Назад

ЭББИ ДЖИНИ. ХРАНИТЕЛИ СВЕТА. 18+ Это больше, чем роман, больше, чем детектив...

Описание:
ЭББИ ДЖИНИ. ХРАНИТЕЛИ СВЕТА. 18+ Это больше, чем роман, больше, чем детектив или триллер. В книге есть главная героиня и второстепенные герои, но отдельное и главное место здесь занимает природа. Яркое, живое, таинственное и целостное описание местности вокруг делает этот роман особенным. Кто-то писал про то, что эта книга - гимн природе, и я полностью согласна с этим утверждением. Миранда - фотограф. Она объездила почти весь свет, а теперь оказалась на Фараллоновых островах. Здесь суровый климат, на каждом шагу поджидает опасность, времена года отсчитываются не по календарю, а по сезонам животных. Здесь никогда не появляются туристы. Миранде повезло. После долгих уговоров ей разрешили быть наблюдателем этой заповедной зоны. На протяжении года она будет жить в одном доме с биологами - отсраненными, беспристрастными и даже грубыми. На самом деле у каждого героя этой истории свои тайны - у каждого из них была причина оказаться на островах. И лишь у некоторых из них будет возможность вернуться назад.

Похожие статьи

​​Что ж, по результатам голосования к нам врывается Майкл Каннингем и мой топ-3...
​​Что ж, по результатам голосования к нам врывается Майкл Каннингем и мой топ-3...
​​Что ж, по результатам голосования к нам врывается Майкл Каннингем и мой топ-3 самых любимых книг️ illuminatedMustread «Дом на краю света» Это первый роман автора, и мой самый любимый. Два друга детства и в последствии любовника Джонатан и Бобби переезжают в Нью-Йорк из небольшого городка в поисках свободы, творчества и в поисках той самой идеальной семьи, которую они не обрели в детстве. Герои пытаются справиться со своими переживаниями, и ищут друг в друге чуть больше теплоты, понимания и любви, чем им может дать только один партнер, так и получается необычный любовный треугольник с их подругой Клер. «Часы» Три необычно переплетенных истории о трех женщинах, живущих в разные отрезки времени и час за часом проживающих один день своей жизни. Связующее звено этих историй Вирджиния Вулф, ей и принадлежит первая часть книги. Вторая часть – это её книга, «Миссис Дэллоуэй», но на современный лад с героиней Клариссой, а третья история про девушку, которая читает эту книгу. Как видите, все классно замешано, запутано и распутано самим Каннингемом. «Часы» - это его Пулитцер и офигенный фильм с Мерил Стрип, Николь Кидман и Джулианной Мур. «Плоть и кровь» Настоящая семейная сага целого поколения семьи. Начиная с вступивших в брак в 1935 родителей и заканчивая по сей день далеким 2035 годом, эта история про всё на свете. Про трудные судьбы детей, свадьбы и разводы, одиночество и желание быть любимым. Каждый найдет что-то для себя и от себя в членах этой семьи. Если вы уже читали Каннингема, то поняли, что у него есть свой стиль, и темы, которые он хочет обсуждать через свои книги схожие: проблемы ЛГБТ сообщества, наркотики, толерантность и ее отсутствие, принятие себя и окружающих. И это те темы, которые уже не могут не волновать после его книг. https://telegra.ph/file/bad1f3b6abb9647c275a2.jpg
2383 

18.11.2020 16:29

Book: «Древний Рим» Вирджиния Кэмпбелл Давно я не держала в руках новой книги...
Book: «Древний Рим» Вирджиния Кэмпбелл Давно я не держала в руках новой книги о древнем Риме. Это уже приятно. А если там полно потрясающих фотографий произведений искусства, то это приятно вдвойне. А если это произведения искусства из американских и не самых очевидных европейских коллекций, то радости моей нет предела. Почему-то это осознания пришло ко мне только в последние годы, но я поняла, как однобоко преподается во всех странах история искусств. Да, конечно, даются основные вехи, но во множестве случаев в качестве примеров приводятся те произведения искусства, которые находятся на территории нашей (вашей) страны. Поэтому, например, долгие годы я пребывала в убеждение, что самый лучший и известный Рембрандт – это у нас, в Эрмитаже. И долго стояла в недоумении в толпе перед «ночным дозором» в Амстердаме. С древнеримскими древностями та же история. Все известные нам бюсты, статуи, фрески и прочее вроде бы находится, если не в Риме, то уж точно в Италии. И книга Вирджинии Кэмпбелл опрокидывает это наше представление с грохотом. Какие же отличные коллекции собраны в Штатах – Лос-Анджелес, Чикаго, Филадельфия, что хранится в странных местечках в Германии, и почему я еще не видела, что лежит в маленьких музейчиках на Британских островах? Но даже если вы не такой фанат античности, как я, вы получите огромное наслаждение от этого (скорее) фотоальбома. И поймете, почему на нем гриф 18+. Мой личный рейтинг: 7/10 https://peresmeshniki.com/books/drevnij-rim-virdzhinija-kjempbell/
2379 

22.12.2020 18:31

​С интервалом в год вышли две книги на схожую тематику и предложили взглянуть...
​С интервалом в год вышли две книги на схожую тематику и предложили взглянуть...
​С интервалом в год вышли две книги на схожую тематику и предложили взглянуть на мир с интересного ракурса: "Ткань цивилизации: Как текстиль сотворил наш мир" Вирджинии Пострел и "Нити жизни: История мира сквозь игольное ушко" Клэр Хантер. То, что такой взгляд имеет имеет право на существование, очевидно каждому, кто в курсе связи ткацких станков и компьютеров. Узоры, производимые первыми, начали программировать при помощи перфокарт. Каждая перфокарта, по сути, содержит двоичный код: есть отверстие — нет отверстия. Этот способ приглянулся инженерам и изобретателям, стоявшим у истоков современных вычислительных машин, только вместо отверстий мы теперь имеем дело с единицами и нулями. ⠀ Вообще, недавно была выдвинута версия, что сложные и достаточно отвлеченные арифметические вычисления, вроде выяснения закономерностей делимости одного числа на другое без остатка, проводившиеся в Древней Греции, скорее всего были продиктованы вполне практическими потребностями ткацкого ремесла. Целый ряд показательных вычислений в «Началах» Евклида объясняется чуть ли не исключительно нуждами подсчета нитей и конфигурации узоров. ⠀ Потребности легкой промышленности постоянно заставляли людей думать, причем не только напрямую – первые итальянские математические задачники эпохи Ренессанса заставляли учеников высчитывать размеры и стоимость разных тканей в разных валютах, – но и косвенно. Люди искали и принципиально новые красители, и альтернативные имеющимся дорогим. XX век подарил целый ряд синтетических тканей (а итальянцы при Муссолини в рамках импортозамещения производили синтетическое волокно из ...молока), а работа над усовершенствованием оборудования для текстильного производства шла бесконечно на протяжении всей истории человечества. Нововведения имели как желаемые, так и непредсказуемые последствия. Открытие и распространение синтетических красителей, дешевых и разнообразных, уничтожило многовековые плантации красильных растений: в Индии разорились производители индиго, а во Франции поля, засаженные мареной (источник красной краски), превратили в виноградники. ⠀ Не меньшие последствия оказало во второй половине XIX века распространение швейной машинки, продвигаемой в первую очередь американской компанией «Зингер». Даже Карл Маркс сетовал на то, что она посеяла разобщенность – прежде женщины ткали, как правило, коллективно, теперь же при шумах, издаваемых аппаратами, ни поговоришь, ни споешь. С другой стороны, новинка позволила увеличила независимость швей и дала им источник финансовой свободы. Совсем уже неожиданным следствием профессионализации швейного мастерства, коим ранее обладали все женщины, стала массовая потеря умения чинить одежду. Во время Второй мировой в Великобритании, вынужденной на всем экономить, пришлось открыть десятки тысяч классов кройки и шитья, а после войны эти занятия сделали обязательными для девочек в школах. https://telegra.ph/file/357eb6f6e5eb63d8776e1.jpg
2178 

15.02.2021 19:06

«Женщины, о которых думаю ночами» Финской писательнице Миа Канкимияки было 42...
«Женщины, о которых думаю ночами» Финской писательнице Миа Канкимияки было 42 года, когда она обнаружила себя на перепутье. В тот момент ее жизнь отличалась от жизни большинства сверстниц: одинока, детей нет, с очередной работы уволилась. Ей оказались открыты сразу несколько дорог, но ступить на какую-то одну она боялась. На помощь пришли ночные женщины - образцы для подражания из разных эпох и стран, из биографий которых Миа решается выудить практические советы для себя: «собираю детали их жизни, словно талисманы своей». Так Миа придумывает себе новую специальность «пишущая путешественница-исследовательница». Она читает письма, изучает повороты судьбы, а иногда - садится в самолет и летит туда, где когда-то давно была одна из десяти героинь (их портреты из инстаграма Миа найдете в конце текста). «Образ жизни этих ночных вдохновительниц вовсе не был «традиционным»: они ломали устои и подчас вытворяли такое, чего от них никто не ожидал. Многие из них стали художницами или писательницами – теми, чей труд требует сосредоточенности и добровольного заточения. Другие не обзавелись семьями и детьми, а их взаимоотношения с мужчинами были далеки от норм повседневной морали. Некоторые из этих женщин путешествовали или переезжали на новое место, проникали в новую культуру, решаясь на радикальные перемены в зрелом возрасте. Кто-то из них прожил свой век при матери. Многие при этом страдали от болезней тела и духа, но все они следовали своей страсти и делали собственный выбор вне зависимости от установлений своей эпохи. Все эти женщины для меня – пример для подражания. Они же – мой план «Б», к которому я обращусь, если все окончательно пойдет прахом» Первым делом Миа Канкимияки покупает билет в Африку, где с 1914 по 1931 год прожила, управляя кофейной плантацией, ее первая ночная женщина - датчанка Карен Бликсен. Миа примерно повторяет маршрут Карен на далеком континенте, одновременно сверяя свои ощущения от Африки с письмами Карен. Вернулась домой в Данию Бликсен в возрасте 46 лет без денег, в депрессии и с диагнозом «сифилис» (его в те времена лечили ртутью и мышьяком). После возвращения издала автобиографический роман «Из Африки» и сборник Winter’s Tales, стала знаменитой и дважды выдвигалась на Нобелевскую премию (приз все время забирали мужчины: сначала Хемингуэй, потом Камю). Кроме Карен у читательниц назначены встречи, например, с австрийкой Идой Пфайффер, которая впервые совершила кругосветной путешествие в 49 лет, журналисткой Нелли Блай, объехавщей мир за рекордные 72 дня с одним саквояжем, а также с итальянской художницей Артемизией Джентилески. Каждой из этих женщин есть что посоветовать не только Миа, но и многим из нас. Важно при этом, что писательница не слишком то и идеализирует своих героинь, замечает их недостатки, временами злится на них, чем непременно всех очеловечивает. «Я думаю, Карен, ты была совсем не такой, как я тебя себе представляла. Ты не была безудержно смелой, сильной, независимой, умной и хорошей чудо-женщиной, какой я представляла тебя. Ты была человечнее, слабее, болезненней, подверженной страстям и эмоциям, депрессии и эгоизму, желавшей обладать и быстро утрачивающей надежду, ты любила охоту и всякие безделушки. Но это ничего, Карен. Мы все такие» Время, которое я провела с этим текстом, было тем самым временем, на которое каждый раз рассчитываешь, когда открываешь новую книгу. Грустишь, смеешься, добавляешь лучшее в заметки на будущее, а еще путешествуешь сквозь время и пространство. Я даже вдохновилась на составление собственного списка женщин, о которых думаю ночами: в него я уже занесла художниц Паулу Модерзон-Беккер и Марию Башкирцеву, британского приматолога и антрополога Джейн Гудолл, поэтессу и писательницу Ирину Ратушинскую, Вирджинию Вулф. Как вам идея составить такой «Список ночных женщин по версии читательниц канала Женщина пишет»? Напишите мне , о ком вы думаете ночами, чья судьба и жизненный выбор вас поразили, вдохновили, помогли лучше понять себя. А я 8 марта опубликую итоговый список. феминизм нонфикшн
2053 

01.03.2021 13:03

В преддверии главного праздника весны, дополнила свою подборку о женщинах и для...
В преддверии главного праздника весны, дополнила свою подборку о женщинах и для женщин https://t.me/booksfox/1684 1. Рупи Каур «Milk and honey»; 2. Оливия Лэнг «Одинокий город»; 3. Полина Аронсон «Любовь: сделай сам»; 4. Элизабет Асеведо «Поэт Икс»; 5. Саяка Мурата «Человек-комбини»; 6. Кристин Лененс «Птица в клетке»; 7. Лора Лэйн «Золушка и стеклянный потолок»; 8. Лючия Робсон «Дорога Токайдо»; 9. Джефф Вандермеер «Аннигиляция»; 10. Ннеди Окорафор «Кто боится смерти»; 11. Маржан Сатрапи «Вышивки»; 12. Нора Эфрон «Я ненавижу свою шею»; 13. Тара Вестовер «Ученица»; 14. Вирджиния Вульф «Своя комната»; 15. Колм Тойбин «Дом имён»; 16. Кортни Макавита «Ты имеешь значение»; 17. Лори Минц «Точка наслаждения»; 18. Илсе Санд «От всего сердца»; 19. Эка Курниаван «Красота — это горе»; 20. Лори Готтлиб «Вы хотите поговорить об этом?».
2076 

05.03.2021 13:42


Некоторое время Джейн Остин на обложках своих книг вместо имени указывала «By a...
Некоторое время Джейн Остин на обложках своих книг вместо имени указывала «By a...
Некоторое время Джейн Остин на обложках своих книг вместо имени указывала «By a Lady», «Написано женщиной». Она писала и публиковалась в то время, когда не было принято, чтобы женщина писала что-то кроме личных писем и дневников, и уж конечно совсем не принято, чтобы она публиковала написанное. Поэтому женщины, которые все же и добирались через все социальные преграды к профессиональному писательству, часто публиковались анонимно или под мужским псевдонимом. Остиновское «By a Lady» показывало, что роман написан женщиной (никаких мужских псевдонимов!) и что эта ситуация настолько необычна, что её стоит вынести на обложку романа. Не мужское имя, не отсутствие имени, а «By a Lady» — заявляло: под обложкой будут другие темы, другая перспектива. Это не взгляд одной конкретной женщины, не победившее эго мужского письма. «By a Lady» сообщало читателю, что этот текст могла написать любая женщина. А если любая женщина может написать роман, как так получается, что женщин в литературе совсем нет? Несмотря на то, что Остин показывала, настолько системна и масштабна проблема вокруг женщин в писательстве, литературный канон умудрился сделать Остин примером того, КАК РЕДКО и КАК СЛУЧАЙНО вышло, что женщина писала такие хорошие романы. Книги, написанные by a lady, были написаны вовсе не by a lady, говорит нам канон, потому что вовсе не любая женщина способна написать романы, достойные того, чтобы стоять на одной полочке с великим писателями. Они написаны единственной и уникальной Джейн Остин, и эта ситуация настолько необычна, что, скажем так, скорее всего не повторится. Это — одна из практик исключения книг, написанных женщинами, из литературного канона. Даже если романистку признают, методы исключения никуда не денутся. Многие восхищаются Джейн Остин, считают её книги эталонными, уникальными и неповторимыми, но, тем не менее, — это просто случайность. Остин нельзя стереть из литературы, но полностью включить её в канон нельзя. На сигме перевели хорошее эссе Урсулы Ле Гуин (что-то судьба постоянно возвращает и возвращает меня к её текстам, хм) про стратегии исключения женщин-писательниц из канона. Процитировать его хочется примерно целиком, но я сдержусь. В обсуждении романа автора-мужчины его полу редко уделяется пристальное внимание. В дискуссиях о романе женщины отсылка к её гендеру встречается постоянно. Мужчина — норма. Но женщина — отклонение от нормы, из которой она исключена. Исключение и неодобрение практикуются как критиками, так и рецензентами. Например, критик вынужден назвать Вирджинию Вулф великой английской писательницей, исключением из правил, удивительной случайностью. Методы исключения и неодобрения разнообразны. Так, выясняется, что английская романистка не обретает широкой известности. Её письмо «уникально», но она никак не влияет на новые поколения писателей. Она (очаровательная, элегантная, точная, чувствительная) подобна хрупкому тепличному цветку, не способному конкурировать с (грубой, могучей, искусной) энергией мужчины-романиста. Произведения Джеймса Джойса почти сразу же стали каноническими, но для Вулф это либо было невозможно, либо её всё же неохотно одобряли, но лишь спустя десятилетия. Пожалуй, её книга «На маяк» благодаря изящному и эффектному повествованию гораздо сильнее повлияла на романы нового поколения, чем «Улисс», который стал монументальным тупиком. Джойс выбрал «тишину, изгнание и искусность», вёл безопасную жизнь и отвечал только за собственные произведения и работу. Вулф вела полноценную жизнь у себя на родине, вращалась в кругах интеллектуально, сексуально и политически активных людей. Она всю жизнь общалась с другими литератор (к)ами, читала, рецензировала и публиковала их. Джойс — слабый человек, Вулф — суровая. Джойс — культовая фигура и большая удача, а Вулф — продолжительное плодотворное влияние, ключевое для жанра романа двадцатого века. (Ладно, немножко не сдержалась). https://syg.ma/@ekaterina-zakharkiv/ursula-k-lie-guin-ischiezaiushchiie-babushki
1945 

08.04.2021 14:03

Я на время снизил читательскую активность в пользу активной работы над другим...
Я на время снизил читательскую активность в пользу активной работы над другим проектом, который тоже про искусство, но не совсем (точнее, не только) про чтение книг. Тем не менее, планы на чтение первоклассной художественной литературы никуда не делись, так что вот, встречайте три прекрасных романа, которые я вскоре прочитаю, и о которых напишу (а еще, возможно, и вам посоветую). Lud-in-the-Mist by Hope Mirrlees Малоизвестный русскоязычному читателю, но архиважный для жанра роман британской писательницы Хоуп Миррлиз. С этим романом вообще уникальная ситуация: в вики можно прочитать о том, что это одновременно “наименее известное и наиболее влиятельное современное фэнтези… андеграундная классика среди авторов и любителей фэнтези, многие из которых указывают эту книгу в списке любимых”. Так и есть! Это один из любимых романов Нила Геймана, а узнал я о нем потому, что в нашем университете (Эдинбургский университет, где я учился в магистратуре) этому роману был посвящен отдельный семинар в рамках курса по фэнтэзи-литературе, и ребята, которые на нем учились, очень его хвалили. Написан он был в 1926 году, а сама писательница была примерно, как и этот роман: широкую известность так и не получила (только в нулевых ее работы стали переиздаваться в больших изданиях с красивыми обложками), но зато близко дружила с Гертрудой Стайн, Вирджинией Вулф, Бертраном Расселом, и другими именитыми писателями и академиками. A Canticle for Leibowitz by Walter M. Miller Jr. С этим романом у меня стародавняя история: еще когда я в школьном возрасте только-только увлекся научной фантастикой, на абсолютной вершине жанра для меня был поджанр литературы / сторителлинга (в компьютерных играх, например (например, ну конечно, в Fallout)) о постъядерном мире. И где-то на еще более недосягаемой высоте находился один из самых культовых и знаковых романов жанра — "Страсти по Лейбовицу", томик которого я регулярно брал с полочки в книжном, но купить не мог. У меня по-прежнему среди любимых литературных произведений немало образцов постапокалипсиса (“Дорога" Маккарти и “Атомный сон" Лукьяненко, например), а после того, как я написал и много-много раз перечитал свой рассказ “Передайте Розе, что я ее люблю” (опубликован тут двумя постами выше), я вспомнил и про роман Уолтера Миллера. Хочу прочитать. Уже присмотрел маленький томик в желтой обложке от Orbit. The Noise of Time by Julian Barnes Роман Джулиана Барнса, одного из самых именитых современных британских писателей, о жизни Дмитрия Шостаковича (того самого). Тут надо сказать две вещи: 1) О писателе. Барнс мне нравится далеко не весь, но это нормально — он намеренно пишет очень разные произведения и в разных жанрах (последняя его книга — вообще нехудожественный исторический труд). Что еще важнее, Барнс не “исписался” (как Иэн Макьюэн) и не “популяризовался” (скажем, в отрицательном смысле этого слова — как 4/5 британских писателей, которые пишут про очень-смертельно-не-могу-как-сильно-важные социальные проблемы одной тысячной процента населения). 2) Шостакович, то есть главный герой романа. Я сразу после выхода романа, в 2016, начал его читать, но понял, что о моральных терзаниях гениального советсткого композитора мне пока читать не хочется, и книгу отложил. Что же, настает тот час — сейчас я гораздо ближе к миру музыки, чем был тогда, мне и про Шостаковича теперь интересно, и про Советский Союз не так трудно. Отдельно добавлю, что роман был высоко оценен англоязычными читателями и критиками (от русскоязычных что-то ничего почти не слышал, но, может, пропустил). Проверю и напишу.
1722 

20.05.2021 15:13

​Читательские предпочтения авторов нонфикшна №2.
Сегодняшний мой респондент...
​Читательские предпочтения авторов нонфикшна №2. Сегодняшний мой респондент...
​Читательские предпочтения авторов нонфикшна №2. Сегодняшний мой респондент – Дэвид Куаммен (David Quammen), американский писатель, пишущий о науке, природе и путешествиях, автор пятнадцати книг. Его статьи появлялись в National Geographic, Harper's, Rolling Stone, The New York Times Book Review, The New Yorker и других периодических изданиях. Куаммен вам может быть известен по хорошей книге “Зараза. Как инфекции, передающиеся от животных, могут привести к смертельной глобальной эпидемии”, вышедшей в 2016. То есть ДО всех нынешних дел. (И она, кстати, лучше работы Сони Шах на ту же тему). А может вы впервые услышали его имя неделю назад, в первом интервью этой серии моих опросов нонфикшн авторов об их читательских предпочтениях. В прошлую пятницу Менно Схилтхёйзен назвал его "Песнь додо" “великолепным примером того, как писать отличные научно-популярные произведения”. “Додо” у нас пока не выпустили, но осенью изд-во Бомбора планирует напечатать его обласканную диким количеством премий книгу 2018 года «Эволюция наоборот, или чего не знал Дарвин» (The Tangled Tree: A Radical New History of Life). 1. Книга, которую я сейчас читаю? Deadliest Enemy: Our War Against Killer Germs (“Смертельный враг”) Майкла Остерхолма о новых болезнях, а для развлечения детектив “Подземный человек " Росса Макдональда. Только что закончил читать «The Hitler Conspiracies: The Third Reich and the Paranoid Imagination» (“Конспирологические теории Гитлера”) историка Ричарда Дж. Эванса. 2. Мое самое раннее воспоминание о прочитанной книге? “The House at Pooh Corner” (“Дом на Пуховой опушке”, вторая книга серии о Винни Пухе), который мама читала мне и моей старшей сестре, когда мне было около четырех лет. Она несколько озадачила меня, потому что это была вторая книга о Пухе, и я пропустил первую, “Винни Пух.” Почему этот мальчик живет на дереве и разговаривает с животными? 3. Книга, изменившая мою жизнь или оказавшая сильное влияние на меня? “Авессалом, Авессалом!” Уильяма Фолкнера. Также, чуть ранее, фолкнеровская “Шум и ярость.” Я стал одержим Фолкнером, и гениальное выстраивание им своих книг повлияло на меня, даже когда я писал нонфикшн. “Братья Карамазовы” также оказали на меня огромное влияние. 4. Последняя отличная прочитанная книга? Отличная? Мне не часто попадаются замечательные книги. Двумя из последних будут биография Джорджа Вашингтона Рона Чернова и книга Уэйда Дэвиса «Into the Silence» ("В тишину”) о Первой мировой войне и последующих попытках молодых англичан, включая Джорджа Мэллори, подняться на Эверест. 5. Самое интересное, что я узнал(а) недавно из книги? В книге Джонатана Лира «Radical Hope: Ethics in the Face of Cultural Devastation” (“Радикальная надежда”) я узнал о роли, которую сыграл вождь индейского племени кроу Многославный (Plenty Coups) в том, чтобы направить свой народ к обретению идентичности и будущему после того, как их культура была сокрушена белыми американскими колонизаторами. 6. О чем бы мне хотелось, чтобы нонфикшн-авторы больше писали? У нас нет недостатка в книгах по любому достойному предмету, о котором я могу подумать. 7. Самая недооцененная на мой взгляд книга? “Мидлмарч” Джордж Элиот. Хотя этот роман и высоко оценивается, но, по-моему, все же недостаточно высоко. 8. Книга, заставившая меня по-новому на что-то взглянуть/изменившая мою точку зрения? «Desert Solitaire” («Отшельник пустыни») Эдварда Эбби. Она помогла мне открыть для себя тот факт, что нонфикшн может быть высокохудожественным. 9. Книга, за которую мне стыдно, что я ее не читал(а)? «Обручённые» (итал. I Promessi sposi) Алессандро Мандзони. 10. Книга, которую я дарю в подарок (не написанная мною)? Совсем недавно: «The Club: Johnson, Boswell, and the Friends Who Shaped an Age»“Клуб", о (лексикографе) Сэмюэле Джонсоне, Джеймсе Босуэлле и их круге Лео Дэмроша. 11. Какую книгу я планирую прочесть следующей? "Конго: эпическая история народа“Дэвида Ван Рейбрука (David Van Reybrouck) – история страны и ее народов. анкета https://telegra.ph/file/9b302c121c83ce17f6255.jpg
1654 

25.06.2021 12:00

​​​​«Неукротимая» Гленнон Дойл

Американской писательнице Гленнон Дойл было...
​​​​«Неукротимая» Гленнон Дойл Американской писательнице Гленнон Дойл было...
​​​​«Неукротимая» Гленнон Дойл Американской писательнице Гленнон Дойл было сорок лет, когда ее жизнь влетела в крутое пике: она полюбила женщину, развелась с мужем и стала собой. Никак кроме озарения этот период жизни Гленнон не назвать. Ее муж, отец троих детей, изменял ей с самого начала их брака. Она попыталась его простить, даже написала об этом книгу, но его предательство не давало ей покоя. Гленнон, которая всю жизнь пыталась всем угождать и быть во всех отношениях «хорошей женщиной» (как мы понимаем, существо это мифическое, в реальности не встречающееся), вдруг поняла, что пора бы уже этому периоду сойти на нет - у нее одна жизнь, запасной нет и не будет, и нужно наконец спросить себя «Чего я хочу?» О сложной практике обращения к себе в любой непонятной/неприятной/болезненной ситуации и написана «Неукротимая». «Когда я увидела Эбби, гепард во мне поднял голову. Я захотела ее — впервые захотела не то, что меня научили хотеть. Я полюбила ее — впервые полюбила не того, которого должна была любить. Совместная жизнь с ней — это моя первая оригинальная идея и мое первое самостоятельное решение как свободной женщины. После тридцати лет обтачивания себя в попытках втиснуться в чужое представление о любви в моей жизни наконец появилась любовь, которая была мне впору — отлитая по моей форме, созданная моими же руками. Наконец я честно спросила у себя, чего хочу я сама, а не чего хочет от меня мир. И почувствовала, как во мне снова проснулась жизнь. Вкус свободы мне понравился. И я захотела еще». Пожалуй, никогда я так рьяно не добавляла в избранное цитаты из книги. Если бы существовал инструмент, измеряющий количество дельных замечаний о жизни современной женщины на одну книжную страницу, то здесь бы он вышел из строя. «В десять детям приходится распрощаться с теми, кем они являются на самом деле, и стать теми, кем их хочет видеть мир. В десять мир начинает дрессировку. В десять он усадил меня и велел вести себя тихо, а потом указал на ряд клеток, в которых мне предстояло жить: Это — те чувства, которые тебе можно испытывать. Это — та версия женственности, которую ты будешь показывать. Это — идеал тела, к которому тебе нужно стремиться. Это — то, во что ты будешь верить. Это — те, кого ты можешь любить. Это — те, кого ты будешь бояться. А это — жизнь, которую ты будешь хотеть. Устраивайся. Поначалу тебе может быть неудобно, но не бойся, со временем ты забудешь о том, что это клетка, и перестанешь ее замечать. Вскоре ты поймешь, что это и есть жизнь. Я хотела быть хорошей и добровольно сдалась в клетку. Я выбрала себе такую мелкую личность, тело, веру и чувственность, что мне пришлось втягивать живот и задерживать дыхание, чтобы в них втиснуться. Неудивительно, что очень скоро мне поплохело». При этом книгам в духе помоги-себе-сама я не могу следовать на сто процентов, даже при наличии в них четкой и понятной мне феминисткой позиции. Любая книга этого жанра так или иначе выводит универсальную формулу достижения счастья - попробуй сделать то и это и, возможно, это поможет. Возможно, вам, как и мне, будет интересно читать книгу Дойл, но вам также может быть совершенно непонятно, как приложить ее к вашей реальности. И это нормально. Я понимаю, в чем именно не совпадаю с Гленнон. Мне, например, не близка тема божественного, даже если бог - женщина. А ещё я не богатая интеллектуалка с американским гражданством. Но ещё я точно уверена, что эта книга лучшее, что я пока читала в этом жанре. В ней простые, но очень показательные примеры, в ней много боли и радости, в ней, кажется, нет умолчаний удобных для такого повествования. Мне хочется верить Дойл, я чувствую, что она желает мне добра. Пару откровений, которые если и не изменят жизнь, то хотя бы подскажут способ, как взглянуть на нее по-другому, я точно здесь для себя нашла. «Каждая жизнь — это беспрецедентный эксперимент. Моя жизнь принадлежит мне и только мне. Именно поэтому я перестала спрашивать у окружающих дорогу туда, где они все равно ни разу не были. Карты не существует. Мы все — в равной степени первооткрыватели». зарубежнаялитература биография нонфикшн https://telegra.ph/file/ac122530a95be2f89f900.jpg
1607 

01.07.2021 13:47

​‘My Loppy, my Lydochka, my miele, my poupsik, my tail, my buzzing bee…’ Дж. М.
​‘My Loppy, my Lydochka, my miele, my poupsik, my tail, my buzzing bee…’ Дж. М.
​‘My Loppy, my Lydochka, my miele, my poupsik, my tail, my buzzing bee…’ Дж. М. Кейнс своей жене Лидии Лопуховой. В британском литературном журнале увидел информацию о постановке: читке писем величайшего экономиста, британца Джона Мейнарда Кейнса и его жены, русской балерины Лидии Лопуховой (Lopokova или Loppy по-английски). Надо признаться, что еще полгода назад я понятия не имел, что у него была русская супруга, да еще и балерина из Русского Балета Дягилева. Еще более я изумился, узнав, что ради отношений с Лидией Кейнс оставил гомосексуализм. Такая вот сильная любовь. Письма читают известные английские актеры Хелена Бонем Картер и Тобайас Мензис. Очень трогательно, временами смешно (нам вдвойне - Хелена имитирует русский акцент Лопуховой) и довольно интересно, тк она делится новостями из мира искусства, светских раутов и слухов, а он - своими успехами и неудачами на международных финансовых конгрессах и апдейтами из жизни своих друзей, например, Вирджинии Вулф. Переписка охватывает приблизительно 20 лет, но уместилась в час с четвертью читки. Если знаете английский - рекомендую. £12.50 цена вопроса (±1200 руб.) за код на трансляцию, которую можно смотреть многократно до 31.12.2021. https://telegra.ph/file/1b83e63ddec334c9bbf7e.jpg
1536 

19.07.2021 21:10

​​ Лето потерянных писем
 Автор:  Рейнольдс_Ханна
 Год издания: 2021...
​​ Лето потерянных писем Автор: Рейнольдс_Ханна Год издания: 2021...
​​ Лето потерянных писем Автор: Рейнольдс_Ханна Год издания: 2021 Жанр(ы): Любовные_романы Описание: Эбби только что рассталась с парнем, а ее друзья разъехались на все лето. Девушка с нетерпением ждет перемен, и они врываются в ее жизнь: Эбби получает посылку с письмами своей бабушки Рут. Оказалось, что в молодости она вела переписку с молодым человеком по имени Эдвард с острова Нантакет. И Эбби решает отправиться на остров, чтобы разгадать фамильные тайны. Там, в идиллии песчаных пляжей и морских волн, она знакомится с его невероятно притягательным внуком Ноем. Однако чем ближе Эбби и Ной становятся друг другу, тем больше понимают: прошлое может стать для них настоящей преградой. Жестокая правда угрожает погубить их отношения. И теперь каждому предстоит принять верное решение, чтобы обрести шанс на счастье. Смогут ли они позволить себе любить? Скачать Альтернативная ссылка: epub https://telegra.ph/file/7f09d522eeaf7cce8e6d8.jpg
1501 

19.07.2021 13:46

​​ Владимир Набоков, «Лолита»

«Лолита», полагаю, не нуждается в представлении...
​​ Владимир Набоков, «Лолита» «Лолита», полагаю, не нуждается в представлении...
​​ Владимир Набоков, «Лолита» «Лолита», полагаю, не нуждается в представлении – этот англоязычный роман Владимира Набокова считается одним из самых выдающихся литературных произведений ХХ века: провокационная история двенадцатилетней «нимфетки», ставшей предметом обожания взрослого мужчины, принесла своему автору мировое признание. мысливслух ️спойлеры️ Не вижу смысла пытаться выразить хотя бы частично в сжатой рецензии (которые Telegram уже и так нередко делит на несколько постов) значение «Лолиты» для мировой культуры и лично для меня – это сродни попытке сделать краткий обзор «Бесов» или «В поисках утраченного времени». Во-первых, слишком фундаментально – а в моем понимании это высокая литература, если можно так выразиться, а во-вторых, неоднозначно – для такого рода вещей абсолютно исключена возможность «общепринятого» толкования, а робкое поползновение предложить своё потребует исписать не один десяток страниц. Поэтому ограничусь тем, что дам немного общих сведений об истории написания романа, возможных прототипах и литературных аллюзиях. Судя по всему, сюжет «Лолиты» зарождался в сознании Набокова постепенно на протяжении всего творческого пути – соблазнительный образ рыжеволосой девочки описан еще в стихотворении «Лилит» (1928 г.), рассказ о мужчине, увлечённом малолетней дочерью знакомой вдовицы, вскользь упоминается в романе «Дар» (1938 г.), а повесть «Волшебник» (1939 г.) и вовсе повторяет первую часть истории Лолиты. Также считается, что фабула романа могла быть подсказана Набокову отношениями Чарли Чаплина с его второй супругой – пятнадцатилетней Литой Грей, и случаем, произошедшим с десятилетней Флоренс Салли Хорнер в 1948 году (он, к слову, упоминается самим Гумбертом в главе 33) – девочка была похищена серийным растлителем и провела с ним в путешествиях по США почти два года, после чего ей всё же удалось бежать. Наконец, известно, что во время работы над «Лолитой» Набоков просил прислать ему книгу британского врача Хэвлока Эллиса, описывающую клинический пример влечения к несовершеннолетним. Неоднократно отмечалось также, что «Лолита» имеет множество отсылок к творчеству Эдгара Аллана По. Имя и история первой возлюбленной Гумберта – Аннабель Ли – позаимствованы у одноименной героини поэмы «Аннабель Ли»: лирический герой По еще ребёнком влюбляется в девочку, которой в скором времени суждено покинуть его, умереть, сраженной «холодным ветром». Интересно, что сам роман Набокова изначально должен был называться «В королевстве у моря» по одной из строк поэмы. Прототипом для создания По образа Аннабель послужила Вирджиния Клемм, вышедшая замуж за писателя в тринадцатилетнем возрасте и спустя 11 лет скончавшаяся от туберкулеза. Вирджинию, наряду с демонической Лилит, дантовской Беатриче и Жюстиной маркиза де Сада, в размышлениях о Лолите упоминает Гумберт, который, в свою очередь, имеет определенное сходство с главным героем рассказа По «Вильям Вильсон» (и того, и другого всюду преследует двойник, в случае с Гумбертом – Клэр Куильти). И напоследок немного о провокационном характере произведения. Американские издатели сперва отказывались публиковать «Лолиту» (один даже выразил опасение, что, если он напечатает роман, они с Набоковым обязательно «угодят в тюрьму»), а вот парижское издательство «Олимпия Пресс», специализировавшееся на публикации «полупорнографической» литературы, в 1955 году с готовностью решилось на эту авантюру. Хотя сам Набоков неоднократно отрицал порнографический характер произведения («…это самая целомудренная, самая умозрительная и наиболее искусная по своему замыслу из всех моих книг»), споры о том, стоит ли «читать "Лолиту" сегодня», воспринимая ее как шедевр мировой классики, ведутся и по сей день. В ход идут не только аргументы морально-этического толка (растление малолетних, эротические сцены), но и феминистического (пропаганда сексуального насилия). Признаюсь, мне такая постановка вопроса кажется просто нелепой, но такое уж противоречивое впечатление оставила «Лолита» в общественном сознании. https://telegra.ph/file/5b1c71a91ea4d5f4ca0c7.jpg
1500 

28.07.2021 10:53


Привет, читательницы и читатели! У меня сегодня день рождения, и я хочу...
Привет, читательницы и читатели! У меня сегодня день рождения, и я хочу поделиться списком книг, которые к моим тридцати годам я могу отнести к важным мыслительным остановкам. С какими-то из них я прожила несколько десятилетий, а какие-то дочитала буквально вчера, но встреча с каждой была важным событием. Чтение для меня сегодняшней – это очень большая поддержка. Я точно знаю, что как бы не складывалась моя реальная жизнь, но в книгах я всегда смогу найти те самые слова и мысли для нынешней или будущей себя. Надеюсь, с вами такое тоже случается! Итак, список Лена Климова «Настоящая девчонка. Книга о тебе» Мари Дарьесек «Быть здесь уже чудо. Жизнь Паулы Модерзон-Беккер» Все книги о Гарри Поттере Мари-Од Мюрай «Мисс Черити» Ольга Токарчук «Бегуны» Джессика Брудер «Земля кочевников» Евгения Гинзбург «Крутой маршрут» Ирина Ратушинская «Серый - цвет надежды» Оксана Васякина «Рана» Али Бенджамин «Доклад о медузах» Селеста Инг «Все, чего я не сказала» Виржини Депант «Кинг-Конг-теория» Джоанна Расс How to suppress women's writing Вирджиния Вулф «Своя комната» Юлия Никитина «Полуночная земля» Гленнон Дойл «Неукротимая» Лив Стремквист «Плод познания» Хелен Макдональд «Я» значит «ястреб» Хан Ган «Вегетарианка» Эмили Нагоски «Как хочет женщина» Роксана Гей Bad feminist Кармен Мария Мачадо «Дом иллюзий» Ольга Лаврентьева «Сурвило» Кэролайн Криадо Перес «Невидимые женщины» Копенгагенская трилогия Тове Дитлевсен Дарья Доцук «Голос» Лиза Ко «Беспокойные» Корделия Файн «Тестостерон Рекс. Мифы и правда о гендерном сознании» Катрин Марсал «Кто готовил Адаму Смиту?» Джесси Беринг «Я, ты, он, она и другие извращенцы. Об инстинктах, которых мы стыдимся» Ребекка Солнит «Мужчины учат меня жить» Миа Канкимияки «Женщины, о которых думаю ночами» Трилогия Филипа Пулмана «Темные начала» Туве Янссон и муми-тролли Туула Карьялайнен «Туве Янссон. Работай и люби» списки
1442 

13.08.2021 12:41

Урок новее не бывает истории.
Сегодня в США вышла
Урок новее не бывает истории. Сегодня в США вышла "Навальный: Заклятый враг...
Урок новее не бывает истории. Сегодня в США вышла "Навальный: Заклятый враг Путина, будущее России?" (до этого в Англии и Германии. И даже в Румынии). Про книгу уже Вики-статья есть на русском, и вышло интервью с одним из авторов на иноагенте "Медузе". Сам я книгу ещё не видел, но интервью почитал с интересом. Попалась и такая книга на злобу дня - "Павшие идолы: 12 статуй, сотворивших историю": "В 2020 году статуи по всему миру сносились в результате необычайной волны глобального иконоборчества. От США и Англии до Канады, ЮАР, Карибского бассейна, Индии, Бангладеш и Новой Зеландии протесты "Black Lives Matter" разрушали и сносили статуи рабовладельцев, конфедератов и империалистов. В Англии Эдварда Колстона выбросили в гавань Бристоля. Роберта Ли покрыли граффити в Ричмонде, штат Вирджиния. Христофор Колумб был свергнут в Миннесоте, обезглавлен в Массачусетсе и брошен в озеро в Вирджинии. Король Бельгии Леопольд II был подожжен в Антверпене и облит красной краской в Генте. В Лондоне Уинстона Черчилля подписали словом "расист". Статуи – одна из наиболее заметных и противоречивых форм исторического повествования. То, как мы рассказываем об истории, жизненно важно для того, как мы как общества понимаем наше прошлое и создаем наше будущее. Так чьи же истории мы рассказываем? Кто или что определяет нас? Что, если мы не все согласны? Как создается история и почему? "ПАВШИЕ ИДОЛЫ" рассматривает 12 статуй из современной истории: почему они были поставлены; истории, которые они должны были рассказывать; почему эти истории были оспорены; и как их снесли. История не стирается, когда статуи сносят. Если уж на то пошло, она в такие моменты пишется". Ильич в описании не фигурирует, но мы знаем что в стране по соседству его памятникам пришлось не сладко. Интересно, кого там в Бангладеш и в Новой Зеландии сковырнули? А я недавно писал для "Горького" о книге про войны памяти - самый, наверное, читаемый мой текст там. https://ru.wikipedia.org/wiki/Navalny:_Putin%E2%80%99s_Nemesis,_Russia%E2%80%99s_Future%3F
1384 

01.09.2021 17:55

​​ мысливслух ️спойлеры️

Я не сторонник литературных концепций, заставляющих...
​​ мысливслух ️спойлеры️ Я не сторонник литературных концепций, заставляющих...
​​ мысливслух ️спойлеры️ Я не сторонник литературных концепций, заставляющих усматривать потаённые смыслы там, где их попросту нет – все эти аллюзии, весьма неочевидные и потому предполагаемые отсылки, надуманные параллели вызывают у меня недоумение. Одно дело, если речь идёт о чем-то, что названо самим автором (скажем, как постоянное упоминание Гумбертом в «Лолите» Вирджинии По или Беатриче) или об однозначных «пасхалках», зашитых в сюжет (как в «Защите Лужина», где внимательный читатель обнаружит, что главного героя немцы спасают у дома, в котором жил его отец), и совсем другое, когда из повествования выхватываются разнообразные мотивы (леса, огня, дороги – чего угодно), чтобы на их основе выстроить некую метафорическую интерпретацию происходящего. Обнаружила, что с «Подвигом» концепции эти в рецензиях получают нешуточное развитие; представляется, что роман без этих пошлостей только выигрывает. А вот фрагмент из предисловия к английскому переводу книги меня заинтересовал: «…Белый ферзь имеет четыре свободных клетки в своем распоряжении, но на любой из них он будет мешать (такая сильная фигура – и "мешать"!) одному из белых коней в четырех вариантах мата; другими словами, будучи совершенно бессмысленной и вредной обузой на доске, не играя никакой роли в последующем развитии партии, он должен уйти в изгнание в нейтральный угол, позади инертной пешки и пребывать там в бездействии и безвестности. Сочинение этой задачи было чудовищно сложно. Как и "Подвига"». После такой подсказки сложно уйти от мысли о том, что Мартын в романе – это своего рода белый ферзь в шахматной задаче Набокова, сильный персонаж, запертый обстоятельствами в действительность, для его желаний и способностей не предназначенную. Произведение предельно простое (конечно же, условно) и вместе с тем загадочное. Мы мгновение за мгновением проживаем с Мартыном, каждую деталь видим его глазами, казалось бы, что может ускользнуть от любознательного читателя? И всё же мотивы поступка главного героя остаются для нас тайной. В этом его «подвиге» нет совершенно никакой логики – если ему так хотелось побывать на Родине, он мог бы сделать это, получив визу, если это была попытка доказать самому себе, что он не трус, то чем был плох случай с горным ущельем в Швейцарии, в конце концов, если речь шла о попытке привлечь внимание любимой девушки, существует множество способов сделать это без угрозы для жизни. И прелесть книги в том, что каждый из нас может вдоволь поспекулировать на этот счет. На мой взгляд, это очень верно, что Мартын здесь – лишняя фигура, в этом главная причина его конфликта с окружающим его спокойствием: он создан для великих дел, а прозябает в уютных гостиных Кембриджского университета, не имея воли обрести там своё место, он изгнанник и навсегда им останется. Он постоянно ищет возможность за что-нибудь зацепиться – за изучение русской словесности (пока оно не превращается в рассматривание под микроскопом оторванного от реальности, рафинированного и далекого образа Отечества), за любовь Сони Зилановой (которая всякий раз находит изящный способ юношу оттолкнуть), в каком-то смысле даже за любовь и понимание родных (учитывая, что мать его тем временем выходит замуж за приторного швейцарского дядюшку, предавая тем самым память отца Мартына). Не случайно герой решается на свой «подвиг», убедившись, что у него нет ни малейшего шанса с Соней – он ищет повод примириться с тем, что видит вокруг себя, да только и избранница оказывается «предательницей» и делится их фантазией о Зоорландии с другим. «Подвиг» Мартына вбирает в себя всё: и романтический акт полнейшего безрассудства, и акт выработанного торжества над страхом, и побег от судьбы, по силам ему не предназначенной, и демонстрация отчаянного желания быть своим на своей земле (без чьих-либо разрешений или ограничений). И в этом одном, полагаю, смысла более чем достаточно. https://telegra.ph/file/783e343f43443f8d791f6.jpg
1217 

20.10.2021 10:34

«Смотрим на чужие страдания» Сьюзен Сонтаг Цитата из этого текста американской...
«Смотрим на чужие страдания» Сьюзен Сонтаг Цитата из этого текста американской писательницы Сьюзен Сонтаг кочевала из блога в блог 3 апреля - в этот день мир увидел фотографии из украинского города Буча. Я видела эти фотографии и многие другие. Они свидетельствуют, также как и рассказы выживших. Я не избегаю ни кадров, ни текстов. От них не отмахнуться, от них не спрятаться. Они не могут усилить ужас, они лишь его фиксируют, увеличивают количество свидетелей среди самых разных людей. Изображения военных действий и насилия одних человеческих существ над другими - главный предмет пристального взгляда Сонтаг, которая уже обращалась к теме визуальной репрезентации в своей, наверное, самой популярной работе «О фотографии». Книга «Смотрим на чужие страдания» вышла в 2003 году и стала последней из критических работ, опубликованных при жизни писательницы. В самом начале и на протяжении всей книги Сонтаг цитирует текст Вирджинии Вулф «Три гинеи» 1938 года. В этом тексте Вулф было важно подчеркнуть, что войну устраивают и любят мужчины. Также она предлагала взглянуть на изображения войны и, испытав ужас от увиденного, объединиться против. Если Вулф делилась мыслями накануне Второй мировой, желая спровоцировать образованный класс на сопротивление, то Сонтаг написала интонационно другой текст. Она фиксирует: какие реакции вызывают в современном мире фотографии зверств в соседних и далеких государствах; как реагируют люди на постоянный поток информации о бедствиях и что реакция на увиденное говорит и не говорит о смотрящих. Кроме ответов на вопросы общечеловеческие, Сонтаг обращается к вполне конкретным. Почему в Америке нет мемориального музея, посвящённого рабству? Почему от войны в Чечне осталось меньше фотографий, чем от обострившегося в 2000 году противостояния между израильтянами и палестинцами? Чтение этого текста - процесс постоянного раздумывания над сложными контекстами вокруг казалось бы очевидных вещей вроде отношения к насильственному убийству как к абсолютному злу. В тексте нет ни одной фотографии, но их описания способны на многое. «Обозначить ад — это, конечно, еще не значит сказать нам, как вызволить людей из ада, как притушить адское пламя. Но уже то хорошо, что признано, что нам дано яснее почувствовать, сколько страданий причиняет человеческое зло в мире, который мы делим с другими. Кто вечно удивляется человеческой испорченности, кто продолжает испытывать разочарование (и даже не хочет верить своим глазам), столкнувшись с примерами того, какие отвратительные жестокости способны творить люди над другими людьми, — тот в моральном и психологическом отношении еще не стал взрослым. После определенного возраста никто не имеет права на такую наивность, на такое легкомыслие, невежество или беспамятство. Накоплен громадный объем изображений, и ныне трудно сохранять подобную моральную неполноценность. Пусть жестокие изображения преследуют нас. Даже если они только символы и не могут охватить всю реальность, на которую указывают, все равно они выполняют важную функцию. Изображения говорят: вот что способны делать люди — даже добровольно, с энтузиазмом, с сознанием своей правоты. Не забывай».
459 

11.04.2022 17:01

​Представьте, что вы идёте домой в конце трудного дня. Зима, уже стемнело.
​Представьте, что вы идёте домой в конце трудного дня. Зима, уже стемнело.
​Представьте, что вы идёте домой в конце трудного дня. Зима, уже стемнело. Мороз покусывает руки, щеки и нос. На плечи давит тяжелая одежда и тяжелый день. В нем было так много людей. Вспоминается прошлая зима, кажется, она была легче. Короткими яркими вспышками вспоминаются зимы из детства - такие счастливые, солнечные, и как же захватывали на целый день игры в снежных крепостях под окнами дома. Но это было так давно. Вот и подъезд. Тяжелый ключ с усилием отпирает замок, забирая последние силы. Квартира. Выключатель щёлкает как всегда громче ожидаемого, это на долю секунды сжимает сердце. Сил или желаний нет никаких, но привычки властно командуют: вымыть руки. В зеркале над раковиной отражается усталое лицо. А что, ещё очень даже ничего! Но возраст и усталость неумолимо берут своё, конечно. Открывается кран с горячей водой и ой, на миг становится ещё холоднее. Но потом по рукам к самому сердцу разливается живительное тепло. Как же хорошо. Не смотря на мороз на улице, мелькают мысли о лете и любви. Да, лете и любви. Кажется, рукам было также тепло тогда, на скамейке у пруда июньским вечером шесть лет назад. Но не из-за шлейфа дневного зноя было так тепло. А лишь потому что эти руки в своих руках держал тот самый любимый человек. И ведь знал этот человек, как он дорог, нельзя было этого не знать. И какие же мягкие были руки. Зачем это человек так поступил тогда, тем летним вечером? Ведь знал же, так дорог. Нельзя было этого не знать. Ладно, полно, надо идти, руки уже достаточно чистые. Вы выходите в длинный пустой коридор *** Если вам было легко, а главное - интересно читать повествование в таком стиле - Вирджиния Вулф и её «Миссис Дэллоуэй» рискуют вам понравится. Я при чтении испытала истинное удовольствие - до чего поток мыслей других людей - из другой страны, другой эпохи, вымышленных в конце концов - похож на наш собственный. Рекомендую 100%! Как минимум - попробовать, как читаются произведения, где на первых местах - чувства и воспоминания, а лишь после - гуща событий книги чтение литература любовь https://telegra.ph/file/a36ce8a3ebdb6c66c5429.jpg
543 

17.02.2022 14:00

​️ Смерть Эдгара Алана По

Закончив лекционное турне в Ричмонде (штат...
​️ Смерть Эдгара Алана По Закончив лекционное турне в Ричмонде (штат...
​️ Смерть Эдгара Алана По Закончив лекционное турне в Ричмонде (штат Вирджиния), 27 сентября 1849 года Эдгар Алан По направился через Филадельфию домой в Нью-Йорк, чтобы по дороге завершить кое-какие дела, а также подготовиться к бракосочетанию с возлюбленной своей юности, Сарой Эльмирой Ройстер Шелтон. Многие, кто виделся с писателем накануне отъезда, отмечали в его поведении признаки глубокой депрессии. 3 октября врач По Джозеф Э. Снодграсс получил записку следующего содержания: «Уважаемый сэр! Здесь джентльмен, весьма, кстати, потрёпанный, у Райанс, в четвёртом районном избирательном участке, который числится как Эдгар А. По и который находится в совершенно отчаянном положении, и он утверждает, что знаком с вами, и я уверяю вас, ему нужна немедленная помощь. Искренне Ваш, Дж. У. Уокер». Итак, По был обнаружен в беспамятстве на одной из улиц Балтимора неподалеку от питейного заведения “Ryan’s 4th Ward Polls”. Что происходило с писателем с 27 сентября по 3 октября до сих пор неизвестно – в ясное сознание он так и не пришёл. Доктор Джон Джозеф Моран, к которому По поместили на лечение в коммерческую больницу “Washington College Hospital”, описывал внешний вид больного так: «запятнанное, старое бомбазиновое пальто, такие же штаны, пара сношенных ботинок со сбитыми каблуками и соломенная шляпа». Одежда, скорее всего, писателю не принадлежала. По был помещен в палату, находившуюся в крыле для пациентов, доставленных в состоянии алкогольного опьянения, посетители к нему не допускались. По сообщениям Морана больной постоянно звал кого-то по фамилии Рейнольдс, упоминал о какой-то жене в Ричмонде (показания врача впоследствии неоднократно менялись). Пытаясь приободрить ненадолго пришедшего в себя писателя, Моран сказал ему, что тот «скоро вновь окажется среди друзей», на что, как утверждается, пациент ответил, что «лучшее, что может сделать друг, это застрелить его». Последними словами По, если верить Морану, стали: «Господи, спаси мою бедную душу!» Он скончался 7 октября 1849 года. Существует множество предположений касательно причины смерти: от гипогликемии до самоубийства на почве депрессии. По мучили сильнейшие головные боли, желание избавиться от которых стимулировало развитие у него пристрастия к алкоголю, опию, морфию: именно поэтому многие связывают случившееся с алкоголизмом и наркотической зависимостью писателя. Другие с негодованием отвергают подобные теории, указывая, что свидетельства знавших литератора людей говорят об отсутствии у него на тот момент каких-либо губительных привычек. Ну а что вы хотели, Эдгар Алан По. Даже умер таинственно. «И душа моя из тени, что волнуется всегда, ‎Не восстанет – никогда!» По https://telegra.ph/file/2a58be16e28fe8670a15c.jpg
442 

18.04.2022 08:17


​​ Ада Байрон – первый в мире программист

Супруга лорда Байрона, Анна...
​​ Ада Байрон – первый в мире программист Супруга лорда Байрона, Анна...
​​ Ада Байрон – первый в мире программист Супруга лорда Байрона, Анна Изабелла, очень переживала, что дочь пойдет по стопам отца и не дай бог проявит интерес к поэзии: замужество и последующий развод с автором «Паломничества Чайльд-Гарольда» дались женщине нелегко. Поэтому-то малышка Ада получила образование математика, да так увлеклась, что через несколько лет описала алгоритм вычисления чисел Бернулли на аналитической машине – первую программу для воспроизведения на компьютере. Так дочурка Байрона стала первым в мире программистом, но на этом список её достижений не заканчивается. Ада Байрон (в замужестве графиня Лавлейс) ввела в научный оборот термины «цикл» и «рабочая ячейка», а также создала описание одной из первых вычислительных машин и инструкции по программированию к ней. Интерес к математике Ада унаследовала от матери (неспроста Байрон дал жене прозвище «Принцесса параллелограммов»), знаниям же своим была обязана известнейшим учёным того времени, в том числе Мэри Сомервиль, второй женщине, чей вклад в науку получил признание в Великобритании. Графиня Лавлейс была знакома с Майклом Фарадеем и Чарльзом Уитстоном и работала бок о бок с талантливейшим изобретателем Чарльзом Бэббиджем. Занятиям математикой супруг и трое детей не просто не препятствовали, а даже в какой-то степени поспособствовали: замужество позволило женщине профинансировать многие свои научные проекты. А вот знаменитый отец к успеху дочери отношения не имеет – с Адой поэт никогда не встречался и в воспитании её участия не принимал. Байрон https://telegra.ph/file/4bb0950a483b17b56f2a4.jpg
351 

05.05.2022 19:49

Book: «Арктическое лето» Деймон Гэлгут Цитата: «Некоторые человеческие...
Book: «Арктическое лето» Деймон Гэлгут Цитата: «Некоторые человеческие взаимоотношения напоминают место слияния двух рек, где из их течения образуется третья, единая» У меня есть близкий друг, который всегда в книгах читает предисловие и послесловие. Я никогда. И очень жаль. Так как мне было бы намного проще принять с самого начала роман Деймона Гэлгута. С самых первых страниц «Арктического лета» я мучалась темой гомосексуальности главного героя. Казалось, Гэлгут такой отличный писатель (а мы помним его «Доброго доктора»), зачем надо было идти на поводу у редакторов и писать о мужской любви? В конце концов, главы через три, мастерство Гэлгута меня примирило с общей атмосферой (потому что пишет-то Гэлгут крайне занимательно), поэтому я решила, ну, хочет главный герой, писатель Эдвард Морган Форстер мужчин и пусть любит (правда, не сильно у него получалось на практике это ). Тем более, в ходе своих путешествий (Индия, Египет, Италия) и жизни в Англии Форстер то и дело встречает всяких уважаемых людей – то Лоуренса, то Вирджинию Вульф, то еще кого из известных. И только в послесловии к стыду своему я поняла, что речь-то шла не о моде, а о биографии реального британского писателя Э.М. Форстера. Который написал огромное количество книг, многие из которых счастливо экранизованы. ️ Впрочем, даже без этого знания (но Форстера мне придется теперь прочитать, как ни крути) «Арктическое лето», роман о ненаписанном романе, замечательна. Повествование о том, как мы пытаемся найти любовь, как мы ошибаемся и как мы в конец концов понимаем, что это и была жизнь, которой мы на самом-то деле искренне наслаждались. Мой личный рейтинг: 8/10 https://peresmeshniki.com/books/arkticheskoe-leto-deimon-gelgut/
346 

13.05.2022 19:25

«Мама, я дома»— это вау, вау, вау.
Я побаивалась темы (частная военная кампания...
«Мама, я дома»— это вау, вау, вау. Я побаивалась темы (частная военная кампания...
«Мама, я дома»— это вау, вау, вау. Я побаивалась темы (частная военная кампания в Сирии) и напрасно оттягивала просмотр. Тут включила — не смогла оторваться от метафор, цитат и актёрской игры. Раппопорт в прыжке выше всех голов схватила лучшее от Фрэнсис МакДорманд, слегка разбавив ее Кейт Уинслет из Исттауна, сделав это под песни ic3peak. Умываться снегом и сплевывать кровь можно и в Нальчике, и на границе Эббинга, штат Миссури, поскольку материнский гнев безграничен. А с появлением Борисова, героя которого «подсунули» неугомонной матери под видом ее вернувшегося с войны сына, начинается вообще другое кино. Юра здесь хищный, гладкий, гадкий, порождённый системой. Бороться с системой — как тушить горящий автобус, припарковав его в луже. Проще будет принять, что «парень-то вроде и неплохой» — но принять, а не сдаться — и тогда он действительно превратится если не в хорошего, то в своего.
303 

25.05.2022 21:02

​️ Болезнь Вирджинии Вульф

Писательница с ранних лет страдала перепадами...
​️ Болезнь Вирджинии Вульф Писательница с ранних лет страдала перепадами...
​️ Болезнь Вирджинии Вульф Писательница с ранних лет страдала перепадами настроения: от глубочайшей апатии до маниакального возбуждения. В наши дни это состояние назвали бы биполярным расстройством, тогда ему давали куда более примитивное наименование – «сошла с ума». Периоды депрессии нередко сопровождались бессонницей и галлюцинациями, Вирджиния постоянно слышала голоса и думала о смерти, из-за чего то и дело оказывалась в психиатрических лечебницах. Существует предположение, что ухудшение психического состояния Вульф было спровоцировано тяжелыми потрясениями юности: ещё в детском возрасте она постоянно подвергалась сексуальному насилию со стороны сводных братьев, затем, в 13 лет, потеряла мать, через несколько лет – сестру. Вирджиния питала недоверие к людям и стойкое отвращение к любой форме физической близости (интимные отношения отвергались даже в браке с Леонардом Вульфом, который «был для неё всем» и «подарил ей счастье»). «Единственный способ, который я нахожу – это работа… как только я перестаю работать, я чувствую, что проваливаюсь вниз. И как обычно, я чувствую, что если буду опускаться дальше, то достигну истины», – писала Вульф в дневнике. Действительно, литературная деятельность долгое время помогала ей держаться на плаву – в отличие от психиатрии. Отдых, прогулки, изоляция, обильное питье молока и расплывчатый диагноз «неврастения» мало что могли изменить в состоянии писательницы (один из врачей и вовсе считал, что выходки Вирджинии вызваны образованием, которое она получила в доме родителей – на тот момент оно считалось неподходящим для женщин). С годами попытки суицида становились все настойчивей, болезнь только обострялась, лишая Вульф возможности вести нормальную жизнь хотя бы периодами. В 1941 году писательница впала в очередную депрессию: Вторая мировая, разрушение её дома в Лондоне, холодная реакция критиков на одну из последних работ, участие Леонарда в ополчении – всё это ухудшило и без того шаткое состояние её психики. Наконец, набив карманы пальто камнями и оставив мужу тёплое прощальное письмо, Вирджиния утопилась в реке Оус неподалеку от своего дома. «Мой дорогой, я уверена, что снова схожу с ума. Я чувствую, что мы не сможем пережить это заново. И на этот раз я не поправлюсь… Всё ушло. Всё оставило меня, кроме уверенности в твоей доброте. Я просто не могу больше портить твою жизнь. Я не думаю, что в этом мире кто-то был бы счастливеe, чем были мы», – гласило письмо. Вульф https://telegra.ph/file/4cf0fce8ae85cd297829e.jpg
358 

16.05.2022 08:28

​​Задолжала вам несколько ответов на вопросы, которые вы отправили мне в форму...
​​Задолжала вам несколько ответов на вопросы, которые вы отправили мне в форму...
​​Задолжала вам несколько ответов на вопросы, которые вы отправили мне в форму обратной связи. Исправляюсь! ​Здравствуйте, а есть ли у вас интересные идеи на книги, которые отправят в летний отпуск, не меняя места жительства. Чтобы тепло и травка зеленела. И можно даже в России. Что-то для вдохновения и душевного отдыха Добрый день! Без длинных предисловий перехожу сразу к делу. 1. Александр Стесин – «Африканская книга» Вы можете знать Александра Стесина как лауреата премии «НОС», которым он стал в 2020 году за роман «Нью-йоркский обход» – автофикшн о работе врача в Нью-Йорке. «Африканская книга» – это тоже автофикшн, но уже с опорой на опыт волонтёрства и путешествий по Африке. Сборник зарисовок, подчеркивающий контрасты и разнообразие африканских стран, традиций и культур. 2. Карлос Руис Сафон – «Тень ветра» Раньше на творчество Сафона было принято смотреть снисходительно, а в последнее время о нём и вовсе подзабыли. Тем не менее, я до сих пор нежно люблю «Тень ветра», хотя бы из-за великолепной Барселоны, которая здесь, безусловно, одна из главных героев. Ну и, конечно, «Тень ветра» — это мастрид для поклонников жанра «книги о книгах». 3. Андре Асиман – «Назови меня своим именем» Нуждается ли этот роман в моём представлении? Лето, Италия, первая любовь и первая страсть под санундтрек Суфьяна Стивенса. Одно предупреждение: забудьте о персиках во время чтения! 4. Элена Ферранте – «Неаполитанский квартет» Продолжаем итальянские каникулы с тетралогией Элены Ферранте – историей двух девушек на грани дружбы и соперничества в потрясающих декорациях южной Италии. Не бойтесь количества книг: от них категорически невозможно оторваться. Не пугайтесь и огромного списка действующих лиц: к концу первой части они станут для вас большой итальянской семьёй. Ну а более колоритного описания итальянских кварталов вы точно нигде не найдёте! 5. Клэр Фуллер – «Горький апельсин» Очень британский триллер со всеми обязательными атрибутами жанра: увядающим поместьем, призраком на чердаке, йоркширским пудингом на десерт и фоновой тоской о былых классовых привилегиях. Неоготический роман в стиле Дафны Дюморье в атмосфере застывшего августа. Читала два года назад, но вспоминаю до сих пор! 6. Дарья Бобылёва – «Вьюрки» Кто просил «чтобы тепло и травка зеленела, и можно даже в России»? «Вьюрки» — это прекрасно написанный мрачно-дачный хоррор с фольклорными мотивами и ноткой магического реализма. Для всех, кто проводит лето на даче и хочет пощекотать себе нервишки. 7. Оливия Лэнг – «К реке. Путешествие под поверхностью» Не совсем традиционная рекомендация для тех, кто мечтает о путешествиях со смыслом. Оливия Лэнг путешествует вдоль реки Уз в графстве Сассекс, в которой в 1941 году утонула Вирджиния Вулф. Поэтому, «К реке» можно прочитать и как биографию Вулф, и как размышление о реках в литературе и искусстве и ключевых моментах Британской истории. Думаю, что про Джеральда Даррела и Питера Мейла вы и без меня знаете. В комментариях, традиционно, предлагайте свои варианты ответа на запрос! Ответы на другие вопросы рубрики ищите по тегу вопросдня https://telegra.ph/file/bc2bba44e8630e047b64e.jpg
202 

17.06.2022 15:32