ему вопрос: "Когда мы победим во Вьетнаме?” Машина загудела. Машина зажужжала. Его огни замигали. Компьютер гудел,  мигал и жужжал все выходные. В понедельник люди Макнамары вернулись. Выходной лоток содержал одну перфокарту. Там было написано: "Вы выиграли в 1965 году.» https://telegra.ph/file/7d8afeff728d3e040c14b.jpg
1106 

11.01.2021 17:48

Продолжаю свои хождения по мукам в параллельном мире книжного издательства.
Продолжаю свои хождения по мукам в параллельном мире книжного издательства. Параллельном – потому что он, по всей видимости, с моим не соприкасается нигде. Утром встала в бодрой решимости накалякать в «Чтиво», что, мол, польщена внесением моей рукописи в лонг-лист (читай: долгий ящик), но не вполне этим удовлетворена. В итоге получился, как сказал один мой добрый приятель, «нежный нажим», потому что я попросила позволить моей прозе дышать воздухом, желательно воздухом книжных лавок. В моем случае терять нечего. Либо издатель обалдеет от дерзости и предаст меня, а заодно и мои тексты, анафеме, либо прибалдеет от смелости и приглядится к сборнику повнимательнее. Сразу отвечу всем, кто думает, что книгу можно легко издать и самому. Во-первых, самиздат не мой вариант: такая литература не воспринимается серьезно. Во-вторых, самиздат означает и необходимость самораскрута. Короче, самиздат либо для диссидентов с деньгами, либо для графоманов с деньгами. Первые могут являться одновременно и вторыми, конечно. Ладно. А пока – осень, и я мрачнею с каждым часом.
1126 

12.10.2020 22:55


Кризисы в нашей жизни происходят по разным причинам. Одна из них – не самая...
Кризисы в нашей жизни происходят по разным причинам. Одна из них – не самая очевидная – заход на новый виток развития со старым инструментарием. Человек неизбежно меняется. Когда он чувствует, что по-старому уже не хочет, а по-новому не умеет, – это и есть очередной кризис. Зачастую люди, вопреки желанию найти новые способы обхождения с собой и миром, штурмуют новую высоту в старых ботинках. В науке, кстати, происходит то же самое: есть давно испробованное и действенное, поэтому незачем искать добра от добра – будем пользоваться проверенным. Проблема стареющего населения как раз сопряжена с этим: старики косны и живут привычкой. Никогда не переставайте искать, что лучше для вас в данную минуту. Как говорят мои преподаватели-психотерапевты: вокруг нас есть всё, что нам нужно, остается только найти.
1125 

27.10.2020 17:56

Мой родной брат покончил с собой, когда мне было тринадцать. Разница в возрасте...
Мой родной брат покончил с собой, когда мне было тринадцать. Разница в возрасте у нас почти семь лет, и поэтому мы не успели стать друзьями. Я мало о нем знала, кроме того, что было на виду: учёба в меде, нестандартное мышление и замечательное чувство юмора. Уже после его смерти кое-что о личной жизни Мишки мне рассказывали его товарищи. Один из них связался со мной много позже, когда я, окончив журфак, собиралась переезжать в Сочи. Представился приятелем моего брата. Поделился довольно скудными воспоминаниями о нем. Тогда я ничего не смыслила в психологии, но ощущала, что общение с этим типом меня напрягает. Однако желание узнать о брате пересиливало, и я даже согласилась встретиться с этим парнем. Мы пересеклись на вокзале города, где он жил. Я была там проездом. О чем говорили, не помню. Не могу припомнить и его внешности. Даже имя – туманно. Точно знаю лишь то, что после этого короткого свидания он стушевался и перестал писать, а я вскоре о нем позабыла. И вот спустя десять лет приходит легковесное «привет» от безымянного контакта с безликой картинкой. Я почти никогда не отвечаю на такие сообщения, но тут решила поздороваться. Имярек, не называя себя, рассказывает о встрече на вокзале с подробностями, о которых я даже не помню. Спрашиваю, почему он пропал. Отвечает, что не нашел между нами общего. И задает мне тот же вопрос, но с какой-то уродливой иронией, через которую проступает сильная обида. Я говорю, что тема брата исчерпана, а больше мне ничего от него не было нужно. Это тип выдает желчное сообщение и умолкает, так и не напомнив, несмотря на мою просьбу, свое имя. И, понимаете, во время очень короткой переписки с этим гражданином я ощущаю те же чувства, что десять лет назад: тревогу и жалость. Тревогу из-за несоответствия слов и реального посыла. Поясню: он пишет, что хочет общаться, но тут же выдает ядовитые, отвергающие фразы, очевидно, из ужаса быть отвергнутым первым. А жалость потому, что сидит на том конце сорокалетний одинокий мужик, десять лет державший меня в голове, но вместо того, чтобы признать свой интерес, с ходу харкается слюнявыми бумажками из трубочки, как школьник. Есть глубоко травмированные люди, которые в окружающую среду беспрестанно транслируют свои проблемы. С виду они могут быть крепкими нытиками, но очень часто ровно наоборот: улыбаются и постоянно повторяют, как у них всё удачно. От первых подташнивает, но не качает. А от вторых как раз штормит. Ровно из-за несоответствия вербального и невербального. Травматический фон очень заразен, поэтому теперь, живя в осознанке, я стараюсь остерегаться токсичных людей. И даже грубо посылать, если понадобится. В таких случаях быть плохой – очень приятно.
1146 

02.01.2021 20:21

По всем вопросам пишите на admin@youbooks.ru